Энн Вулф - Молчаливые звезды Гринвуда

Мысли о Грэе, самые разные, Ди пыталась отложить на потом. Она отдавала себе отчет в том, что сейчас едва ли сможет целиком и полностью разобраться в себе. Еще вчера ей казалось, что она влюблена в Грэя, а сегодня страх этого неизведанного чувства заставил Ди спрятать вчерашнее воспоминание под подушку, да еще и прикрыть одеялом сверху. Но, несмотря все эти усилия, утренняя встреча с Грэем вернула все на свои места.

Ди смущалась и пыталась отвести взгляд, с ужасом представляя себе, как Грэй осмеял бы ее, если бы угадал причину ее странного поведения. Но до этого, слава богу, не дошло…

В полицейском участке, куда Ди – не без помощи Грэя – попала на следующий день, ее спутника знали очень хорошо и отнеслись к ним обоим как к гостям, а не как к людям, которые решили засунуть носы куда не следует. Это порядком удивило Ди, привыкшую натыкаться на не очень-то любезный прием со стороны полиции. Впрочем, она чувствовала, что вскоре совсем перестанет удивляться способностям Грэя – он располагал к себе людей, и те без опаски раскрывали перед ним свои карты.

Ди не без некоторой досады подумала о том, что ей есть чему поучиться у этого человека. Ведь умение общаться в ее профессии – главный козырь. Может быть, именно этого ей и недоставало? Что, если она просто не умела располагать к себе людей и ее неудачи были лишь следствием этого неумения? А отсюда и все совпадения-закономерности, о которых говорил ей Гил Джордан? Что ж, если она не слишком общительна, то способность анализировать у нее, слава богу, есть. Так что на досуге она вполне может поразмыслить о том, чего ей не хватает для успешной деятельности на ниве журналистики.

От чая, предложенного Конрадом Скидли, – начальником участка, Диана не отказалась. Не исключено, что именно обстановка чаепития располагает людей к общению. Обычно Ди сразу старалась взять быка за рога, ухватить самую суть вопроса в первый же момент встречи… А Грэй, как она заметила еще в доме Зельдины Бринн, вел себя совершенно по-другому. Он заводил непринужденный разговор, абсолютно не касающийся дела, и человек, обрадованный интересом к нему, возникшим у собеседника, охотно шел на контакт.

Интересно, Зельдина Бринн волновала его как человек, который может помочь в деле, или все-таки как женщина, которая ему понравилась? Для Ди этот вопрос все еще оставался открытым. Конечно же, Ди хотелось, чтобы правильной оказалась первая догадка…

Конрад Скидли – пожилой мужчина, чем-то (возможно, длинными густыми усами и полнотой) напоминавший майского жука, – поставил перед Ди дымящуюся фарфоровую чашку и любезно спросил:

– Значит, вы представитель прессы Верроу?

– Слишком торжественно звучит, – улыбнулась Ди. – Я всего лишь корреспондент. Решила провести в Гринвуде долгожданный отпуск…

– И, не удержавшись, начали работать?

– Именно так, – подтвердила Диана. – Хотелось бы написать о тайнах маленького городка. Если они в нем, конечно, есть…

Скидли посерьезнел. Конечно, хрупкая девушка с двумя золотыми косичками едва ли может помочь расследованию. К тому же это расследование не стоит и выеденного яйца. Но чем черт не шутит… Во всяком случае, в ее глазах светится упорство, какая-то железная решимость добиться своего. Наверное, об этом и говорил Грэй, когда упрашивал Конрада ввести ее в курс дела. Ну что ж. Попытка не пытка. Едва ли кому-то станет хуже от того, что девочка поиграет в детектива. Кое-кому из гринвудцев это, конечно, не понравится. Но встряхнуть этот городок всегда полезно. Не век же мусолить несчастный призрак в алом шарфе, который когда-нибудь точно вылезет из могилы только потому, что о нем так часто вспоминают…

К тому же Конраду порядком надоели разговоры тещи о том, каким подлецом был Джейкоб Кинсби и как его наказало привидение… Конрад с удовольствием представил разъяренное лицо тещи, которой он вечером расскажет о записях Мелины, где нет ни единого упрека в адрес бесчестного Кинсби…

– Ну что ж… Я могу рассказать вам все, что мне известно. Задавайте вопросы – и я постараюсь на них ответить, – улыбнулся он Ди.

– Отчего умер Кинсби? – деловито начала Диана.

– Сердечный приступ. Это засвидетельствовал врач. Он умер у себя в гостиной, на диване… В доме он был совершенно один – постоянной прислуги не держал. Его повар, итальянец, был в тот момент в отъезде – двумя днями раньше Джейкоб дал ему отпуск.

– У Джейкоба Кинсби было больное сердце? Он раньше обращался к врачу с этой проблемой?

– Для нас это загадка, – беспомощно развел руками Конрад. – По словам врача, у Кинсби не было проблем с сердцем… Во всяком случае, когда он приходил обследоваться в последний раз, а это было несколько лет назад. Джейкоб Кинсби, кажется, не очень стремился попасть в лапы наших эскулапов… Одно известно точно – у него была больная нога. Но, в общем и целом, Кинсби производил впечатление здорового человека… Правда, как вы сами понимаете, болезнь не всегда на виду…

Ди кивнула. Вновь неопределенность. Каким был этот человек, так он и умер – загадочно… Но должен же быть в этом деле хоть какой-то сучок…

– Насколько я знаю, Джейкоб был очень богат. Кому он оставил свои деньги, свое имущество? Есть ли у него родственники?

– И опять – загвоздка, – вздохнул Скидли. – По слухам, Джейкоб был фантастически богат. Представьте себе, Диана, если можете: повар, вызванный специально из Италии, чтобы готовить для Кинсби. Сад, полный роскошных тюльпанов самых дорогих сортов. Дом, только на содержание которого уходили наверняка бешеные суммы… А после смерти выясняется, что на счету Джейкоба Кинсби всего-навсего пара тысяч. Для такого богача, как он, поверьте, это сущая мелочь… – Конрад в раздумье потеребил кончик уса. – Родственников у него не было. Во всяком случае, близких… Его родители умерли, а на Сибил Льюис он так и не женился… Или она за него не пошла, народ по-разному судачит… Но, несмотря на это, Джейкоб Кинсби оставил ей свой дом и те деньги, что лежали на его счету. Он составил завещание около месяца назад… Словно предчувствовал свою кончину…

– А эта Сибил?.. – Ди вопросительно посмотрела на Скидли.

Конрад понял, что она имеет в виду, и отрицательно покачал головой.

– Сибил достаточно богата для того, чтобы не думать о наследстве в пару тысяч. Да и дом у нее, поверьте, неплохой. И кто бы что ни говорил… она любила Джейкоба… Наверное, она была единственным человеком, который любил Кинсби в этом городе, – грустно добавил Конрад. – И потом – у нее есть алиби. В тот день, точнее, в ту ночь она была не одна. К ней приезжала подруга из Сотскейта – она осталась переночевать у Сибил.

Кажется, он тоже симпатизировал Кинсби, подумала Ди. Скорее всего, так и есть. Не зря же он так охотно согласился рассказать обо всем приезжей журналистке… Конечно, Кинсби не пользовался в Гринвуде популярностью, но слухи о том, что его люто ненавидит весь город, весьма преувеличены… Даже эта Зельдина Бринн, родственница покойной Мелины, ни словом не обмолвилась о том, каким негодяем был Джейкоб. А ей-то уж точно не за что было его любить. Правда, и ненавидеть тоже…