Кейт Вудсток - Подруга детства

— Зайди, кому сказано! Вы же с матерью не постесняетесь подарить в качестве обручального кольца бижутерию.

— Между прочим, Сваровски — это модно и довольно дорого…

— Так продай свои бриллианты и купи себе полное ведро Сваровски. Не хочешь? Странно. А я была уверена, что многочисленные подтяжки влияют на умственные способности. Но ты все еще соображаешь.

— А ты никак не можешь простить мне, что я слежу за собой и что я моложе тебя…

— Урсула, мы обе знаем, что ты моложе ровно на пять лет. Мне семьдесят, а в этом возрасте разница стремится к нулю…

— Перестань!

— Впрочем, в твоем случае разница стремится к бесконечности. Учти, если лицо восьмидесятилетней старухи напоминает попку младенца, это все равно наводит на подозрения. Если только отравить всех, кто помнит твой первый бал…

— Элеонора, я не хочу тебя слушать. А что ты собралась дарить этой… Сэнди?

— Ее зовут Дейзи, это раз. Она станет женой твоего сына — это два. Не твое дело — это три. Морис, ты идешь? Я могу и сама, мне только приятнее, но это будет как-то неловко. Не я же женюсь, как ты полагаешь?

— Я иду, тетечка. Мама, я присоединюсь к тебе в гостиной.

Через двадцать минут мать и сын Эшкрофты склонились над бархатным футляром, в котором переливалась впаянная в золотой ободок бледно-розовая бриллиантовая роза. На гладком лице Урсулы читалось смятение, на лице Мориса — тайное удовлетворение.

В конце концов, это ведь ЕГО жена будет носить это кольцо?

7

О мальчишниках и некоторых их последствиях, непосредственно о свадьбе, а также о вещих снах, полезных советах и телефонных разговорах, не имеющих прямого отношения к данному повествованию

— Гас? Привет, это Долли Браун.

— Угу.

— Послушай, послезавтра свадьба Дейзи, и она уверяет, что не может до тебя дозвониться…

— Ну?

— Я думаю, она просто боится тебе звонить, ведь я же дозвонилась…

— Дейзи не боится.

— Я не в обидном смысле…

— Долли, я выключал телефон. Включил только сегодня. На полчаса, маме позвонить. Ты попала случайно. Чего ты хочешь?

— Хочу от имени Дейзи передать тебе приглашение на свадьбу. От себя лично могу добавить, что, если ты не придешь, она не удивится, а если придешь — очень обрадуется.

— Долли, знаешь, что… Ладно, ты здесь ни при чем. Спасибо за приглашение и все такое, но я не приду.

— Гас, тебе плохо без нее, да?

— Не твое дело.

— Не мое. Просто мне всегда казалось — вы с ней вместе. И в любом случае нельзя выходить за Морисов Эшкрофтов.

— Долли, она его выбрала, она его любит…

— Гас, а ты ее любишь?

— Долли…

— Так какого черта ты ни разу ей об этом не сказал?! Почему не стукнул ее по голове, не увел от этого хлыща, не женился на ней сам?

— Долли…

— Что?! Давай, скажи, что ты бедный сантехник с высшим образованием, и тебе нечего предложить дочери миллионера и деловой женщине.

— Что за ерунда?

— Так обычно говорят такие, вроде тебя. Ноют, что не имеют права обречь любимую на нищету, а сами спокойно отпускают ее волку в зубы.

— Ну из Эшкрофта волк…

— Согласна, он больше похож на павлина, но дело не в этом. Гас, у меня страшное подозрение, что все это закончится очень плохо.

— Долли, я все равно не буду с тобой ничего обсуждать.

— Я знаю. Просто прими это к сведению и сделай выводы. Послезавтра. Мэрия. Мы с Мэгги и Сью в бледно-лиловом, Дейзи в жемчужно-сером с перьями. Если ты украдешь ее со свадьбы, я лично буду счастлива, но главное — будет счастлива она. И ты тоже. Пока.

— Пока, Долли.

— Стелла, детка, это твой Мори.

— О, милый, сколько лет!

— Слушай, я буду краток. Послезавтра я женюсь не на тебе, но ты навсегда в моем сердце, и потому я имею честь пригласить тебя на мальчишник.

— А кто будет?

— Джимми с подружкой, Трой, Энди, Пип и Мэтью. Захвати девочек.

— Мори, а почему ты так уверен, что я приду?

— Потому что я твой сладкий перчик.

— Скорее, горький хрен. После нашего последнего свидания с твоими дружками я неделю не могла сдвинуть ноги.

— Стелла, не будь занудой. Итак, сегодня ночью в «Амбассадоре». Шампанское до утра и танцы через край. Целую.

— Мама!

— Дейзи, это ты?

— Мама, я выхожу замуж.

— Надеюсь, ты здорова?

— Я выхожу замуж…

— Ужасно плохо слышно, здесь шторм, и капитан Ларсен любезно помогает мне говорить через рацию. Так ты здорова?

— Я ВЫХОЖУ ЗАМУЖ!

— Ну и хорошо. Значит, ты здорова. А как на работе?

— Мама, я выхожу замуж за Мориса Эшкрофта, сына твоей подруги Урсулы…

— Уснули? Не очень поняла, Дейзи.

— УРСУЛЫ!!!

— О, она звонила? Милая Урсула. Как хорошо, что старые подруги не забывают меня. Если еще позвонит, передавай привет.

— Она будет моей свекровью, мама.

— У нее что-то с кровью? Какой ужас! Впрочем, немудрено. Эти пластические операции до добра не доводят. Между нами, она совершенно чокнутая баба. И редкая зануда. Сноб и ханжа. Или надо говорить снобка?

— Мама, ты хоть что-нибудь слышишь?

— Дейзи, папа передает тебе привет и говорит, чтобы ты завязывала с бизнесом, забирала своего дальнобойщика-шекспироведа и ехала к нам. Правда, наш дом смыло в море, но уже почти готов второй, он на холме, и шторм до него не доберется. Большой привет Гасу. Скажи, я с его легкой руки перечитала Шелли и Уитмена — поразительно! Целую тебя, милая. И папа целует.

— Мама… Я выхожу замуж…

Отбой.

— Привет, привет, меня зовут Джед, и даже наши мамы в восторге от моей рекламы. Дейзи, я тебя поздравляю.

— Рано. Послезавтра. «Наши мамы» не звучит. Лучше — «наши мамаши». Ты придешь?

— Вот же я и звоню. Понимаешь, старушка, во-первых, Морис не будет особенно счастлив, во-вторых, у меня нету смокинга, а в-третьих, меня, Дейзи, соблазнил Ван Занд.

— О Боже!

— Нет, нет, не волнуйся, не в том смысле. Просто ему нужен свежий мозг для сценария его потрясных фильмов с телка… девушками.

— Серьезно? Джед, я за тебя рада. Поработаешь в кино, а там и Голливуд…

— Между нами, на мой взгляд, это будут фильмы класса «три икса». Порнушка. Пардон, легкая эротика. Нет, жесткая эротика, переходящая в легкую порнографию. Дейзи, я лечу сегодня ночью. Будь счастлива и не скучай без меня, лады?

— Великий и Ужасный, я буду скучать, но ты лети и выдай настоящее искусство, понял?

— Понял. Чао. Красавчика поздравь от меня.

— Илси? Это Урсула. У меня выдалась свободная минутка, вот и звоню тебе.

— Бедняжка! Все на тебе?