Бронуин Джеймсон - Семь цветов любви

Есть простое решение — использовать телефон.

Ему нужно решить несколько вопросов относительно бизнес-плана. Почему бы не убить двух зайцев сразу? Себ уже начал набирать номер, но вдруг застыл в недоумении. Кого он пытается обмануть? Он хочет видеть Кри. Так почему не сейчас? Почему бы не поупражняться; почему бы не доказать самому себе и своей соседке, что он легко может провести десять минут в ее обществе, не «расплавляя ее кости»?

Глава восьмая

Себ нажал кнопку дверного звонка. Воинствующая кошка выглянула из-за угла, хвост дергался из стороны в сторону со зловещей угрозой.

— Заметь, на мне брюки, носки и туфли и ни единой полоски обнаженной кожи, — проворчал мужчина. Он надавил на звонок еще раз и крикнул: — Дома есть кто-нибудь?

Тори появилась на пороге.

— Мы здесь, — произнесла она и снова исчезла.

Не зная, что это было — простое замечание или приглашение, Себ подождал минуту и шагнул внутрь. Подойдя к комнате, в которой исчезла дочь, он расправил плечи и нацепил на лицо маску благожелательности.

— Разве я не предупреждал тебя о «коротком визите»? — поинтересовался он у Тори.

— Да, но я примеряла кое-что из одежды Кри. Эта кофточка не слишком откровенна? — Копируя походку моделей на подиуме, Тори прошагала мимо. Взору Себа предстало помещение, заваленное ворохом одежды. Посреди этого живописного хаоса, на постели, скрестив ноги по-турецки, восседала сама хозяйка.

Сердце Себа зашлось, но не от кофточки-стрейч, сидевшей на Кри словно вторая кожа, и не от огромных розовых букв на ней, сложенных в восклицание «Фу!», Виноваты были шорты: они казались слишком короткими, открывая длинные загорелые ноги. Не удивительно, что Гизмо бродила где-то поблизости.

— Надеюсь, вы не возражаете? — Кри ослепительно улыбнулась. — мы тут немного увлеклись.

Совершенно безобидные слова, но память прошлого поцелуя сгустила воздух между ними, словно электрические токи пробежали от одного к другому. Черт, Себ был бы не прочь увлечься вместе с ней.

— Мы начали решать, что Кри следует надеть в пятницу вечером, — осторожно сообщила Тори. — И увлеклись…

На мгновение показалось, что земля ушла из-под ног. Себ заставил себя опустить плечи и прислониться к косяку.

— Благотворительная вечеринка?

Кри кивнула.

— Вы пойдете?

— Не думаю, что папе нравятся такие праздники, — заметила Тори.

— Я бы не отказывалась так сразу. Вечеринка достойного уровня, — ответила Кри, не отрывая глаз от отца девочки. — Соберутся влиятельные бизнесмены со всей округи. Таков обычай.

— Вечеринка будет проходить в баре. И там есть караоке. — Тори округлила глаза. — Кри будет петь под караоке особую песню. Можно мне пойти посмотреть, ненадолго?

— В бар?

— Пожа-а-а-луйста, папочка.

— Особую песню? — спросил он, игнорируя мольбы дочери.

Кри тихо хохотнула, и от этого хрипловатого смеха у него по спине побежали мурашки.

— С того года, как я надела парик Оливии Ньютон-Джон и пропела «Летние ночи» с Полом, это стало своего рода традицией.

— А что кто-то из фирмы «Хислип» должен петь вторую партию в дуэте — это тоже традиция?

— Я могу это сделать, — прочирикала Тори.

— Не в этом году, — в унисон воскликнули Кри с Себом. Они понимали слово «дуэт» в ином контексте.

Кри первая отвела взгляд в сторону, спустила ноги с кровати и начала подниматься. Что-то черное, легкое и кружевное соскользнуло на пол к ее ногам. И когда она наклонилась, чтобы подобрать вещицу, Себу опять показалось, что земля уходит из-под ног. Он повернулся к Тори.

— Пора идти домой.

— Но…

— Кри придется провести с тобой остаток недели. Разве не достаточно?

Девочка сняла кофточку, надела свои туфли и поблагодарила Кри за модные футболки.

— Твоя доля, — улыбнувшись, ответила Кри и подмигнула девочке.

Себ сделал шаг в сторону, уступая дочери дорогу.

— Я поднимусь через минуту, хорошо? — Он подождал, пока закроется входная дверь, и обратился к Кри: — Вам не следовало давать ей одежду.

С охапкой вещей женщина замерла на полпути к стенному шкафу.

— Я одолжила ей пару футболок, которые мы носим на работе. Ничего страшного?

Возможно. Вероятно. Себ не знал, почему жест доброй воли так смутил его. Он наблюдал, как Кри бросила одежду в стенной шкаф, затем наклонилась за упавшей вещью — легкое черное кружево.

— Что-то не очень похоже на футболку.

Нахмурившись, она подняла вверх предмет одежды. И, обдумав его слова, расхохоталась.

— Господи, конечно, нет. У большинства моих клиентов случился бы сердечный приступ!

— Это нижнее белье? — спросил он, желая удостовериться в добропорядочности ее клиентуры.

Кри рассмеялась и накрутила ткань на палец.

— Вы действительно думаете, что я выхожу к людям в чем-то подобном?

К людям — нет. Но Себ представил ее на белой простыне — ее медовая кожа, черное кружево и блеск серебряного кольца на мизинце ноги…

Словно подглядев за его чувственными фантазиями, она снова рассмеялась и положила кружевную вещицу в шкаф.

— Вы заполнили мои бланки? — спросила Кри, поворачиваясь к кровати, чтобы забрать остальную одежду.

Дьявол, да он почти забыл!

— Можете вы зайти завтра в офис, чтобы обсудить кое-что?

— Проблемы? — взволнованно спросила девушка.

— Нет-нет, — поспешил заверить Себ, — с бланками и формами все в порядке, они готовы для банка.

— Да? — Кри прижала руку к груди. — Ух ты, отлично. Я так рада, что могу…

Она подмигнула и быстро подбежала к шкафу.

Заинтригованный ее поведением, Себ сделал несколько шагов вперед. Кри начала расправлять платье на вешалке.

Красное, атласное. Как совершенно оно будет смотреться поверх черного кружева.

— Я никогда не думал, что вы эпатируете людей, — мягко заметил Себ. — Что вы собирались мне сказать?

— Я собиралась сказать вам, — Кри повернулась к нему, — что могу вас поцеловать. — Заметив, что взгляд мужчины остановился на ее губах, она улыбнулась. — Теперь понимаете, зачем я эпатирую? Я это делаю для того, чтобы вы по-настоящему захотели моего поцелуя.

Кто мог сомневаться… и это после того раза, когда он готов был поглотить ее целиком.

— Мы оба знаем, что в следующий раз одним поцелуем дело не ограничится.

Себ не ждал ни секунды. Он просто не желал слышать слова, готовые сорваться с ее прекрасных чувственных губ. Себ ушел из комнаты с сознанием того, что его визит носил официальный характер и что он сумел удержаться в рамках приличия. Он сумел сохранить власть над чувствами и эмоциями.