Роман длиною в жизнь (СИ) - Светлова Маргарита

— Подожди, а кто последний плетётся? — принялся я всматривается вдаль, пытаясь рассмотреть кто это.

— Мог бы и догадаться, — хмыкнул он, смотря на приближающуюся фигуру девушки. — Мира. Даю сто процентов, что это она их подбила на угон. Не девчонка, а катастрофа, чёрт бы её побрал! — Теперь уже он цедил сквозь зубы.

Я в недоумении уставился на него. Понимаю, виноваты, но…

— А не слишком суровое наказание? — спрашиваю, пристально смотря на Ваню, силясь понять причину его злости на неё. — Она же девочка! Кросс я ещё понять могу, но дальше…

— Не переживай, наша звезда получила индивидуальное наказание — ей дядя Глеб влепил наряд по кухне, будет неделю посуду мыть. Она в ярости, рассчитывала явно совсем на другое… — Вновь ехидная улыбочка.

Да ладно! Неужели таким способом решила добиться своего?

— Хочешь сказать, что наша звёздочка знала, какое последует наказание за этот проступок? И надеялась таким способом начать тренировки.

— Ага, — тихо рассмеялся он, продолжая пристально наблюдать за нашей непоседой. — Но, увы, опять облом, — развёл он театрально руками.

— Зря дядя Глеб ей запрещает тренироваться, она девчонка упёртая, рано или поздно добьётся своего. А разрешил бы, глядишь, и проблем бы поубавилось. Как ни крути, а Мира в этой компании — заводила.

— Не женское это дело — кулаками махать! — без тени улыбки процедил сквозь зубы друг. — Путь плюшки печёт, у неё хорошо получается.

Я, если честно, растерялся, услышав слова Вани. Да что тут происходит?!

— Ромка, а ты чего приехал? — послышался звонкий голосок брата, я перевёл на него строгий взгляд.

— Почувствовал потребность вам, оболтусам, уши надрать, — не удержался я от ехидства.

— Ром… — начал он, но я его перебил.

— Подожди… — остановил его, решил всей гоп-компании вставить по первое число.

Ребята, заметив меня, замедлили шаг, оттягивая неприятный разговор. Первые подошли к нам тройняшки — дети Марата и Юли: Тимур, Константин и Арсен.

— Ром, мы это… — начал Тимур.

— Подожди оправдываться, ждём остальных…

Влад, сын Артура и Лизы, остановился, чтобы оттянуть момент нашей встречи и дождаться Миру. Стоило им подойти, я принялся за воспитательный процесс:

— Ну, привет, гопники. — Окидываю дружную компанию строгим взглядом. Парни понуро потупили взор.

— Ром, ну какие мы гопники? Так, мелкое хулиганство! — тут же подала голос Мира и кинулась мне на шею. — Я так соскучилась…

— Я тоже, звёздочка… — Обнимая хитрюгу, еле сдерживал смех. — А теперь, — отстранил её, — марш в строй, сейчас воспитывать буду.

— Ну, Ром… — смешно сморщила нос от подобной перспективы. Но тут же ее глаза озорно вспыхнули, и она кинула на меня полный обожания взгляд.

— Мира… — строго смотря на неё, давая понять, что подхалимаж на меня не действует. Та тяжко вздохнула и отошла к сообщникам. — Я разочарован, вы мне обещали заменить меня и помогать родителям. А я, вернувшись, узнаю, что вы им доставили проблемы. Вы хоть понимаете, что подвели меня?

— Ром, я… — начал Данька, и тут его голос дрогнул. Он тяжко вздохнул и чуть слышно: — Прости…

— Не, я согласна, что мы неправы были, — тут же вмешалась Мира. — Но тебя мы не подводили, свои обязанности выполняли, а то, что машину угнали — это преувеличенное обвинение. Да мы на ней метров двести всего проехали. Ну, извини, не удержались, — развела она театрально руками, — у дяди Кирилла новая крутая тачка, как тут устоять?

— Нужно уметь сдерживать свои желания! — взревел Ваня. — Неважно, какая крутая тачка, главное, что она не ваша.

— Да у нас всё общее! — взвилась Мира. Тут она вновь преувеличила — это у детей всё общее. — Ори на свою рыжую лахудру, а на меня не смей, понял?!

— Ты берега-то не путай, козявка малолетняя! — пророкотал Ванька. — Не смей Риту оскорблять!

Не понял… кто такая Рита? Алиса мне не рассказывала о ней.

— Я не малолетка… — сжав от злости кулаки, процедила сквозь зубы Мира, прожигая Ваню синими глазищами. — Мне шестнадцать лет! А насчёт Риты у меня своё мнение, и не тебе мне навязывать своё. Хочешь быть лохом — твоё право.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что ты сказала? — начал надвигаться на неё Ваня, но тут мальчишки перегородили ему путь, заградив собой подругу.

