Алла Осипова - Отель «Рай»

А Шолохов, что ж… фильм хороший Герасимов поставил, Быстрицкая очень хороша. Кстати, Бондарчук дикий фильм сделал, скажи? Гей в роли донского казака! Вот фильм ужасов-то! Это я отвлекся, а тогда голову поднял гордо и говорю: можете мне ставить два. А они все-таки поставили три! Сжалились, зайчики мои пушистые! За честность и за оригинальный взгляд на творчество Лермонтова. И за мои веселые стихи, конечно!

Сердился я после этого на Богородицу и на бабушку — она еще жива тогда была. А бабушка хитро так взглянет и говорит: «На Бога надейся, а сам не плошай». Ладно, что это я в воспоминания пустился. Ну, словом, у меня одна страсть в жизни — футбол. Три раза в неделю играем с мужиками, больше ничего мне в жизни не надо. Ну еще потанцевать латиноамериканские танцы и в бане попариться с пивком. Все остальное для меня интереса не представляет. И тут вдруг — мениск! Я был в ЦИТО, там все говорят — операция, месяц с костылями, а потом никакого футбола и танцев. А зачем тогда жить, спрашивается? Может, есть еще какой способ, ты же рассказывала в «Раю»…

Я допила кофе, доела вишневый пирог и взглянула на часы. Можно говорить.

— Да, я могу тебя вылечить без операции. Это одно из моих самых удачных изобретений, даже есть патент на способ лечения менисков без оперативного вмешательства.

— Слушай, а ты нормально говоришь. Значит, я тебе горло вылечил кофе и пирогом, а? — хохотнул Миша. — Значит, у меня есть шанс? Правильно, что ты мне все последние ночи снилась!

— Да, я тебя обследую на ультразвуке, подберу специальные препараты и через месяц будешь скакать, — пообещала я Мише серьезно.

Он нахмурился:

— Ты какая-то не такая. У тебя что-то случилось? С Ваней все в порядке?

Я пожала плечами и засобиралась:

— Мне пора.

— А в «Седьмой континент»?

— Уже не нужно, я тороплюсь. — Мне не хотелось продолжать разговор.

— Ты на машине? — спросил Михаил.

— Нет, поймаю.

— Подвезу.

— Не трудись, — отнекивалась я.

— Нет, подвезу, ты теперь — моя единственная надежда, личный доктор. Буду на тебя дышать, беречь. Заодно похвастаюсь новой машиной. Представляешь, приехал из «Рая», помнишь, мы там писали про мечты, то-се. И купил! Хотел новую машину купить, именно эту модель, именно этот цвет! Так что действует отель-то.

— Не на всех. У меня ничего не сбылось, а наоборот, все разрушилось, до основанья, — вздохнула я.

— «До основанья, а затем… мы наш, мы новый мир построим — кто был никем, тот станет всем», — пропел Миша. — Это теперь гимн Рублево-Успенского шоссе и Ксюши Собчак. — Тут Миша развернулся ко мне всем корпусом и посмотрел прямо в глаза. — Слушай, а ты что, вообще не воспринимаешь меня как потенциального ухажера, как мужика?

— Нет, не воспринимаю.

— Странно, ведь я лакомый кусочек. Женщины автоматически начинают на меня охоту, делают стойку, ведь я свободный, без детей, состоятельный, спортивный. Паспорт чистый. Шутить умею. Танцую хорошо! — серьезно перечислял свои достоинства Миша. Он напоминал детсадовского мальчишку, хвастающего в песочнице.

— И еще в детском саду получил первое место в больших гонках на горшках, — добавила я.

Миша оценил мой грубоватый юмор, и мы одновременно расхохотались.

«Я могу смеяться, — мысленно констатировала я. — А еще сегодня утром собиралась умирать от непереносимой боли нового дня без Алеши… Так что птица феникс возрождается из пепла. Интересно, может, все-таки воспринять его как ухажера?»

Машина у Миши оказалась очень комфортная, водил он хорошо, музыка на «Релакс-FM» расслабляла и убаюкивала, в пробку мы не попали, поэтому поездка доставила мне настоящее удовольствие. Хотелось побыстрее попасть домой и дать всем отчет о волшебном изменении состояния души, которое произошло в течение нескольких часов. Честно сказать, мне довольно приятно было встретить Мишу, который так помог мне пережить пребывание в «Раю». Я была уверена, что тоже смогу ему помочь и вылечу его с легкостью.

Как я хотела увидеть Ваню, зарыться в его русые волосы, обнять, приготовить что-нибудь вкусненькое! Я совсем его забросила из-за своих переживаний. Ничего-ничего, мы наверстаем упущенное. Или упустим наверченное?

Я вошла домой как будто после омовения в живой воде. Меня встретил пыльный коридор, разбросанные по всей квартире вещи, гора неглаженого белья и подвядшие фиалки. Где были мои глаза? Ведь у меня квартира совсем запущена, а я депрессирую. По фэн-шуй так не полагается. Срочно уборку, выброшу весь хлам, может быть, даже чуть-чуть отремонтирую, покрашу, пока Ваня у бабушки с дедушкой.

Мне так понравилась квартира Софьи Сергеевны — ничего лишнего, свет, простор и запах пирогов. Именно так должен выглядеть дом!

Для начала я наполнила душистой пеной ванну и легла в воду со стаканом апельсинового сока. В тело постепенно возвращалась радость.

Я радовалась радужным пузырькам на поверхности воды, ощущению нежности ласковой пены и полностью расслабилась в чарующем аромате. Вдруг где-то внутри меня начали появляться простенькие строчки на незатейливый мотивчик. Просто в стиле Михаила Михайловича.

Я решила стать счастливой,Необычной и красивой,Очень легкой и свободнойИ лететь куда угодно!

Позади остались тени,Боль, обида и сомненья,Впереди — открытые пути!Смело я могу вперед идти!

Мне стало смешно. Зачем я депрессировала?

Через некоторое время я позвонила родителям и попросила привезти Ваню с дачи, потому что у меня все хорошо. Когда я говорила с мамой, она испугалась, что я напилась. Мой голос звучал ласково и обволакивающе, словно не было у меня никаких проблем и горестных переживаний, но я со смехом заверила ее, что трезва как стеклышко. Ваню пообещали привезти через день.

Потом я набрала номер Надежды и взахлеб, со всеми подробностями, описала процедуры, которые провела со мной Софья Сергеевна. Она искренне порадовалась за меня и порекомендовала поменьше болтать обо всем, а побыть один день наедине с собой.

— Вы прямо сговорились с ней молчанку мне устроить. Конечно, помолчу, завтра целый день планирую убирать дом.

— Фэн-шуй в действии! Вот и славно, трам-пам-пам! — засмеялась Надежда серебристым смехом.

…Спала я в эту ночь освобождения без сновидений. Последние дни я никак не могла заснуть, даже с легким снотворным. В голове роились мысли об Алеше, я все представляла эту усатую толстуху Дуст в его объятиях и безумно мучилась. В мое сознание никак не могла войти мысль, что Алеша предал меня, ведь он постоянно повторял как заклинание: «Я не могу жить без тебя, не бросай меня, я без тебя не выживу».