Фрэнсин Паскаль - Таинственный приятель

На пухленьком лице Тины застыла тревога.

– Ты ведь никому не скажешь, нет?

– Пенни велела мне выяснить, кто делает эти снимки...

– Нет! – В пустом школьном холле крик Тины прозвенел особенно громко. – Не говори ей!

– Тина, я не могу понять, почему ты так нервничаешь, – мягко сказала Элизабет. – Все в восторге от твоих фотографий.

На лице Тины появилась слабая тень улыбки, но тут же пропала.

– И особенно – твоя сестра, – добавила Элизабет.

– В самом деле? – в голосе Тины было неподдельное изумление.

– В самом деле, – заверила ее Элизабет. – Она сказала мне, что хочет включить этого таинственного фотографа в штат.

Тина опять улыбнулась, но лишь на секунду.

– Она изменит это решение, как только узнает, что это я, – грустно сказала она, и уголки ее губ опустились.

– Но почему? – Элизабет в недоумении покачала головой. – Пенни всегда держит свое слово, я это точно знаю.

– Может быть и так, но только если это касается других, а я – только ее ни на что не годная младшая сестра. Ребенок. – Тина проглотила ком в горле. – Когда я была маленькой, все вокруг говорили: «Пенни написала потрясающую работу», или «Пенни получила первый приз», или «Смотри, как это делает Пенни. Она настоящий профессионал». И с тех пор почти ничего не изменилось. Пенни по-прежнему выдающаяся личность – главный редактор газеты, круглая отличница, готовящаяся к поступлению в самый лучший колледж. – В глазах Тины стояли слезы. – В «Оракуле» не будет места для нас двоих. Соперничать с ней я и думать не могу, так зачем и пытаться?

Элизабет положила руку на ее плечо.

– Тина, соперничество здесь не при чем. Пенни – редактор газеты, а не фотограф. Вы будете работать вместе, в одной команде.

Тина на минутку задумалась.

– Нет, – сказала она. – Пенни не сможет относиться ко мне серьезно. Ее несмышленая сестра в газете, наравне со старшеклассниками? Ничего из этого не выйдет.

– Почему ты в этом так уверена? – спросила Элизабет. – Мне кажется, что Пенни ценит талант в людях.

– Да, если только речь не обо мне, – ответила Тина. – Потому-то я и стала оставлять вам эти снимки анонимно.

– Тина, посмотри на все это с другой стороны, – сделала еще одну попытку Элизабет. – Пенни сказала мне совершенно определенно, что считает анонимные снимки великолепными и с удовольствием возьмет в штат их автора. Когда она узнает, что этот автор ты, это заставит ее посмотреть на тебя серьезно, как на талантливого человека, который может сделать что-то стоящее. Ты тогда перестанешь быть для нее просто малышкой Тиной.

Тина долго молчала. Наконец она медленно кивнула головой.

– Ты так убедительно все это говоришь, Лиз.

– Так, значит, ты сделаешь это? Ты скажешь Пенни, что ты автор всех этих снимков? – спросила Элизабет.

Тина побледнела.

– А что, если я скажу ей об этом? – быстро предложила Элизабет, боясь, как бы Тина не пошла на попятный.

Тина улыбнулась, и на этот раз улыбка задержалась на ее лице.

– Тебе это будет нетрудно? – спросила она с благодарностью.

– Нисколько. Я думаю, что совместная работа принесет пользу вам обеим.

Все еще сжимая в руке свои последние снимки, Тина, не скрывая охватившей ее радости, обняла Элизабет.

– Лиз, я так тебе благодарна. Если когда-нибудь я смогу для тебя что-то сделать...

Элизабет весело рассмеялась:

– Ты можешь приступить к этому прямо сейчас – показать мне снимки, которые ты держишь в руке. Я сгораю от любопытства.

– Конечно! – ответила Тина, вручая Элизабет три фотографии. – Я решила сдатать серию снимков, посвященных нашей внешкольной жизни. Эти три фотографии мне нравятся больше всего. Но нам будет очень трудно разглядеть что-нибудь при таком освещении. – Она указала рукой на тускло светящийся указатель.

Элизабет нащупала у себя на шее ключ от комнаты «Оракула», открыла дверь и, войдя внутрь, включила свет.

– Тебе уже нужно потихоньку привыкать к этому месту, – пошутила она, когда Тина вошла в комнату вслед за ней. – Теперь ты будешь проводить здесь много времени!

– Надеюсь, что так, – ответила Тина.

Элизабет присела на ближайший стул и взглянула на первую фотографию. Она была сделана в комнате игровых автоматов ресторана «Дэйрл Берджер»:

Аллен Уолтес, фотокорреспондент «Оракула» и большой дока по части математики и точных наук, с ожесточением вел битву со своим противником на видеоэкране. На следующем снимке было видно, как Диди Гордон балансирует на доске для серфинга, а на нее катит огромная волна.

– Как хорошо тебе удалось поймать этот момент! – воскликнула в восхищении Элизабет. – Прекрасные снимки, Тина. – Она поощрительно улыбнулась Тине, положила просмотренные фотографии на ближайший стол и взяла третью, последнюю. То, что она увидела, заставило ее ахнуть от ужаса.

Тина, по-видимому, отправилась на летное поле, чтобы сфотографировать ребят, учащихся пилотажу. На снимке, который Элизабет держала в руке, были Робин Уилсон и Джордж Уоррен на фоне маленьких самолетов. И они стояли, сжимая друг друга в горячих объятиях!

Этим же вечером Элизабет сидела в кабинете, мрачно уставившись в экран телевизора. Шел ее любимый старый фильм «Мальтийский сокол» с Хамфри Богартом в главной роли. Но она почти не замечала того, что происходит на экране, – перед ее глазами стояли обнимающиеся Джордж и Робин. Что будет, если об этом узнает Инид? Это будет для нее страшным потрясением. Элизабет, как ее самая близкая подруга, должна защитить ее от этого удара, разве нет? А может быть, ее долг – позаботиться о том, чтобы Инид не обманывали?

Элизабет ломала голову над тем, что делать, в то время как Боги, играющий роль детектива Сэма Спейда, пытался отыскать все время ускользающую от него статуэтку сокола, за которой охотилось столько народу.

Одно она знала твердо: снимок, сделанный Тиной, никто, кроме них двоих, не увидит. Они пришли к этому решению, когда Элизабет объяснила Тине всю щекотливость этой ситуации.

– О боже, – простонала Тина. – А я подумала, что это будет романтическая фотография счастливых влюбленных.

– Не вини в этом себя, – утешала ее Элизабет. – Такое в жизни случается.

«Но почему это должно случиться с таким милым и добрым человеком, как Инид?» – подумала Элизабет.

Эта мысль все никак не оставляла Элизабет, пока Сэм Спейд на телеэкране распутывал свою детективную историю.

«Это несправедливо. Инид этого не заслужила».

Внезапно в комнату, танцуя на ходу, влетела Джессика и уселась рядом с сестрой.

– А, Хамфри Богарт. Прекрасно! – Она подоткнула под голову подушку и положила ноги на стоящий перед ней маленький столик. – Что за фильм? – спросила она, игриво ткнув Элизабет между ребрами.