Барбара Картленд - Дуэль с судьбой

Ознакомительный фрагмент

— Не думаю, что нашему пациенту скоро захочется есть, — сказала Ровена. — Так что готовить на лишнюю персону пока не надо.

Достав из буфета фарфоровую миску, она взяла с плиты чайник и наполнила водой кувшин. Выйдя со всем этим из кухни, Ровена направилась к шкафчику, где держали бинты, которые так часто требовались ее отцу, и взяла стопку чистых льняных полотенец.

Она как раз собиралась подняться по лестнице, когда увидела спускающихся вниз мужчин.

— Мы раздели джентльмена и уложили, мисс Ровена, — сказал Эйб. — Он так и не приходил в себя. Когда доктор доберется до дома — найдет его полумертвым.

Эйб сообщал эту информацию почти с восторгом. Ровена уже успела убедиться: ничто так не возбуждает интерес местных жителей, как какое-нибудь несчастье или чья-нибудь трагическая смерть.

— Большое спасибо всем вам, — поблагодарила она. — Но я уверена, что наш новый пациент выживет, особенно в руках такого специалиста, как мой отец.

— Это точно, мисс Ровена, — согласно закивал Эйб. — Доктор и вправду настоящий волшебник. Так сказала моя жена, когда он вернул ее прямо с того света.

— Многие считают так же, — улыбнулась Ровена.

Эйб открыл входную дверь.

— Если вам понадобится что-нибудь, мисс Ровена, — только попросите. А сейчас нам пора идти разбирать завал на перекрестке. Надеюсь, с остальными все в порядке и нам не придется тащить сюда кого-нибудь еще.

— Тут больше ни для кого нет места, — отрезала Ровена. — И доведите это до сведения моего отца, когда увидите его. Пусть возвращается как можно скорее.

— Мы все передадим доктору, мисс.

Все четверо уважительно приподняли шляпы, и, как только за ними закрылась дверь, Ровена стала подниматься по лестнице.

Войдя в комнату, она увидела, что джентльмен все так же неподвижно лежит с закрытыми глазами, а одежда его аккуратно сложена на стуле у камина.

Поставив миску у кровати, Ровена налила туда немного воды из кувшина и наклонилась, чтобы получше разглядеть рану на лбу пациента.

Смыв теплой водой запекшуюся кровь, она увидела, что рана, хотя и выглядела ужасно, была не слишком глубокой.

«Наверное, у него какие-то внутренние повреждения», — подумала Ровена, продолжая обтирать лицо пострадавшего смоченным водой льняным полотенцем.

Теперь, когда она смыла грязь и кровь, он показался ей еще красивее.

У незнакомца были правильные аристократические черты лица и волевой рот с крепко сжатыми губами. Это сразу навело Ровену на мысль о том, что с таким человеком, должно быть, трудно спорить.

Судя по всему, мужчине было чуть больше тридцати, его черные волосы были подстрижены по последней моде, которую ввел недавно принц-регент.

«Он наверняка важная особа», — сказала себе Ровена, глядя на длинные тонкие пальцы молодого человека, на одном из которых красовался перстень-печатка с причудливой монограммой.

Ровена знала, что ничего больше не может сделать для потерпевшего, — оставалось только ждать отца. Действуя механически, она подняла со стула одежду, чтобы аккуратно развесить ее.

Отметив про себя превосходную ткань дорожного сюртука, она вдруг нащупала что-то в нагрудном кармане и вытащила бумажник.

Ровена положила его на туалетный столик, борясь с искушением открыть и исследовать содержимое. Судя по весу, он был полон банкнот.

Взяв в руки светлые панталоны, девушка услышала звон монет в кошельке, который она тут же вынула и положила рядом с бумажником.

«По крайней мере у него действительно есть деньги, — удовлетворенно подумала Ровена. — И я не допущу, чтобы он уехал, не заплатив папе».

Блестящие сапоги незнакомца сильно запачкались, — очевидно, он вывалился из экипажа на дорогу.

Интересно, что случилось с лошадьми. При мысли о том, что бедные животные могли пострадать в дорожном происшествии, сердце Ровены болезненно сжалось.

Она вспомнила, как однажды видела катастрофу, когда две несущиеся во весь опор лошади, управляемые нетвердой рукой хозяина, сломали себе шеи и их пришлось добить, чтобы избавить от мучений.

Интересно, этот молодой человек тоже сам виноват в столкновении?

Но Ровена была почему-то уверена, что раненый джентльмен умело обращался с вожжами и авария произошла только из-за кучера дорожного дилижанса.

«Разве Эйб не сказал, что кучер был пьян?»