— Вань, успокойся… — схватил его за локоть, останавливая.

— Ром, серьёзно?! Успокойся?! Да эта засранка мою жизнь превратила в ад! Видеть её не могу!

— Я? В ад? — трясущимися губами переспросила Мира. — Да я тебя защищала… А ты… — ее голос дрогнул. — Да пошёл ты! — махнула она рукой и побежала обратно в лес.

— Вань, зачем ты так с ней? — с осуждением смотря на него, спросил Тимур. — Она же реально о тебе беспокоится, и я верю её чутью.

— Рита твоя, ты уж извини, алчная… — влез Данька. — Я сам видел её взгляд, когда она зашла в твой дом. И поверь, это был не взгляд восхищения.

— И она расспрашивала мелких, кому что принадлежит — мне София рассказала, а сестра хоть у меня и маленькая, но далеко не дура. Наврала ей, что тут всё общее, — вступил в разговор Влад. — Ты считаешь, это нормально? И мы не малолетки, тут ты загнул.

Ваня запустил в волосы пальцы, тяжко вздохнул:

— Ладно, пойду с ней поговорю.

Только он сделал шаг в сторону, я его остановил.

— Не стоит тебе сейчас к ней идти, звёздочка не будет с тобой разговаривать. Обидел ты её сильно. Давай я сам с ней поговорю? А вы… — посмотрела на её защитников, — отнесите мои вещи домой.

Только мальчишки скрылись за воротами, Ваня обратился ко мне:

— Понимаю, что неправ. Но и ты меня должен понять: Мира мне проходу не даёт. Как увидела Ритку, словно с цепи сорвалась. Чёртов переходный возраст! Последний месяц я как в аду. И устроила мне его эта козявка.

— Насчет переходного возраста ты загнул, Мире шестнадцать лет. Может, ты её первая любовь? И она относится к тебе не как сестра? — решил ему открыть глаза, ведь видно, что она к нему испытывает далеко не родственные чувства.

— Тот и оно, что я это понимаю. Но она мне как сестра, я же ей подгузники менял! Ромка, я не могу к ней относиться иначе. Тем более она малолетка, а я не мальчик, мне секс нужен.

— А с Ритой у тебя серьёзно?

— Издеваешься? Да я специально её привёл, чтобы Мира от меня отстала. Не собираюсь я на ней жениться, да и секса у меня с ней нет, так, общие проекты, больше ничего.

— Судя по словам пацанов, у неё на тебя иные планы. Так что завязывай маскарад, не разбивай сердце нашей звёздочке, она этого не заслужила. Лучше потерпеть несколько лет и взять в жёны преданную женщину, свою, и неважно, что ты ей подгузники менял. Мира у нас красавицей растёт, открой ты, наконец, глаза, поверь, такой подарок не каждому достаётся.

— Ром, не думаю, что её чувства серьёзные, первая любовь чаще всего скоротечна, — нервно провёл он рукой по волосам, смотря в сторону, куда скрылась наша звезда.

— Ошибаешься, Мира пошла в своих родителей, и если она тебя действительно любит, то это навсегда. А судя по тому, что она сражается за тебя, как разъярённая тигрица, так оно и есть. Она с детства на тебя смотрела как а божество, кажется, это переросло в нечто большее.

— Зато я на неё смотрел как на сестру и не готов видеть в ней девушку. Для меня она наша звёздочка, и на этом всё. — Как-то неубедительно Ваня это сказал, его взгляд говорил, что он готов рвануть за ней, и не для того, чтобы успокоить. Нравится она ему — это по глазам видно, но почему-то борется со своим чувством.

— И всё-таки прислушайся к моему совету, потом спасибо скажешь. И не забудь извиниться, ты её сильно обидел. Ладно, пойду, успокою наше сокровище.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Скажи ей, что я так не думаю. А насчёт твоего совета… Не знаю, всё очень сложно. Я же ей подгузники менял…

— Да задолбал ты с этими подгузниками! Было-то всего два раза. Это я и Алиса ей постоянно меняли!

— Но ведь было…

— Глаза открой, тогда у неё не было таких шикарных форм. Фигурой-то она в мать пошла. Не пройдёт и трёх лет, за ней табун мужиков будет бегать, — после моих слов Ваня с силой сжал кулаки, да так что костяшки побелели. Понятно, в нём просыпается собственник, поэтому я продолжил: — Вот тогда ты реально начнёшь кусать локти, что не застолбил вовремя. Всё, я пошёл, а ты пока подумай над моими словами.