Коллин Коллинз - Шесть шагов к счастью

Она откинула голову назад, и ее глаза наполнились серым мерцанием.

— Один «Космополитен», и я отвергнута?

— Это был огромный «Космополитен», и ты пила уже второй, когда я подошел к тебе.

Она поцокала языком.

— У меня голова немного кружится, не более того.

А у меня плоть бушует, не менее того.

— Я буду гнаться за тобой… — почти неслышно напомнил он себе.

— Что?

Он открыл глаза, и у него разве что слюни не потекли при виде ее великолепных грудей, подобных зрелым плодам. Он с трудом сглотнул.

— Меня еще в юности приучили никогда не пользоваться тем, что женщина нетрезвая.

— Ну а я не нетрезвая. И чтобы избавить тебя от забот… — ее голос понизился до хриплого шепота, — я сама воспользуюсь тем, что ты оказался здесь. — Она положила обе руки ему на бицепс и сжала его. — Мне нравится, как надуваются твои мускулы, когда ты двигаешься.

— Хорошо. Но я должен идти, прежде чем…

Ее руки скользнули вниз по его телу.

— Как ты сам сказал мне в тот вечер, — прошептала она, лаская его, — ты слишком много волнуешься.

Он испустил звук, подобный крику раненого животного, а Кимберли тихо рассмеялась, начиная медленно расстегивать молнию у него на джинсах.

— Хорошо, что горит свет, — заметила она, — так что я смогу видеть тебя.

Он снова застонал. Слов у него уже не осталось.

Она села на кровать, продолжая ласкать его мягкими движениями. Подняв глаза, она встретила его потемневший взгляд.

Его дыхание прервалось на миг, потом он спросил:

— У тебя есть?..

— Нет.

Она, такая организованная и аккуратная, совсем не планировала, что в тот вечер, когда она пришла к Найджелу, он будет ласкать ее. Того, что происходит сейчас, она тоже не ожидала. Ей и в голову не могло прийти, что они окажутся у нее дома. И она уже столько времени жила в одиночестве, что о предохранении и не задумывалась.

Но сейчас она точно знала, чего хочет.

Она продолжала смотреть на Найджела. Его лицо было крупнее, чем у большинства людей, но теперь она видела нежность в его резковатых чертах.

— Сегодня моя очередь ласкать и целовать тебя.

Много позже Найджел тихо опустился на кровать, держа Кимберли в объятиях. Она лежала, прижавшись щекой к его мерно поднимающейся и опускающейся груди, а он ласкал ее руки, плечи, лицо.

Как же ей сейчас хорошо! И как легко! Конечно, в следующий раз она подготовит все, чтобы испытать, как Морис изящно выражался, «все от начала до конца». Возможно, ей следует купить большую упаковку презервативов. Там их, наверное, несколько дюжин.

Что это с ней? О чем она думает?

То, что случилось сегодня, было восхитительно, но это все, что может быть. Еще один мужчина на одну ночь. У нее нет времени для серьезных отношений. Иначе на агентство не останется ни сил, ни внимания.

Передвинувшись немного, она повернулась спиной к Найджелу, который продолжал нежно обнимать ее. Да, то, что произошло, было для них чем-то фантастическим, но ей придется объяснить ему, что их связь не будет длиться долго.

Или ничего не объяснять, а просто закончить отношения прежде, чем они выйдут у нее из-под контроля.

Кимберли открыла глаза и сразу же зажмурилась от слишком яркого солнечного света, проникавшего в спальню через приоткрытые занавески.

Неужели я забыла задвинуть их, когда ложилась спать?

Нахмурясь, она закрыла глаза. Не могу вспомнить.

Что-то здесь жарко.

Жарко. Солнце. Она снова поглядела на свет, струящийся через занавески. Слишком рано, чтобы солнце было так высоко.

С большим усилием она перевернулась и уставилась на часы, пытаясь из красных линий сложить цифры.

9…30?

9:30!

Проспала!

Какой ужас! До встречи с сотрудниками рекламного агентства осталось только тридцать минут.

О боже, успеть невозможно! Позвонить Морису, чтобы он задержал их. Если она поторопится, то успеет к половине одиннадцатого. Конечно, Морису станет плохо, и он будет без конца читать ей нотации, но все это будет когда-нибудь потом.

Она наклонилась, чтобы взять трубку телефона, стоящего рядом с кроватью, и увидела корсет и чулки в сеточку, кучей лежащие на полу. Она застыла, вспомнив, как сбросила их вчера вечером после того, как Найджел заснул. Найджел.

— Просыпайся, соня! — произнес знакомый мужской голос. — Я сделал тебе крепчайший кофе.

Она повернулась и увидела, что он уже вошел в спальню с кружкой в руке. Ее сердце екнуло.

Найджел, улыбаясь, остановился рядом с кроватью.

— С добрым утром, красавица. — Он вручил ей кружку. — Два куска легкого сахара, правильно?

— Правильно. — Она взяла кофе, и от его аромата у нее потекли слюнки. Это было так приятно — получить кофе в постель. — Сделай одолжение, позвони Морису. Скажи ему, что я буду в половине одиннадцатого.

— Никаких проблем. Я могу доставить тебя на работу к этому времени.

Ну да, вспомнила она, у него же джип, на котором они вчера и приехали.

Она увидела красную полоску позади его уха.

— Ты порезался?

Он повернулся, чтобы посмотреть в зеркало на туалетном столике.

— О, я думал, что отмыл их.

— Что отмыл?

— Твои поцелуи.

Туманные воспоминания о том, как она ласкала и целовала его голову, всплыли у нее в уме. Все, что случилось вчера вечером, было необыкновенным.

Он перевернул ее мир вверх тормашками. Она то сходила с ума от желания, то оказывалась на седьмом небе. Не может она прекратить эти отношения. Не может. Не может.

Найджел нахмурился.

— У тебя все хорошо?

Она моргнула, подула на горячий кофе.

— Прекрасно. Просто я расстроена, что опоздала. Важная встреча.

— Не беспокойся, дорогая, — утешил он, положив большую, теплую руку ей на плечо. — Я привезу тебя туда к половине одиннадцатого.

Как хорошо! Даже не верится, что все происходит на самом деле.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Морис нетерпеливо постукивал карандашом по столу, уставившись на Кимберли.

— Сожалею, — сказала она со вздохом, глядя в зеркало над диванчиком, чтобы убедиться в своей готовности к сегодняшней встрече с сотрудниками рекламного агентства «Барнет и Оуэнс». Предстояло обсудить, какие идеи положить в основу телевизионной рекламной кампании для ее агентства.

Она расстегнула пиджак так, чтобы лучше была видна ее новая блузка, которую она купила на прошлой неделе. Это была незапланированная покупка. В последнее время что-то часто она стала поступать импульсивно. А блузка ей понравилась своим рисунком — танцующие туфли и шляпы. Кимберли подумала, что в таком наряде она будет выглядеть менее чопорной. Она прикоснулась к жемчужным серьгам в виде капелек, вспоминая, как Найджел проверил, что она надела обе сережки, прежде чем они вышли из ее квартиры.