Дэй Леклер - Дивный сад любви

– А почему у вас такие сложные отношения с этим Рэндолфом? – осторожно спросила Уинн, когда они возвращались.

– Потому что мой отец, Уэстон Честерфилд-третий, не был женат на моей матери. Родство наше – неофициальное, и Рэндолф это родство не признает. Оно приводит его в бешенство. Во мне течет кровь одного из Честерфилдов, но по закону я не Честерфилд.

– И это единственная причина?

– Нет, есть еще. Мой дедушка записал на меня свое ранчо – с одним, правда, условием.

– Чтобы ты женился?

– Точно.

– А если бы ты не женился?

– Ранчо отошло бы к Рэндолфу.

– Но почему твой дедушка выдвинул такое странное условие? – спросила она. – Почему заставил тебя жениться?

– Потому что привык совать нос в чужие дела. Ему взбрело в голову, что он хочет правнуков. Все, разговор окончен. Мы уже дома.

Джейк остановил машину в тени под тополем и выключил зажигание.

– Что здесь, черт побери, происходит? – недоуменным тоном спросил он и выскочил из машины. Дасти, Бастер и Чик молча стояли во дворе, потупив взоры. – Я только что видел, как Бешеный Пес, мой лучший конь, чешет по открытому полю в миле к северу отсюда. Как он смог удрать?

Ни слова в ответ.

– Мой породистый жеребец находится на том же пастбище, что и мой породистый бык, и никто из вас троих не может ничего толком объяснить. Вы хотите, чтобы оба эти животные закончили свой век в виде гамбургеров на нашем столе? А-а-а? Кто-нибудь скажет хоть слово?

Дасти прокашлялся.

– Я, наверное, скажу. Это как бы… так получилось…

– Мой Пес ускакал из закрытой конюшни! Это что – так получилось? У него что – крылья выросли?

Уинн вылезла из кабины и встала рядом с Джейком.

– Бастер, что случилось?

Бастер поднял глаза, в которых дрожали слезы.

– Извините, дядя Джейк. Я просто хотел показать Чику, как ездить на лошади.

От негодования Джейк стал белым как полотно.

– Так это ты вывел коня? Ты?

Бастер с несчастным видом кивнул.

– Я увидел ключи, они висели у входа, и мне стало интересно, позволит ли мне ваш конь прокатиться на нем или нет. Он был такой смирный. Он спокойно пошел со мной из конюшни, прямо как послушный щенок…

– Это моя вина, босс, – пробормотал Дасти. – Когда я увидел мальчишку рядом с Бешеным Псом, я чуть не рехнулся. Я стал кричать, и конь закатил глаза и принялся лягаться. Но у парнишки быстрая реакция. Он моментально сграбастал своего братишку и утащил его на крыльцо.

Джейк сжал кулаки.

– Я, по-моему, просил тебя присматривать за ребятами, Дасти. Значит, так ты за ними присматриваешь?

– Я только на минуту отвернулся, босс, клянусь. Я им показывал, что тут где расположено, объяснял, как тут все работает, и вдруг вижу – конь…

– О-о, Бастер, – со вздохом произнесла Уинн, – неужели ты не знаешь, что нельзя ничего брать без разрешения?

– Если раньше не знал, то теперь будет знать! – вмешался Джейк. – И ты, и ты, оба, – он показал пальцем сначала на Бастера, потом на Чика, – идите в конюшню и ждите меня там.

– Что ты собираешься с ними делать? – с опаской спросила Уинн.

– Нам надо поговорить… по-мужски. Я думаю, на следующей неделе их можно будет оставить одних. – И, не дожидаясь ответа, Джейк повернулся к Дасти. – Что касается тебя… Если хочешь остаться на этой работе, то прежде всего загони жеребца в конюшню, и как можно быстрее.

– Слушаюсь, босс, – выпалил тот и пустился к джипу.

– Джейк! – Уинн взяла его за руку, но он намеренно отводил глаза: если бы посмотрел на нее, то не смог бы оставаться строгим с мальчиками в предстоящем разговоре.

– Что?

– Мальчики должны понять, что поступили неправильно. Иначе они не усвоят урок.

Ему понадобилась почти минута, чтобы переварить эти слова.

– Что ты хочешь этим сказать? – шепотом спросил он.

– Ранчо в Техасе очень отличается от квартиры в Мэриленде. Мне кажется, они этого еще не понимают.

Он повернулся и посмотрел ей в глаза.

– Ты боишься, что я буду их бить?

Она рассмеялась в ответ:

– Я знаю, что ты никогда этого не сделаешь, что бы там Рэндолф ни говорил.

Он прокашлялся.

– Я скоро вернусь.

– Можешь не спешить. Я буду готовить обед, пока ты разговариваешь с ребятами.

Он кивнул и направился к конюшне. Братья ждали его внутри. Бастер, со стоическим выражением лица, стоял впереди, за его спиной спрятался Чик.

Джейк молча смотрел на них, переводя взгляд с одного на другого. Бастер первым нарушил молчание:

– Извините нас, дядя Джейк, что мы так поступили. Мы больше не будем, обещаем.

Чик кивал с испуганным видом, выглядывая из-за спины брата.

– Ну, хорошо. А то я уж подумал, не ограничить ли тут ваше передвижение, то есть не запретить ли заходить в некоторые места. Раз вы все понимаете, теперь в этом нет необходимости. Можно разрешить вам помогать по хозяйству.

Глаза мальчиков загорелись.

– Правда? Мы можем вам помогать?

– Если я сказал – значит, можно.

– Мы обещаем! – твердо сказал Бастер. – Мы будем делать все, что вы скажете.

Чик дернул брата за рукав и что-то шепнул ему на ухо.

– Чик спрашивает, вы обоим нам разрешите работать на ранчо?

– Да. На таком большом ранчо дорога каждая пара рук. Но, – он строго посмотрел на Бастера, – здесь много опасных животных и механизмов.

Одно необдуманное действие может дорого обойтись. Как, например, с Бешеным Псом. Я уверен, что ты не хочешь, чтобы Чик пострадал из-за твоей небрежности.

– Да, сэр, – подтвердил Бастер.

– Это значит, что вы ничего не должны делать без разрешения. Понятно?

– Да, сэр, – опять подтвердил Бастер, а Чик с серьезным видом кивнул.

– Хорошо. Единственная проблема… Ваша оплошность сегодня доставила много лишней работы Дасти, и я думаю…

Бастер не колебался ни секунды.

– Может, ему помочь?

Джейк сделал вид, что размышляет.

– Это хорошая идея. Вон там в углу стоят вилы, попробуйте ими принести сено.

В глазах ребятишек засветился радостный огонек.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Джейк сидел за письменным столом деда, в задумчивости уставившись на счета и письма, разбросанные на широкой дубовой столешнице. Всего неделя прошла, как он вернулся домой, а работы опять невпроворот.

Зазвонил телефон, он взял трубку.

– Хондо.

– Я так и подумал, что найду тебя по этому номеру, – прозвучал довольный голос Питера. – Я только что говорил с судьей Грейдоном. Он согласился на разговор за обедом.

– Рад это слышать.

– Я думаю, ему тоже не по душе эта идея публичного свидетельства. Что касается даты… то Грейдон свободен в субботу вечером. И он высказался насчет того, что постарается, чтобы все прошло как можно мягче и естественнее.