Анна Смолякова - Белая вуаль

12

Утром горничная принесла завтрак: воздушный омлет, поджаренные ломтики хлеба, джем в хрустальной вазочке и кувшинчик с кофе, какой-то сок в высоком запотевшем стакане. Завтрак на подносе выглядел очень аппетитно, но, прежде чем приступить к трапезе, Виолетта заглянула в блокнот и набрала телефонный номер. После трех или четырех длинных гудков в трубке послышался приятный женский голос:

— Клиника профессора Черняховского.

— Алло, — Виолетта присела на краешек кровати, — скажите, пожалуйста, каким образом можно попасть на прием к профессору?

— Вы хотите проконсультироваться лично у Алексея Васильевича или…

— Да, желательно.

— Ну что ж… — Голос в трубке пропал и через минуту появился снова: — Сегодня у профессора есть свободное время с тринадцати часов пятнадцати минут до четырнадцати часов. Вас устраивает?

— Конечно.

— Назовите, пожалуйста, ваши фамилию, имя и отчество.

Виолетта представилась.

— Хорошо, Виолетта Алексеевна. — Тогда постарайтесь не позднее двенадцати часов подойти ко второму окошку регистратуры. Перед консультацией у профессора необходимо пройти предварительный осмотр и завести карту. Ждем вас.

…Такси остановилось у ворот загородного дома, и Виолетте показалось, что она попала в сказку. Внешний вид клиники Черняховского совсем не вязался с традиционными представлениями о том, как должен выглядеть современный медицинский центр. Двухэтажный белый особняк с колоннами в конце аллеи казался воплощением спокойствия, надежности и какого-то домашнего, семейного уюта. Виолетта открыла калитку и по дорожке, мощенной красной плиткой, направилась к дверям особняка. Невысокая женщина в крахмальном белом халате вышла из-за стойки регистратуры:

— Вы на консультацию к профессору?

— Да.

— Профессор готов принять вас после предварительного осмотра. Не могли бы вы несколько минут подождать, пока готовится диагностическое оборудование?

При словах «диагностическое оборудование» по спине девушки побежали мурашки. Виолетта с детства боялась больниц, вид бормашины в кабинете стоматолога просто приводил ее в полуобморочное состояние, но женщина в белом халате так мило улыбалась, а все вокруг казалось настолько безобидным и веселым, что она невольно успокоилась. Узнав, что у нее в запасе еще около пятнадцати минут, Виолетта снова вышла в парк, присела на деревянную скамеечку у входа и огляделась: аллеи не пустовали, среди деревьев неспешно прогуливались пациенты клиники, в основном женщины. Лица некоторых были закрыты плотными марлевыми повязками, другие же выглядели вполне здоровыми и привлекательными.

Рядом на скамейку присела кареглазая блондинка лет сорока.

— Наверное, вы приехали на первый прием? — спросила она.

— Да.

— Волнуетесь?

Виолетта кивнула.

— Ничего, все у вас будет отлично. Я такая же пациентка, как и вы, и так же переживала перед первой консультацией, вот и решила поговорить, успокоить, что ли… Как вас зовут?

— Виолетта.

— Редкое имя! А меня — Лариса Павловна, можно просто Лариса.

Девушка вглядывалась в лицо собеседницы и никак не могла заметить ни косметических дефектов, ни операционных шрамов.

— Вы совершенно не похожи на пациента клиники пластической хирургии.

Лариса Павловна удовлетворенно улыбнулась.

— А ведь еще месяц назад на мое лицо невозможно было смотреть без содрогания. Мне приходилось пользоваться вот этим. — Она достала из кармана шелкового халата плотную полумаску. — Теперь эту тряпочку я храню как талисман… Надеюсь, она больше мне не понадобится.

— А что с вами было?

— О-о-о! Мои проблемы были куда серьезнее ваших. Вы ведь здесь из-за этого? — Лариса Павловна легонько прикоснулась пальцами к левой щеке Виолетты. — Родимое пятно — ерунда. Алексей Васильевич разделается с ним в два счета. А вот когда все лицо покрыто язвами… Знаете, последствия химиотерапии и облучения…

— Вы лечились от рака?

— Не просто лечилась — спаслась. Все врачи уже махнули на меня рукой, а один, самый откровенный, даже посоветовал провести последние два месяца жизни в бурных развлечениях, чтобы на смертном одре было что вспомнить. Так и сказал: последние два месяца… В общем, лицо уже было испорчено, и я обзавелась вот этим, — женщина покрутила на пальце полумаску, — и махнула за границу. Видимо, у меня есть ангел-хранитель, иначе кто бы надоумил меня лететь на Филиппины? Не в Англию, не во Францию, а в Манилу. Кто знает, может быть, захотелось вырваться из этого мира, увидеть что-то совсем необычное… Конечно, там мне было не до романов и развлечений, я так и ходила, опустив глаза в землю, и все представляла себе собственные похороны. Пыталась лечиться у хилеров, но безрезультатно. А потом разговорилась с работницей отеля, она свела меня с одним местным знахарем, я заплатила кучу денег, но чудо все-таки произошло: болезнь перестала прогрессировать. А еще через месяц никто из медиков и поверить не мог, что мне был подписан смертный приговор. Вот только лицо… Но тут нашелся Алексей Васильевич. Что, похожа я сейчас на умирающую?

Виолетта не успела ответить, медсестра в белом халате пригласила ее войти в дом.

— Удачи вам, — ободряюще кивнула Лариса Павловна.

Девушка улыбнулась в ответ и поспешила вслед за медсестрой.

У стен кабинета, оборудованного по последнему слову современной техники, мигали разноцветными огоньками загадочные приборы, а за терминалами сидели люди в голубых халатах. Виолетте предложили лечь на белую кушетку с приподнятым изголовьем. Она почувствовала, как к ее запястьям прикрепляются холодные датчики, а на лицо опускается прозрачная маска. Девушка закрыла глаза, но боли не ощутила, лишь легкое покалывание в области родимого пятна, которое, впрочем, тоже скоро прекратилось.

— Ну, вот и все, — сказала медсестра. — Мы сняли все необходимые показания, через полчаса расшифровка будет готова. А пока регистратор заполнит карту и проводит вас в кабинет профессора.

Виолетта поднялась с кушетки, на сердце у нее было удивительно легко. Она верила в то, что здесь ей помогут. Пока регистратор заполняла бланк, Виолетта незаметно раскрыла сумочку и нащупала на дне кусочек плотного кружева. Жаль, что она не успела толком побеседовать с Ларисой. Наверное, женщина была бы удивлена, услышав ее рассказ о свадьбе и о том, что она до сих пор, сама не ведая зачем, носит с собой вуаль от подвенечной фаты. Тоже талисман? Девушка расправила кружево на коленях. Что ж, пускай, если и он может принести счастье.

Профессор Черняховский оказался совсем еще нестарым человеком. Приятное круглое лицо, небольшие залысины на лбу, некоторая вальяжность в движениях. Его пальцы — длинные, сильные, красивые — были словно созданы для того, чтобы творить чудеса хирургии.