Эллен Сандерс - Марсианка

— Какой роман?.. Какая еще очаровательная Бетти? Ты спятил, дружище?

— Не называй меня так! — огрызнулся Юджин.

— Да ты и в самом деле не в себе. Похоже, общение с чокнутой художницей негативно отразилось на твоем психическом здоровье, — с усмешкой заметил Марк. — И как же мне прикажешь тебя называть теперь?

Эффект, произведенный на Юджина ироничными словами Марка, можно было бы сравнить только с реакцией быка на красную тряпку. Юджин даже побелел от гнева.

— Я больше не считаю тебя своим товарищем, Марк! Дружба и предательство — понятия несовместимые.

— Да кто же тебя предал? — Марк был явно обескуражен обвинениями Юджина.

Юджин начал мерить гостиную большими шагами. Пройдя раз пять по периметру комнаты, он, наконец, взял себя в руки и сказал уже гораздо спокойнее:

— Я только что встретил Беатрис.

Марк промолчал.

— Она вышла из твоего номера. Она была в том же черном платье, что и вчера вечером. Значит, когда ты вчера отказался взять меня с собой на вечернюю прогулку по парку, ты… — Желваки на скулах Юджина нервно задергались. — Ты торопился на свидание с ней. А я, как последний идиот, изливал тебе душу! Марк, неужели в тебе не шевельнулась ни одна живая струнка, когда я ревновал Беатрис к счастливому сопернику? И ты… ты ни словом не обмолвился, что у тебя встреча с женщиной, от которой я окончательно потерял рассудок!

— Вот уж точно, приятель, здравого смысла в тебе ни грамма не осталось, — подтвердил Марк.

— Я тебе больше не приятель! Знать тебя больше не желаю! — категорично заявил Юджин, грозя Марку указательным пальцем.

— Перестань пороть горячку. Давай я все тебе объясню, — начал Марк.

— Не желаю слушать никаких объяснений. Перестань принимать меня за полного кретина. Я и сам знаю, что Беатрис провела прошлую ночь в твоем номере.

Марк нехотя кивнул в знак согласия.

— Так и есть.

— Ну, наконец-то ты перестал морочить мне голову, Марк! Я уже приготовился услышать очередную порцию твоего вранья.

— Но это вовсе не значит, что Беатрис провела эту ночь со мной, — закончил свою мысль Марк.

— Ха! Опять принимаешь меня за дурака? Думаешь, я поверю, что вы всю ночь разговаривали о живописи? К тому же Беатрис ушла от тебя в тапочках. Как это мило! Почти семейная идиллия в духе Диккенса.

— Не ерничай, Юджин. Просто она забыла туфли в своем номере, — быстро ответил Марк, не подумав, как глупо и двусмысленно прозвучали его слова.

— Всего-то? Забыла туфли? Так спешила в твои объятия, что понеслась босиком. Великолепно! Как она еще не забыла надеть платье?!

— Юджин, Беатрис зашла ко мне после своего свидания с Дэвидом и уснула от усталости прямо на моем диване, — терпеливо произнес Марк, сдерживая свое раздражение.

Надо же, из-за этой Марсианки он вот-вот потеряет еще и друга. Вероника. Работа. О'Нил. Что дальше? Она лишит его жизни? Хотя Марк уже и не удивился бы, накинься Беатрис на него с острым кинжалом.

Юджин с удвоенной энергией кивал головой. Мол, рассказывай свои сказки кому-нибудь другому.

— Значит, свои туфли Беатрис оставила Дэвиду на память. Когда она спешила к нему на свидание — если она спешила действительно к нему, а не к тебе, — она была в изящных туфельках.

Марк не ответил на выпад Юджина.

— А! — воскликнул Юджин и стукнул себя ладонью по лбу. — Как я сразу не догадался! Беатрис потеряла свою туфельку как сказочная Золушка. А добрый принц Марк снабдил ее домашними тапочками взамен. Главное — никаких проблем с размером. Принц нашел свою принцессу! Все счастливы. Занавес.

Юджин снова сбился на театральный тон и начал злоупотреблять жестикуляцией. Похоже, он прекрасно вжился в роль обманутого друга, буквально упивался ею. Разговаривать с человеком в состоянии аффекта показалось Марку бессмысленным. Однако и просто попросить Юджина уйти — кратчайший путь к окончательному разрыву дружеских отношений.

— Юджин, поверь мне. Беатрис провела эту ночь одна, вот на этом диване. — Марк указал на красный кожаный диван.

Юджин оценивающе взглянул на предмет мебели, как будто решая про себя, могла ли красавица Беатрис уснуть на столь неудобном диване. Затем он покачал головой.

— Извини, Марк, но я больше не могу тебе верить. Беатрис не из тех женщин, которых оставляют одних. А ты не из тех мужчин, которые могли бы спокойно храпеть, зная о присутствии в соседней комнате дамы. К тому же молодой и красивой, как богиня.

— Да я и не знал о том, что Беатрис спит в моем номере! — взревел Марк, выйдя из себя. — Юджин, пойми, наконец, Беатрис сумасшедшая. Примчалась ко мне среди ночи босиком, а утром я обнаружил ее сидящей в моей гостиной. — Марк снова указал на злополучный диван.

Юджин горько усмехнулся.

— Никогда бы не подумал, Марк, что ты такой искусный лжец. Одна ложь покрывает другую. При этом ты доказываешь свою правоту с пеной у рта, нисколько не стесняясь и не краснея. Да-а-а, — задумчиво протянул Юджин, почесав чисто выбритую щеку, — Дэлейн вырастил примерного ученика. Главное — умение лгать, глядя прямо в глаза человеку. Ты прекрасно усвоил уроки босса. Молодчина! Так держать. Далеко пойдешь, Марк. Жаль только твоих клиентов.

— Юджин, если ты не веришь мне, спроси у Беатрис. Ее ты наверняка считаешь святой. Она уж точно не станет тебя обманывать, — неожиданно предложил Марк.

Юджин с интересом посмотрел на приятеля, которого считал уже бывшим.

— Возможно, ты и прав. Но не кажется ли тебе, что это будет несколько неучтиво с моей стороны? Вдруг Беатрис решит, что я лезу в ее личную жизнь?

— А ты действительно туда лезешь. Однако мне ты не постеснялся устроить форменный разнос, а твоя «непорочная» Беатрис, уверяю тебя, не растает и не умрет со стыда, если ты напрямую спросишь: было ли между нами что-нибудь этой ночью?

Юджин сдвинул брови, размышляя об идее, поданной Марком.

— А, в самом деле, почему бы и нет? — медленно произнес он. — В конце концов, если ты не солгал, то мне придется перед тобой извиниться.

— Пустяки, — заметил Марк. — Я заранее тебя простил.

Юджин снова нахмурился и скрестил руки на груди.

— Простил? Меня? А вот я тебя — пока нет. И если ты снова пудрил мне мозги — то можешь забыть имя Юджина О'Нила. Для тебя этого человека больше не существует.

— Я надеюсь, что Беатрис спасет нашу дружбу, приятель, — грустно заметил Марк, с ужасом осознав, что столь серьезное дело зависит от сумасбродной женщины.

У него не было стопроцентной уверенности, что она из чувства мести или из элементарной вредности не начнет разуверять Юджина в том, что у них роман.