Марта Шилдз - Снежная Королева, стань моей!

— Бад Сейгер, в которого она влюбилась еще школьницей. Сразу же после окончания школы он стал выступать на родео, и она поклялась никогда больше не иметь дела с такими людьми.

— Похоже, у меня нет шансов.

— Но ведь она соглашается проводить время с тобой. С другими ковбоями она едва здоровается. И потом, я видела, как вы целовались… Ты, наверное, забыл, но Бекка, когда была крошкой, так хотела выйти за тебя замуж! Помнишь, что ты ей отвечал? Ты говорил: если в приданое дадут «Серкл И», ты готов жениться даже на такой обезьянке, как она! Правда, ты так много выступаешь и разъезжаешь повсюду, что семейная жизнь вряд ли тебя привлекает.

Тревис вздрогнул. Жениться на Бекке ради ранчо? Этот брак решил бы все их проблемы. Он выкупил бы «Серкл И» и оплатил бы лечение миссис Ларсон. Он заполучил бы и ранчо, и Бекку.

— Похоже, бургеры готовы, — сказала Джой. — Ты можешь позвать Бекку и мальчиков?

— Конечно, — задумчиво отозвался Тревис.

Он должен попытаться поговорить с ней наедине, попробовать объясниться. Он вспомнил, что рано утром звонил Пруитт. Грузовичок Бекки уже в порядке, и они договорились утром следующего дня ехать за ним в Глендейл. У Тревиса будет по меньшей мере час, чтобы по дороге обсудить с Беккой все интересующие его вопросы.

Глава восьмая

Четверг. Седьмой заезд.

Тревис бросил быстрый взгляд на Бекку. Она лениво разглядывала в боковое стекло северо-западные пригороды Лас-Вегаса.

— Что это ты такая тихая сегодня?

Она пожала плечами:

— А как же иначе, если ты не даешь мне лечь спать раньше двух часов ночи, а в восемь уже поднимаешь в дорогу?

— По-твоему, я один во всем виноват?

Бекка вздохнула:

— Конечно, ты не виноват, что мой грузовик сломался. Но ты виноват в том, что твой хитроумный план занимает все мое свободное время. Скажи, он хотя бы сработал? Черил-Энн оставила тебя в покое?

— Она меня избегает.

— Зато меня норовит при каждом удобном случае испепелить ненавидящим взглядом. Вчера она даже ущипнула мою кобылу перед самым стартом!

— Очень на нее похоже! Кстати, извини, что я не смог прийти к тебе перед выступлением.

— Результат все равно оказался замечательным.

Накануне Бекка выиграла шестой заезд.

Несколько минут они ехали молча.

— Нам пора поговорить, — сказал наконец Тревис.

Она ответила ему сердитым взглядом:

— О чем?

— Почему ты ненавидишь ковбоев родео?

Бекка отвернулась к боковому окну и пробормотала:

— Я вовсе не ненавижу…

— Ты сказала, что не выйдешь замуж за ковбоя.

— Ни за что!

— Вот я и хочу знать, почему.

— Не твое дело.

Тревис пожал плечами. Он и не сомневался, что их беседа начнется подобным образом.

— Все, что касается моей девушки, касается и меня.

— Я вовсе не твоя девушка! Мы же только притворились…

— Все притворство улетучилось с первым же поцелуем.

Бекка хмыкнула, но он видел, как она покраснела.

— Если бы я знала, что ты устроишь мне такой допрос, то лучше бы поехала на автобусе!

— Ладно, давай тогда поговорим о твоем прошлом. Куда вы с мамой переехали пятнадцать лет назад, когда ранчо пошло с молотка?

Она бросила на него подозрительный взгляд, но, видимо, не нашла в вопросе никакой ловушки и ответила:

— В Париж, в штате Техас. У мамы там был двоюродный брат, Джейк, который работал на ранчо. Мама была там кухаркой, пока не заболела. Это Джейк научил меня тренировать лошадей. Он умер восемь лет назад, и управляющий ранчо поручил его работу мне.

— Ты привезла Какао с этого ранчо?

— Да. Мать Какао умерла при родах, и дядя Джейк считал, что жеребенок не выживет, но я упросила его дать мне шанс выходить малышку. Я выкормила ее из бутылочки, представляешь? Теперь Какао ничем не отличается от других лошадей…

— Какао просто великолепна. Я с трудом верю, что она начала выступать на родео только в прошлом году.

— Это не совсем так. Я выступала на ней в Техасе и в Оклахоме, чтобы подзаработать денег. Управляющий не возражал, потому что мои победы всегда были хорошей рекламой для ранчо.

— Ты ненавидишь вообще всех ковбоев или только ковбоев родео?

Бекка опять отвернулась к окну и молчала целую минуту, прежде чем ответить:

— Только ковбоев родео.

— А почему? Тебе не нравится, как мы пахнем? Или, может, мы мало зарабатываем? Не умеем элегантно носить джинсы?

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты такой же упрямый, как твои быки?

— Ты будешь отвечать на мой вопрос?

Она сжала кулаки:

— Вас никогда нет дома. А мне нужен мужчина, который будет всегда рядом, который поможет мне растить детей, который будет любить меня, а не родео. Разве я прошу слишком многого?

Удивленный страстностью ее речи, Тревис тихо ответил:

— Конечно, нет.

— И что ты можешь возразить?

— Я не такой, как твой отец.

Она с вызовом вздернула подбородок:

— И в чем же разница?

Странное дело: вместо того, чтобы чувствовать раздражение, Тревис вдруг ощутил желание рассказать ей о себе все. Может, тогда он и сам лучше поймет, что он за человек.

— Во многом. Во-первых, я не трачу все свои деньги на выступления, наоборот, они приносят мне немалый доход, и сестра Клэр помогает мне довольно выгодно размещать сбережения.

Бекка кивнула. Она знала, что он заработал на родео более миллиона, но в отличие от других ковбоев никогда не сорил деньгами. Однако в ее портрете идеального мужчины деньги вовсе не имели первостепенной важности.

— Ты похож на моего отца в самом главном — его тоже никогда не было дома.

— Да, но только потому, что у меня вообще нет дома. «Гарденс» — дом моего брата, но не мой собственный. Я попытался купить землю поблизости от «Гарденс», но мне пока что не повезло.

Бекка бросила на него пристальный взгляд:

— Ты хочешь сказать, что бросишь родео, когда купишь собственное ранчо?

— В ту же секунду, дорогая.

— Я тебе не верю.

Он ответил ей мрачным взглядом:

— Почему? Мне все надоело. Я хочу мира и покоя, хочу осесть на одном месте, хочу обрести покой и счастье.

Она нахмурилась:

— Как ты сможешь все бросить, Тревис? Ты же можешь побить рекорд Дона Гая! Если на этом финале ты станешь чемпионом в восьмой раз, неужели ты не захочешь попробовать выиграть в девятый?

— Нет.

Она сжала кулаки и воскликнула:

— Зачем ты все это говоришь? Пытаешься уговорить меня выйти за тебя? Разве ты сам не понимаешь, что ничего не получится?

Он ответил мягко: