Ирэн Бург - Кольцо на счастье

Ознакомительный фрагмент

Она напряглась, взгляд выражал смятение.

— Лилит дала мне о вас иную информацию. Вы одиноки и… глубоко переживаете за ее благополучие. Ведь так? Вам небезразлична судьба вашей любимой сестры?

— Что с Лилит?.. — выдохнула девушка, и ее бледное лицо пошло красными пятнами.

— Немного терпения, я вам все расскажу.

Он взял ее за руку — пальцы ее были холодны как лед — и повел за собой в глубь зала, усадил за свой столик.

— Красное вино, — приказал он официанту.

Заказ тут же был исполнен.

Дрожащей рукой девушка поднесла бокал ко рту.

Пока она пила, мужчина беззастенчиво разглядывал ее. На ней был тонкая белая в полоску блузка, свежая, без единого пятнышка. На безымянном пальце правой руки он заметил кольцо с крупным камнем. Лицо красивое, с правильными чертами. Выступающие скулы и темные круги под глазами свидетельствовали об усталости и делали девушку старше.

— Выступления каждый день? — спросил он. — С утра и до глубокой ночи? И как давно вы ведете такой образ жизни? Не надоело?

Она пожала плечами. Ее глаза выражали растерянность, а скованные, робкие движения вызывали у него снисходительную улыбку. Ему захотелось увидеть ее лицо при дневном свете, что-то подсказывало ему, что этот мечущийся взгляд противоречит гармонии всего ее облика. В другое время он давно бы сказал что-нибудь в ободрение, но сегодня вечером он — локти на столе, сцепленные в замок пальцы, полнейшая невозмутимость — смотрел ей в лицо, наслаждаясь созерцанием ее растерянности.

Девушка отставила бокал и привычным движением заправила упавшую на лицо прядь волос за ухо.

И вновь его охватило чувственное желание. Такого с ним никогда не было. Он, который в своей жизни сталкивался с немалым количеством кокеток и пустышек, лгуний и притворщиц, вдруг стал плавиться, как воск на солнце, только от одного вида изящной раковины уха с нежной, украшенной жемчужиной мочкой.

— Как поживает Лилит? — произнесла тихим голосом девушка, осторожно ставя бокал на салфетку.

Она была напряжена как пружина. Ее волнение не нравилось ему. Эта выпускница элитного университета зря назвалась сестрой Лилит, той самой мошенницей и воровкой, которая с детства знакома с полицейским участком.

Придется проявить хитрость, чтобы изобличить чистюлю во лжи, подумал он.

— Мы с Лилит приглашаем тебя на свадьбу, — легко переходя на фамильярный тон, сказал он и отметил, с каким недоверием она взглянула на него и тут же опустила глаза. — Хм… Ты, похоже, удивлена. Мы с… хм… твоей сестрой давно встречаемся. Вместе на рыбалку ездим. Велосипедные прогулки, пикники, барбекю и прочее. Как-то даже в опере были. Тоска.

— Тоска, — машинально поправила она и густо покраснела.

— Тоска зеленая. Поют, поют, и мало что понятно. В общем, мы смылись сразу, как только свет зажгли. Лилит ворчала, что я только зря деньги потратил. Ты же знаешь, что она довольно прижимиста, но вообще-то замечательная хозяйка. Вместе мы прожили достаточно, чтобы понять, что вдвоем нам лучше, чем поодиночке. Вот мы и решили пожениться, — с удовольствием продолжал врать он. — Лилит заказала себе платье по каталогу. Не из Парижа, конечно, но тоже недешевое. Мы даже намереваемся обратиться в фирму, чтобы свадьба у нас была как надо… Ну там лимузин, букеты, гости, вино и торт со взбитыми сливками…

Он наклонился к самому ее уху, и она почувствовала его горячее дыхание. И исходящую от него угрозу, опасность.

— И долго ты будешь слушать всю эту ахинею, а, Рэйчел Макгнот? — прошептал он.

Девушка отпрянула от него, еле сдерживая слезы, внезапно проступившие у нее на глазах.

— Вы ошиблись, я не Рэйчел, я — Кейли… Кейли Сандерс, родилась в Оклахома-Сити… Моя сестра Лилит…

— Связана с шайкой мошенников, которые торгуют поддельными документами, — продолжил он, усмехнувшись. — Лилит пришлось признаться, что она продала тебе фальшивые документы. Ей совсем не улыбается несколько лет провести за решеткой. Надеюсь, и ты не желаешь предстать перед судом за нарушение закона?

— Я ничего плохого не сделала. Просто… мне нужно было… — залепетала она, но вдруг осеклась и подозрительно посмотрела на него. — А вы кто такой? По какому праву вы задерживаете меня? Вы полицейский? Покажите жетон, — выпалила она и прикусила губу.

Между ними воцарилось молчание, напряженное, выжидательное, взгляды скрестились — кто кого переглядит. Мужчина заметил, как от волнения у нее выступили капельки пота на переносице.

— Мисс Макгнот, у меня к вам предложение. Рэйчел, мы сможем договориться, — неожиданно спокойно сказал он.

Она вдруг нервно рассмеялась.

— Все, что вы скажете, не имеет для меня никакого значения. Не старайтесь понапрасну, я уверена, никаких договоренностей между нами не может быть. Лучше уж обратитесь к тем, кто сидит у стойки бара. Обычно девушки на вечер ожидают свою добычу там.

— А, так, значит, вы не отрицаете, что вас зовут не Кейли Сандерс, а Рэйчел Макгнот! — довольно улыбнулся он.

Все-таки он поймал ее. Но праздновать победу ему еще рано. Она использует свой шанс, чтобы улизнуть. Если она закричит, что этот тип домогается ее, то Джимми, который смотрит за порядком в зале, вмиг вышвырнет этого нахала. Вмиг?.. Вряд ли… Мужчина, что так небрежно развалился на стуле напротив нее, отнюдь не казался слабаком. Под старомодным, явно тесным в плечах пиджаком угадывалось тренированное, мускулистое тело. Каждый его жест, каждое движение говорило о скрытой силе.

— Мне нужно в дамскую комнату, — робко сказала она, приподнимаясь с места.

Он тоже встал.

— Вы что? Неужели вы намереваетесь сопровождать меня до туалетной кабинки?

— Именно так, никак иначе.

— Может, для верности вы наденете на меня наручники?

— Если не возражаете.

Он сунул руку за полу пиджака. Его губы улыбались, но взгляд был холодным. Она снова опустилась на стул.

— Что вам надо от меня? — со слезами в голосе выдохнула она.

— Только повиновения, детка.

Последние его слова она восприняла как пощечину. Повиновения?

— Никогда!

Не успела она и пошевелиться, как почувствовала силу его цепких пальцев на своем запястье.

— И все же, Рэйчел Макгнот, вам придется повиноваться. Я выполняю поручение вашего отца, мистера Макгнота. Мне велено в целости и сохранности доставить вас домой. Я понимаю волнение мистера Макгнота. Будь у меня миллионы и такое положение, как у вашего отца, мне бы тоже не понравилось, что моя дочь музицирует в каком-то сомнительном месте.

— Я совершеннолетняя и могу распоряжаться своей судьбой сама. — Рэйчел попыталась высвободить руку, но он сжал ее еще крепче. — Мне больно, — процедила она.