Избранная для Волка - Вера Добрая

Каждый ест и думает о чем-то своём, хотя в принципе думаю мысли схожи, все боятся за Зена и переживают за Мию.

Никак не могу привыкнуть и понять почему эти люди так добры ко мне и моей сестренке? Почему переживают, пытаются помочь, хотя это очень опасно?

Ложусь на постель, укутываюсь тёплым и невероятно мягким одеялом и понимаю, что хоть я и пробыла тут достаточно не долгое время, но точно уже не смогу жить в своём мире как прежде , не вынесу пребывание в замке в услужении Альварсу, уже не смогу без Зена… Кажется я наконец понимаю, что такое любовь к мужчине, и какая она может быть приятная и сладкая, в то же время горькая и печальная…

– Эй! Ия!?Просыпайся! – слышу сквозь сон и чувствую лёгкие толчки в плечо.

Нехотя поднимаюсь и вижу перед собой Зена. Он не одет как обычно в рубашку и широкие штаны, на нем сейчас что-то вроде обтягивающих лосин или плотных колгот и туника до бёдер, подпоясанная кожаным поясом, за которым виднеется что-то вроде небольшого меча или большого ножа. Такое одеяние я видела только в книгах, где описывались турниры и сражения эльфов, но Зен ведь не эльф и он не собирается на турнир…

– Что это значит? – недоумеваю я, продолжая рассматривать прекрасную точеную фигуру парня. Высокий, статный, без всяких устрашающих гор мышц на теле, которые превращают человека не в человека, а в страшную бездушную скалу.

– Ты говорила, что хочешь пойти со мной в храм. – недовольно шёпотом отвечает парень и протягивает мне стопку из одежды.

– Что это? – снова вынуждена спрашивать я.

– Одень это, ты же не хочешь идти на спасение сестры в платье?

Этих слов достаточно, чтобы привести мои мысли в норму, я уже без лишних вопросов хватаю одежду и начинаю переодеваться.

Зен, как достойный и воспитанный молодой человек отворачивается к окну, когда я скидываю с себя ночную сорочку и начинаю натягивать на себя такое же одеяние, как и у парня, только туника немного короче и оружия у меня нет.

– Она такая плотная… – тихо шепчу я, проводя руками по тунике.

– Да, это мифрил. Благородный и очень прочный металл, когда-то давно сильнейшие маги нашего мира могли управлять им, плавить, делать из него нити, плести и создавать одежду, способную защитить от увечий при сражении. – гордо подняв указательный палец вверх, шепчет парень в ответ и мне прямо кажется , что моя одежда сияет, пока он говорит .

– А что сейчас? Такого уже не делают? – шиплю в спину Зену, когда мы тихо спускаемся по лестнице, стараясь не разбудить домашних.

– Надобности в этом нет. Сильнейшие маги ушли в глушь леса, мифрил пропал, да и сражаться нам последние века не с кем. Порталы не открываются, захватчики из других миров не приходят, мы разучились воевать. Раньше боевой магии обучали даже детей, а теперь об этом лишь слагают легенды.

– Зен, ну это же очень хорошо! – искренне отвечаю, понимая, какой ужасной может быть война и сражение . – В девятом мире все только и делают, что воюют, хотя правда не за власть, а просто за еду и за право жить. Акфондоффы должны следить за всем этим, но они слишком эгоистичны и бесчеловечны, чтобы думать о ком-то кроме себя! Из правителей они превратились сначала в покорителей, а потом и в мучителей! – впервые за все время позволяю себе высказаться так нелестно в сторону этой семьи. Становится немного стыдно, но и легко, словно камень с души падает.

– Вот поэтому нам и надо вернуть сестрёнку обратно. – мягко улыбается мне парень и, схватив за руку, тащит через заросли небольшого леса.

Днём это место просто прекрасно, птички, насекомые, солнышко и ветер! Ночью же все будто испаряется и лес превращается в непроходимые заросли, которые ранят и царапают неприкрытую одеждой кожу.

Воспоминания охватывают меня, я словно оказываюсь в прошлом и вижу уже не Зена перед собой, а маленькую храбрую Мию, которая пробирается сквозь густые ветви туманного леса и тянет меня за собой в сторону хижины колдуньи Захры.

Что было бы с нами, если мы не сбежали бы тогда? Как сложилась бы наша судьба?

– Ия, чего ты стоишь? Идём же! – встряхивает меня Зен и тянет за руку.

Благодарна ему за это, потому что находится в воспоминаниях очень больно.

– Почему мы идём пешком, это ведь далеко. – потирая очередную царапину на лице, спрашиваю я. – Можно было бы до площади доехать на повозке.

– Мы же не на площадь идём, а в храм. Тут намного короче.

И правда, через немного лес заканчивается и перед нами уже огромное и невероятно мрачное строение, которое видимо и есть то место, где хранится зеркало.

Я определённо чувствую дуновение ветра на своём лице, но паутина на стенах храма не шевелится, оно будто находится за гранью реальности. Огромные чёрные стекла на окнах покрыты многовековой пылью, где-то на крыше издаёт устрашающие, похожие на крик звуки птица и запах смерти вокруг. Будто в этом месте давным давно всё и все умерли, даже природа, которая напротив питает этот мир.

– Страшно? – обнимает меня за плечи Зен, и я отрицательно киваю.

Мне действительно не страшно, я просто в ужасе, но не от этого места и устрашающего вида храма, я боюсь этого злосчастного зеркала, которое в секунду может затащить меня обратно.

– И как ты собираешься войти? Постучишь и попросишь показать хранителей их драгоценность? – прогоняя дурные мысли, спрашиваю я.

– Ну так я уже делал и это бесполезно. Хранители не подпустят меня к зеркалу, поэтому я просто украду его, и уже дома мы решим, как и что с ним делать дальше. Поищем в книгах, сходим на болота в глушь леса…

– Украдешь?

– Да, здесь есть небольшое окно, которое открыто. Я внутрь, а ты будь здесь и если что беги и не вздумай меня спасать! – приказывает Зен и направляется в темноту по левую сторону храма.

Мне не нравится его идея, но отговорить не успеваю, потому что уже не вижу его рядом.

Приготавливаюсь ждать долго и упорно, но через пару минут огромные ворота храма открываются, и мой любимый вылетает из помещения так быстро, что я не успеваю осознать, что происходит.

– Зен… – только и могу выдохнуть я, но парень подскакивает на ноги и молниеносно снова бросается внутрь через то же маленькое окно что и раньше.

Ситуация повторяется наверное раз пять или даже больше, каждым разом парень все сильнее ударяется о