Элизабет Уолкер - Странный каприз

— Потрясающее у вас пальто, — заметил он. — Только вся спина белая. Отправляясь на строительство, не стоит надевать дорогую одежду. — Последнюю сентенцию Перси изрек с такой важностью, словно много ночей ломал голову над этой проблемой и в конце концов решил приберечь свой костюм от Армани для другого случая. — Вокруг полно известки, штукатурки, свежей краски — всегда есть где измазаться. Присцилла об этом не думает: она всегда надевает то, что хочет… Вы едете с ней?

— Мы хотим поужинать вместе, — поколебавшись, ответил Крейг.

Его собеседник понимающе кивнул, словно давно уже подозревал нечто подобное.

— Неудивительно, что она не захотела ехать с нами! Какой-нибудь сногсшибательный ночной клуб?

— Да нет, просто ресторан неподалеку от дома. — Крейг открыл дверь и вышел, бросив на прощание: — Счастливо, Перси.

— Пока, — уныло отозвался тот.

Присцилла ждала Крейга в холле. На ней было уже знакомое пончо и лыжная шапочка длиной в целый ярд и с помпоном на конце. Лицо мрачное и решительное, губы плотно сжаты. Крейг молча отворил ей дверь, и оба вышли на пронизывающий ноябрьский холод.

— Может быть, лучше поужинать в Рокпорте или в Глостере, — заметил он.

— Если честно, мне вообще не хочется никуда ехать. Если вы не возражаете…

— Возражаю. Присцилла, объясните мне, что происходит? Вы что, его боитесь?

Присцилла обернулась и изумленно уставилась на него.

— Боюсь Перси? Не смешите меня! И ничего со мной не происходит. Просто у меня много работы. Давайте отложим на другой раз.

— Но ведь нога у меня болит сегодня!

— Ах, да. Простите. Все еще болит?

— Ужасно! — покривил душой Крейг. — Я так надеялся, что мне удастся развлечься и забыться в вашей компании…

— Ну хорошо, — согласилась Присцилла, кивнув так, что помпон на шапочке заплясал. — Только давайте поедим в Чарльстоуне. Если вы любите итальянскую кухню, я знаю чудное местечко под названием «У Риты». Особой роскоши вы там не найдете, но кормят очень хорошо.

Крейг бывал в этом ресторане и одобрил выбор Присциллы. Столик там обычно приходилось заказывать заранее, и, хотя в первый раз Крейга неприятно поразили клеенчатые столы и стулья с откидными сиденьями, кормили там действительно превосходно.

— Поезжайте, я за вами. Если вдруг я потеряю вас из виду, поеду к магазину — ведь вы, кажется, живете там же?

Присцилла кивнула и села в машину. Против ожиданий Крейга, она рванула с места почти сразу — он не успел еще сесть за руль, как перед ним сверкнули ее задние фары.

Ехала Присцилла на большой скорости, но осторожно, притормаживая на каждом повороте, и он без труда следовал за ней. Крейг любовался последними отблесками заката, на которых серели размытые тени голых деревьев, и думал о том, как приятно иметь дело с хорошим водителем — опытным, осторожным и уверенным в себе. Вскоре они въехали в город, а еще через несколько минут припарковались у магазина.

— Подождите меня здесь, — попросила она. — Я быстро, только накормлю свой зоопарк.

Она не пригласила Крейга войти. Может быть, думала, что с больной ногой ему будет трудно подниматься по лестнице? Но, скорее дело в том, что Присцилла не хочет показывать ему свою квартиру — ведь это еще один шаг в сторону близости, к которой она не очень-то стремилась.

Крейг вздохнул и от нечего делать начал разглядывать дом — внушительное здание начала века. Первый этаж, где располагался магазин, был почти не освещен — только по углам зала горели две лампы, выхватывая из темноты причудливые очертания старинных столиков, шкафов, этажерок… От этой картины веяло таким теплом и уютом, что у Крейга на мгновение защемило сердце.

Наверху зажегся свет, и, подняв голову, Крейг увидел, как за полупрозрачной занавеской движется ее тень.

Через несколько минут Присцилла вернулась в новом наряде. На ней был лиловый мохеровый свитер, перетянутый поясом, а под ним — пронзительной фиолетово-зеленой раскраски водолазка. Зеленая шерстяная куртка была расстегнута, а зеленая шляпка, выразительно оттенявшая ореховые локоны, кокетливо сдвинута набок. Уже стемнело, и Крейг не мог сказать с уверенностью, не лиловые ли у нее на ногах сапоги, но очень надеялся, что нет.

— А почему вы не привезли котят сюда? — спросил он, когда она молча села рядом.

— У меня дома и так уже целый зверинец. А этих котят нашла на улице одна приятельница и попросила меня их взять. Все знают, что у меня духу не хватает оставить животное на улице. Гостиница для них подойдет. Конечно, пока они слишком маленькие, чтобы самим о себе заботиться, но там живет Перси, значит, они не замерзнут. А когда гостиница откроется, котята будут здесь в самый раз. Я так и вижу, как они нежатся на старом ковре в лучах зимнего солнца!

— А вы не боитесь, что Перси о них забудет?

— Не забудет. Завтра я ему позвоню и напомню.

— Мне показалось, что вы не хотели оставаться с ним наедине.

Присцилла ответила не сразу.

— Перси все еще мечтает меня вернуть. Я не хочу подавать ему ложные надежды. А он преисполняется надеждой от любого пустяка.

— Например, оттого, что окажется с вами наедине?

— Да, и от этого тоже.

— Насколько я понимаю, развод произошел по вашему желанию.

— Верно, — ответила Присцилла, не отрываясь от окна.

— Почему?

— Не надо, Крейг. Я не хочу снова во всем этом копаться. В конце концов, какое вам дело?

— Никакого, мне просто интересно. Мне всегда казалось, что Моника развелась со мной, потому что разводы вошли тогда в моду. Ей, видите ли, захотелось расширить свой горизонт, стать «новой личностью», а я сдерживал ее духовный рост, и все такое. Она записалась на какие-то курсы по развитию новых возможностей и решила, что я в ее новую картину жизни не вписываюсь.

— Я вижу, вы сожалеете о разводе.

Крейг остановил машину на красный свет и обернулся к ней.

— Да, иногда. В основном из-за Майкла. У нас с Моникой не так уж много общего.

— Вы не говорили, что у вас есть сын.

— Вы не дали мне возможности говорить о себе. Да и мне о себе ничего не рассказывали.

— Сколько ему лет?

— Десять. Он живет с Моникой, а выходные проводит у меня. В тот вечер, когда вы звонили мне и приглашали выпить, Майкл был со мной.

— А вы мне об этом не сказали.

Крейг сделал одной рукой беспомощно-извиняющийся жест.

— Я не был готов говорить об этом.

— Ну а я не готова рассказывать о Перси, — отрезала Присцилла.

Крейг подъехал к стоянке и несколько минут маневрировал, припарковывая «Ауди».

— Тогда расскажите мне о своем магазине, — предложил он, скрыв разочарование, пока они шли к ресторану. — Почему вы решили обосноваться в Чарльстоуне?