Кейт Хоффман - Сраженные любовной лихорадкой

Хок доказал отцу, что он не увалень и неудачник. Хок доказал, что он ему ровня в мире бизнеса. И, сделав это, ушел, даже не оглянувшись… если не считать ежеквартальные собрания директоров.

— Я не знаю, — сказала Сидни. — Я не думала о том, что будет дальше.

Хок отклонился назад и скрестил руки.

— Не знаешь. Тебе может не понравиться то, что ты увидишь.

— Что это значит?

— Это значит, что иногда вещи, которых мы желаем, не делают нас счастливыми. Иногда мы обретаем счастье в самых странных местах.

— Ты счастлив здесь? На Аляске? Хок долго думал над ее вопросом. Более радостного момента в жизни он не мог вспомнить. Но будет ли он счастлив, когда Сидни вернется домой?

— Да, — прошептал он наконец. — Я счастлив.

Двухмильная прогулка заняла почти два часа. Они взбирались и спускались по холмам, пока Сидни не устала. Но она даже не думала об отдыхе. Она хотела доказать Хоку, что может справиться, как и он, без жалоб.

Сидни чуть не закричала от восторга. Какой вид открылся на реку! Никогда она не видела ничего, что могло бы с этим сравниться. Юкон был шире, чем она ожидала. С милю шириной, сказал Хок. И такая гладкая поверхность. Вода была не прозрачной и голубой, как в озере, а темной. Река текла быстро. Маленькие волны цеплялись за края берегов и широкие острова гравия.

— Юкон всегда поражает меня, — пробормотал Хок. — Простая красота, наполненная энергией.

— Говоришь, как поешь, — сказала Сидни, оглянувшись на него.

— Это не я, а Роберт Сервис. Он писал стихи о Юконе.

— Не думала, что ты любитель стихов. Хок легонько коснулся ее плеча.

— Вы еще многого не знаете обо мне, мисс Винтроп. Если попросите, то я прочитаю «Чары Юкона».

Сидни улыбнулась.

— Это обещание?

— Может быть. Но тебе придется упрашивать меня. — Он взял ее за руку так естественно и легко, что Сидни и не подумала сопротивляться. — Пойдем. Мы разобьем лагерь у реки. У излучины я знаю неплохое местечко.

Когда они вышли на берег, Хок помог Сидни снять сумку, и женщина с радостью освободила ноющие от боли руки.

— Я еле жива, — сказала она, сев на пакет и прогоняя комаров.

— Дай мне свою палатку, я ее поставлю, — предложил Хок.

— Она у тебя, — сказала Сидни, проведя рукой по волосам. — Она у тебя в сумке. Хок нахмурился.

— Нет. У меня моя палатка. Ты же несла свою сама. Я положил ее к твоей сумке перед уходом.

— Красная сумка? — Ее сердце упало. — Я думала, ты взял красную сумку. Хок покачал головой. Сидни вздохнула, затем встала на ноги — Я вернусь. Это недалеко. А ты оставайся здесь.

Она повернулась, чтобы идти. Но Хок взял ее за руку. На мгновение ее колени подкосились. Не от желания, а от усталости. Он посмотрел ей в глаза с улыбкой на губах.

— Сидни, тебе не нужно возвращаться. Ты можешь спать в моей палатке.

Предлагает переночевать с ним? Или переспать? Между двумя предложениями большая разница. Сидни была сбита с толку.

— Я… я не… — Она тяжело вздохнула. — Твоя палатка будет…

— Твоей, — сказал он. — А я переночую снаружи.

Она выдохнула с облегчением.

— О! — сказала она. — Но это будет… несправедливо. Я не могу просить тебя спать снаружи. Здесь медведи и насекомые.

— Я и раньше это делал. Со мной все будет в порядке.

Сидни покачала головой.

— Нет. Ты будешь спать в своей палатке.

— Тогда мы вместе будем в ней спать, — предложил он.

— Я построю шалаш. Как в первый день.

— Сид, совсем не обязательно…

— Но я хочу, — настаивала Сидни. — Это будет здорово. Я смогу использовать один из навыков, которому научилась. Я действительно смогу.

Хок обдумал ее предложение, затем наклонился и поцеловал ее в щеку.

— Хорошо, — сказал он. — Я разведу огонь, а ты начинай строить шалаш. Но помни, что палатка всегда к твоим услугам, если ты передумаешь.

Сидни кивнула. Мысль о том, чтобы лежать рядом с Хоком, была огромным искушением. Не только потому, что могло произойти между ними, но и потому, что рядом с ним было бы тепло. Ночью довольно прохладно. Иногда она не могла заснуть часами и вставала три-четыре раза за ночь, чтобы надеть на себя что-нибудь.

Сидни пошла к реке собирать камни для шалаша. Пока шла, держала руку на щеке, чувствуя отпечаток его теплых губ.

Ее мысли возвращались к их страстному поцелую первого утра. Ей было любопытно, надумает ли он поцеловать ее вновь. Быть может, в следующий раз он наклонится ниже, и она сама поцелует его. Это несложно и будет похоже на случайность.

И тогда Сидни приоткроет губы. Словно пригласит делать это чаще. Она так и решила поступить. Она сделает все, чтобы он снова поцеловал ее, даже если это займет остаток недели.

Она думала о поцелуе, волоча камни к лагерю, думала о поцелуе, собирая ветки и делая крышу. И, даже закончив, Сидни думала о том, чтобы он обнял ее и целовал до изнеможения.

Но за день она так устала, что во время ужина начала засыпать, едва поддерживая разговор. В конце концов она забралась в шалаш и нырнула в спальный мешок.

Но стоило Сидни лечь, как она поняла, что не может заснуть. Хок поставил палатку рядом с ней.

— На случай, если пойдет дождь или ты замерзнешь.

Теперь ей даже не придется идти. Сидни начала насвистывать мелодию «99 пивных бутылок висело на стене».

Она не знала, что опаснее: спать в одной палатке с Хоком или встретить медведя, бродящего около их лагеря.

Глава 6

Сидни не ожидала, что вновь раздастся душераздирающий крик. В лагере были только она и Хок.

Но, открыв глаза, Сидни увидела, что около ее шалаша находится страшное, огромное животное. Свист, отпугивающий медведей, и крик сорвались с ее губ одновременно. Зверь подошел, и она его ударила, молясь, чтобы Хок спас ее.

Медведь поднял лапу. Но сквозь страх Сидни увидела вместо когтей грязную человеческую руку. Медведь носил перчатку. Крик застрял у нее в горле. Она нахмурилась и убрала волосы с лица. Медведь вовсе не был медведем. Это оказался пожилой мужчина с неряшливой бородой и в меховой шапке.

— Привет, — поздоровался мужчина и широко улыбнулся. — А вы неплохо свистите. — Он протянул руку. — Я Берди Маккормак. Вы, должно быть, леди Хока. Так и знал, что найду вас двоих у реки.

Ее сердце бешено колотилось. Сидни не знала, почему поздоровалась с ним за руку. Она еще не понимала, миновала ли опасность. Впрочем, незнакомец знал Хока, а также то, что они будут вместе у реки.

— Здравствуй, — сказала она, тяжело дыша. — Я — Сидни Винтроп.

Берди Маккормак пожал ей руку и усмехнулся.