Айрис Денбери - Гранатовый остров

— Рано или поздно он встретит ту единственную девушку, которая наконец его устроит, — вставила Фелисити, хотя она даже себя не могла в этом убедить, не говоря уже о Ноэле.

— Тогда я молю Бога, чтобы это оказалась не Изабель. Она поверит в то, что он ее любит, но когда ему будет нужно, он без колебаний бросит ее и разобьет ее сердце.

— Но откуда ты знаешь, какие чувства питает к нему Изабель? Ведь она может на самом деле искренне любить его.

Ноэль сердито фыркнул:

— Сейчас она так и думает. Она знает, что я ее люблю, я ей уже не раз это говорил, и говорил совершенно серьезно, но я для нее слишком легкая добыча. Конечно, Изабель не хочет намеренно быть ко мне жестокой или несправедливой, но Мэллори для нее интереснее — его завоевать намного сложнее. Ей известна его репутация, но это ее не останавливает.

— Многим девушкам кажется, что они могут исправить мужчину.

Ноэль кинул на нее сердитый взгляд из-под кустистых бровей.

— Тогда, надеюсь, ты не разделяешь их заблуждения. Ты сама видела, что Мэллори не прочь провести с тобой свободное время под тем или иным предлогом. И он всегда все делает для того, чтобы Изабель стало об этом известно. Видимо, он считает, что должен поддерживать в ней определенный уровень ревности. Когда она уже готова рассердиться и упорхнуть от него, вот тогда он тут же объявляется и очень мило приглашает отвезти ее на континент или еще что-нибудь в этом роде.

— Ну, по крайней мере, я прекрасно понимаю, что когда он берет с собой на прогулку меня, то это только для компании, не больше, — спокойно сказала ему Фелисити. — И с моей стороны было бы очень глупо думать иначе.

Ноэль бросил на нее острый взгляд:

— Ты, правда, так считаешь? Или только пытаешься себя в этом убедить?

— Мне двадцать четыре года, и я могу разобраться, что к чему.

Ноэль тихонько рассмеялся:

— Интересно узнать, сколько девушек так говорят в начале романа.

— Мы, кажется, решили беседовать о чем угодно, только не о мистере Мэллори, — напомнила Фелисити. — Но мне уже пора возвращаться к доктору Йохансену.

— А ты сегодня не занята? — вдруг спросил Ноэль, когда она шла к двери.

— Теперь почти все вечера я провожу у Тревора пока ему самому не разрешают выходить из клиники.

— Оставь его хоть раз одного и пойдем сходим вместе на побережье. Можно пойти в «Арагосту» или в бар Мариано, или еще куда-нибудь.

— А что, если Изабель сегодня свободна и захочет провести этот вечер с тобой? — осмелилась произнести она.

Ноэль горько усмехнулся:

— Если она свободна, то наверняка предпочтет общество Мэллори.

— А тебе не кажется, что ты делаешь большую ошибку? — спросила его Фелисити. — Тебе надо бороться за Изабель, если ты не можешь без нее, а не отпускать ее так спокойно в объятия другого мужчины. Посмотри на себя со стороны хоть разок, и, думаю, результаты тебя удивят.

— Я уже смотрел, и результаты меня в самом деле удивили, только не в том смысле, в котором ты говоришь. Моя тактика всегда только отталкивала от меня Изабель.

— Послушай, Ноэль, сегодня я пойду с тобой вечером гулять, выпьем вместе кофе или бокал вина, но только в том случае, если Изабель будет на дежурстве. Если же нет, ты должен приложить все усилия, чтобы убедить ее пойти с тобой.

Ноэль улыбнулся ей обезоруживающей мальчишеской улыбкой.

— Как ты мне нравишься, Фелисити. Ты так поразительно откровенна, однако, наверное, я должен знать, что откровенность всегда встречается у людей с твоим цветом волос.

— Да, на мой цвет волос обычно списывают все несчастья. — Она махнула ему на прощанье рукой и кинулась почти бегом к себе в офис, надеясь, что никто не заметил ее долгого отсутствия.

Доктора Йохансена не было на месте, и девушка быстро прошла в свою комнату.

— Ах, вот вы где! — Ей не надо было оборачиваться, чтобы узнать этот голос, и голос этот принадлежал не доктору Йохансену, а Берну Мэллори.

— Вы что-то хотели? — спросила она.

Долгая пауза заставила Фелисити обернуться, так как она решила, что Мэллори уже вышел из комнаты.

Но на нее смотрели его серые глаза, и в них была насмешка.

— Хотел? Даже не знаю, правильно ли я вас понял?

— Могу ли я чем-то вам помочь в деловой области? — нетерпеливо сказала она.

— Вот это уже точнее. Я решил делать вашему брату операцию послезавтра.

— Значит, вы определили, что с ним?

Берн сел на стул напротив нее.

— Я ничего не могу обещать. Скажу больше. — Голос его был на редкость нежным. — Я только предполагаю в чем причина болезни Тревора, но эта операция, даже если целиком его не вылечит, тем не менее вреда тоже не наделает.

Радостный огонек в глазах Фелисити потух.

— Понятно, — тихо произнесла она.

— Да, мне хотелось бы, что ваш брат тоже научился говорить «понятно» таким же легким тоном, как вы сейчас. Мне нужно ваше письменное согласие на операцию. — Он вынул из кармана бланк и протянул ей для подписи.

— Наверное, вы пока не можете мне сообщить подробнее, что именно вы намерены делать?

— Нет. У него довольно редкий случай, и там надо действовать не так, как мы обычно поступаем при операциях на глазах. Но вам будет трудно это понять, это чисто медицинские проблемы, я мог бы их обсудить только с человеком, который специализируется в моей области.

Она покорно склонила голову и подписала бланк.

— Благодарю. Теперь я должен дать вам несколько рекомендаций. Сегодня вы можете заглянуть к Тревору на несколько минут, не больше. Завтра он проведет весь день у меня в клинике, чтобы мы могли как следует подготовить его к операции. С ним все время будет находиться медицинская сестра. После операции я вам сообщу, когда вы сможете его навестить, но вы должны быть готовы к тому, что на глазах у него будет повязка и он вас видеть не сможет.

— Да, я понимаю, — вздохнула Фелисити. — Тревору и раньше приходилось проходить через это.

— Не совсем так. Операция, которую я собираюсь ему сделать, совершенно особого рода.

— Разумеется.

— Так что лучше всего сегодня вечером вам пойти куда-нибудь вместе со мной и постараться на время забыть о Треворе.

— Спасибо, — ответила Фелисити с улыбкой, — но вам не стоит так из-за меня беспокоиться. Да и потом, по правде сказать, я уже обещала Ноэлю Беннету, что пойду гулять с ним.

— Ах вот как! Простите, если вам показалось, что я оспариваю его право на ваше общество. Разумеется, идите с Ноэлем. Желаю приятно провести вечер.

Он встал со стула и очень быстро вышел из комнаты, оставив Фелисити наслаждаться своим пусть небольшим, но все-таки триумфом. Наконец-то она смогла ему показать, что она тоже может сохранять независимость, даже в исключительных обстоятельствах. Ах, как расстроен и уязвлен был Его Величество Лучший Кавалер Острова, когда она сказала ему, что пойдет вечером гулять с другим! Может быть, если бы еще несколько девушек оказали ему такой же отпор, Берн Мэллори стал бы более приятным и менее самонадеянным человеком.