Ирен Беллоу - Любовное перемирие

Поднимаясь по лестнице, она думала о том, что в замке не ощущается следов пребывания в нем женщин. Хотя у нее не было сомнений в привлекательности для женщин такого интересного мужчины, как Джеймс Макларен. Но и на коллекционера красивых женщин он тоже не похож. Поскольку с такими типами ей встречаться приходилось. Мысли ее переключились на себя. В новом обличье она вряд ли рискует стать объектом чьих-то домогательств. И Джеймс больше никогда не захочет заключить ее в свои объятия. Вернувшись к себе, она вышла на балкон в спальной комнате и стала смотреть на звезды. Большие, манящие, они не могли дать ответа на мучившие Рейчел вопросы: как жить дальше, потеряв право на титул Леди Совершенство? Было тихо, лишь из бухточки доносился плеск воды о камни.

Однажды утром Джеймс взглянул на нее поверх чашки с кофе и спросил:

— Вы готовы?

— Готова? — насторожилась Рейчел. — К чему?

— На сегодня у вас назначена встреча с хирургом, — напомнил он.

Сердце Рейчел встрепенулось, для нее наступает жизненно важный момент. До этого дня она заставляла себя поменьше думать о нем. Большие темные очки — она не снимала их даже в доме — и распущенные волосы почти целиком скрывали ее лицо. Временами ей удавалось перехватить хмурый взгляд, каким иногда посматривал на нее Джеймс. Она чувствовала его недовольство, только не была уверена в его причине. То ли не нравилось ему, что она так тщательно скрывает свое лицо, то ли считал ее усилия недостаточными. В любом случае приближение момента ясности вдруг напугало ее. Тем более что для этого ей придется выехать за ворота замка, где она чувствовала себя в относительной безопасности.

— Дайте мне, пожалуйста, номер его телефона, — вежливо попросила Рейчел. — Я позвоню ему и отменю сегодняшний визит.

— Почему? — спросил Джеймс и резко опустил на блюдце пустую чашку.

— Что, почему?

— Почему вы хотите отменить визит к врачу? — строго спросил он.

— Ну, чувствую я себя хорошо… Нет необходимости, по-моему, — забормотала Рейчел.

— Рейчел, как вы могли забыть? Сегодня вам снимут швы.

— Ах да, швы… — Пальцы ее нервно комкали салфетку. — Я не поеду! — вырвалось у нее. — Нет, конечно, поеду, но в другой раз, — тихо сказала она по-детски жалобным голосом.

Джеймсу захотелось прижать ее к себе, поцеловать, сказать, что даже со шрамами на лице для него она самая красивая и нравится ему еще больше, чем раньше. Он понимал, что ее пугает, и сам боялся этого визита к хирургу не меньше, чем она. Ведь после того, как ей снимут швы, она может захотеть покинуть его.

— Я не готова пока, — призналась Рейчел.

— Глупый детский страх, — мягко сказал он и встал из-за стола. — Все будет хорошо, я буду рядом с вами. А из клиники мы отправимся в небольшой ресторан, который я знаю, и отметим это событие. Я буду рядом с вами каждую минуту, — повторил он и подал ей руку.

Рейчел неуверенно улыбнулась, а когда вложила похолодевшие от волнения пальцы в его большую теплую ладонь, сердце Джеймса забилось от радости.

Остаться в операционной хирург Джеймсу не разрешил.

— Нет, — твердо сказал он, — посидите в кафе, выпейте чашечку кофе. — Нам предстоит разговор с мисс Кемпбелл.

Джеймс предпочел остаться у дверей операционной и, когда сестра пригласила его войти, сразу понял, что разговор с врачом сильно расстроил Рейчел. Она сидела на стуле в напряженной позе, отвернувшись от него. Хирург взял его за локоть и повел в смежную комнату с умывальником.

— Все обошлось благополучно, можно считать, — начал он свой монолог. — Ни воспаления, ни деформации кожи…

— Но?.. — перебил его Джеймс, предчувствуя, что дальше последует нечто неприятное.

Врач вздохнул, снял очки и протер их полой белоснежного халата.

— Но мисс Кемпбелл не хочет смириться с реальностью, — с некоторой долей раздражения произнес он.

— Понять ее можно, — сказал Джеймс, — вы ведь знали, что она фотомодель. Что поврежденное лицо для нее означает конец карьеры?

Врач внимательно посмотрел на него.

— Скажите, мистер Макларен, вы сами хотите, чтобы она полностью избавилась от шрамов и продолжила свою карьеру? Или предпочитаете, чтобы она и впредь зависела от вас?

— Вам не стоит разговаривать со мной в подобном тоне, доктор, — предупредил его Джеймс.

Врач не дрогнул от его рыкающего голоса.

— Я не психотерапевт, но хочу предупредить вас. У мисс Кемпбелл сильный характер. И если вы будете слишком явно жалеть ее, она может запросто спрятаться от вашей жалости в такой кокон, что вы до нее не достучитесь.

— Я не позволял себе открыто жалеть ее. Рейчел рассказала вам, что первые дни в моем замке она провела, сидя безвылазно в своей комнате? Это я заставил ее прекратить добровольное заточение. Теперь она ест со мной за одним столом, ходит на прогулки.

— А в общественных местах она бывает? В магазине, например, или в кафе?

— Что вы предлагаете? Чтобы я вытащил ее на всеобщее обозрение? А если ей до сих пор невыносимо смотреть на себя в зеркало!

— Я предлагаю вам помочь ей преодолеть внутреннее сопротивление, — уже мягче заговорил хирург. — Раз она смогла выйти из заточения, значит, должна справиться и с более сложной задачей. Главное сейчас, конечно, уберечь ее от нервного срыва.

На обратном пути в замок Рейчел молчала, скрывая лицо под темными очками и шляпой с опущенными полями.

— Все прошло хорошо, — осмелился сказать Джеймс.

Рейчел не ответила.

— Хирург сказал, что…

— Я не желаю говорить об этом, — резко ответила она и снова замолчала. Минуту спустя она вдруг засмеялась. — До сегодняшнего дня мне хотелось верить в чудо. Но чудес на свете не бывает, и снова встает вопрос: как мне распорядиться своей жизнью? Я уже голову сломала, размышляя над тем, как жить дальше.

— А какой выбор?

— Нет у меня выбора! Понимаете? Не-ту! Что я умела делать, кроме того, чтобы позировать перед объективом? Ни-че-го!

Боясь навредить, Джеймс не стал продолжать этот разговор. Единственным желанием его было помочь Рейчел. Хотя, если честно, была у него и личная заинтересованность в ее полном выздоровлении.

Машина доставила их к подъезду замка. Джеймс сам открыл перед нею дверцу, и Рейчел быстро проскользнула мимо него в дом. Он вошел следом и успел задержать ее в холле, положив руки ей на плечи и повернув к себе лицом.

— Я полагаю, — осторожно заговорил он, — что ты не перестанешь мучиться, пока не смиришься с тем, что произошло.

Рейчел посмотрела на него так, словно услышала глупость.

— Разве у меня есть выбор?