К сожалению, слишком многими экипажами на дорогах управляли нетрезвые, неумелые возницы, многим из которых вообще не следовало бы доверять лошадей.

В то же самое время у Ровены возникло непонятно откуда подозрение, что молодой человек гнал очень быстро.

Он не походил на человека, который стал бы медлить на дороге и осторожничать. Ей почему-то казалось, что этот человек обладает энергичным характером и пылким темпераментом и сдержанность не входит в число его достоинств.

Ровена оглядела комнату, размышляя, что еще она может сделать, но в этот момент услышала, как открылась входная дверь, и, выбежав на лестницу, увидела в прихожей отца.

— Папа! — воскликнула девушка. — Как хорошо, что ты пришел!

— А, Ровена! Эйб сказал мне, что пациента уложили в постель.

— Он не приходил в сознание, папа. Это было очень страшное столкновение?

— Скорее неприятное, — сказал доктор Уинсфорд, поднимаясь по лестнице.

— Что же там случилось? — Ровене хотелось как можно полнее удовлетворить свое любопытство.

— Кучер наемного экипажа выскочил прямо на середину перекрестка. Это была целиком и полностью его вина, и только благодаря искусному обращению с лошадьми мужчине, управлявшему фаэтоном, удалось уклониться от лобового столкновения.

— Я так и знала, что это вина кучера, — воскликнула Ровена.

— Бог любит пьяниц и дураков, поэтому на негодяе не осталось ни единой царапины. Зато фаэтон этого бедняги перевернулся и, кажется, по нему проехало колесо.

— Он очень плох, папа?

— Не могу сказать точно, пока не осмотрю его, — ответил доктор. — Ты принесешь мне горячей воды?

— Она уже в спальне, — сказала Ровена. — И я отерла кровь с его лица. Рана на лбу выглядит не так уж ужасно.

— Меня беспокоят внутренние повреждения, — покачал головой ее отец. — У нас остались бинты?

— Да, папа, и они тоже уже там.

Доктор Уинсфорд зашел в спальню и сказал, бросив взгляд на кровать:

— Ты уже позаботилась о том, чтобы его раздели, — хорошая девочка. Это сэкономит время, а мне еще предстоит обработать около дюжины царапин, синяков и разбитых носов.

Говоря все это, отец Ровены прошел через комнату и тщательно вымыл руки под умывальником.

— Тебе нужно что-нибудь еще, папа? — спросила Ровена.

— Нет, думаю, все необходимое под рукой, — немного рассеянно ответил доктор.

Вытирая руки, он сосредоточенно смотрел на лежащего перед ним раненого, и Ровена знала, что сейчас отец концентрирует внимание на его состоянии, а значит, неспособен думать ни о чем другом.

— Пойду приготовлю тебе чашку чая, папа, — сказала девушка. — Позови меня, если понадобится что-нибудь.

Она сбежала по лестнице, радуясь тому, что может хоть чем-то помочь своему сердобольному отцу.

Ровена слишком хорошо знала, как расстраивают его происшествия вроде сегодняшнего: местные жители так любили доктора еще и потому, что он был очень чувствительным человеком и сильно переживал, видя, как люди страдают от боли.

Ровена ясно представила себе картину разыгравшейся трагедии — визжащих женщин и детей из перевернувшегося экипажа, ржание лошадей, бьющихся от страха, крики, стоны и упавшие тела вперемешку с багажом, клетки с курами и почти наверняка — мешок с козой или овцой.

Как и сама Ровена, отец ее наверняка испытывал жалость не только к пострадавшим людям, но и к животным.

Девушка была уверена, что раненый джентльмен наверняка ехал на превосходных лошадях, и теперь оставалось только надеяться, что их не повредило сломанной осью, как коня, пострадавшего недавно при столкновении в соседней деревне.

— Доктор уже дома? — спросила миссис Хансон, когда Ровена зашла в кухню.

— Да, — ответила девушка, — он наверху, с пациентом.

— Я должна передать ему, мисс Ровена, что миссис Карстейз будет очень благодарна, если доктор зайдет к ней сегодня вечером.

— У него не будет на это времени, — твердо сказала Ровена. — Вы знаете так же хорошо, как я, миссис Хансон, что миссис Карстейз просто требуется, чтобы кто-то выслушал ее жалобы по поводу непутевого сына. С ее здоровьем все в порядке, и она просто зря отнимает время у моего отца, а он слишком добр, чтобы прямо сказать об этом.

— Я только передаю то, что меня просили, — ответила миссис Хансон.

— Да, я знаю. Но, думаю, мы вполне могли забыть о ее просьбе, взволнованные дорожным происшествием.