Эйлин Колдер - Тепло очага

– Она очаровательна. Вы, наверное, гордитесь ею...

– Да. – Лицо Эдварда расплылось в довольной улыбке. – Но внешность малышка унаследовала не от меня. Она очень похожа на свою мать.

– У Памелы вьющиеся светлые волосы?

Эдвард покачал головой.

– Нет. Она блондинка, но волосы у нее прямые.

Джина будто воочию увидела ослепительную голубоглазую красавицу с длинными прямыми волосами.

– Вы часто видитесь с ней?

– В последний раз я видел ее полгода назад, когда она привозила подарок Кэролайн. Но Памела пробыла у нас недолго.

– Разве она не навещает свою дочь?

Эдвард отрицательно помотал головой.

– Как она может жить в разлуке с таким ангелочком? – недоумевала Джина.

– Не знаю, – тихо ответил он. – Меня тоже это интересовало. Могу лишь сказать, что, как я понял, не все женщины обладают материнским инстинктом. Памела неплохой человек. Я вам уже говорил, что она не хотела ребенка.

У Джины возникло желание протянуть руку и разгладить складку, которая внезапно появилась у него на лбу.

– Ну ничего, – отрывисто сказал Эдвард. – Мы живем и извлекаем уроки из жизни. Я получил свой урок и пошел дальше. – Помолчав, он добавил: – Ладно, мы поговорили о своих бывших. Давайте оставим их в прошлом и забудем о них!

– Хорошая мысль, – с улыбкой согласилась Джина.

Она подсела поближе к малышке, взяла из ее ручонки ложку и, подцепив пюре, поднесла к ее губам.

– Ну давай, кроха, здесь осталось совсем немного, – проворковала Джина.

Эдвард пристально наблюдал за этой сценой. Забота и внимание, с которыми Джина обращалась с его дочерью, не могли не тронуть его. Он силился припомнить хотя бы одну из своих пассий, которая бы так естественно вела себя с Кэролайн.

– Так что, я позвоню Хилари? – спросила Джина, не прерывая своего занятия.

– Лучше я сам.

– Хорошо.

– Если позвоните вы, Хилари начнет расспрашивать вас о своих растениях, и вам придется связываться с Энтони. Получается как-то сложно.

– Я не возражаю.

– Нет? – Эдвард внимательно посмотрел на Джину. – Против чего вы не возражаете? Против того чтобы обращаться к Энтони или чтобы играть роль моей подруги?

– Ну-у...

– Дело в том, – перебил ее Эдвард, – что если вы имеете в виду последнее, то я мог бы воспользоваться вашей помощью еще раз.

Джина застыла с ложкой в руке.

– Вчера вечером я получил от Хилари и Джеффа приглашение приехать к ним на виллу в следующий уик-энд. Я уверен, что, если поеду, проект будет моим. Проблема в том, что они пригласили нас обоих. Я пытался, конечно, отказаться, – поспешно добавил Эдвард. – Сказал, что на выходные мы отпускаем няню, но Джефф предложил, чтобы мы взяли Кэролайн с собой. Он даже настаивал на этом. Впрочем, как и Хилари.

Джина почувствовала боль в груди, словно ей вонзили нож в сердце. Интуиция ее не обманула. Эдварду она нужна только лишь для его проклятой игры. Напрасно она надеялась, что сегодня он пригласил ее на обед по какой-то другой причине. И на вечеринке он прямо сказал, что ухаживает за ней, чтобы продемонстрировать боссу, какая они счастливая пара. С другой стороны, когда он поцеловал ее вчера, они были совершенно одни...

Из-за этого поцелуя Джина не спала полночи. Даже стала надеяться, что у них может что-то получиться в будущем. Но теперь, оказывается, он пригласил ее на этот обед, чтобы просить еще об одной услуге. Интересно, и тот страстный поцелуй тоже был рассчитан на это?

– Простите, Эдвард, – сказала Джина деревянным голосом. – Мое появление в свете в качестве вашей постоянной подруги было одноразовым. Больше я не хочу идти на подлог.

– Может, вы подумаете?

– Нет. – Она сердито сверкнула на него глазами. – Вы, очевидно, для этого и пригласили меня сюда?

– Нет. Мне хотелось побыть с вами.

Джина страстно желала верить в это – но не могла.

Глядя на ее удрученное лицо, Эдвард с досадой подумал, что все испортил. Глупо было вообще заводить с Джиной разговор на эту тему.

– Поверьте, Джина, я не собирался говорить вам о приглашении Джеффа...

– Я не стану участвовать в этом.

Джина осознавала, что слишком остро реагирует на его слова, но ничего не могла с собой поделать.

Кэролайн, не получив очередную порцию пюре, приготовилась огласить зал воплем, и Джина, заметив это, поспешно возобновила кормление.

– Это просто смешно, Эдвард! Мы никого не сможем обмануть, изображая семью. Кэролайн совсем не знает меня.

– Вы не так уж плохо справляетесь с ней, – мягко возразил Эдвард, когда Джина отправила последнюю ложку пюре в ротик девочки. – Официантка подумала, что вы ее мать.

– Я не согласна, – решительно заявила Джина.

– Ладно, вас ведь никто не заставляет. Я только спросил.

Джина посмотрела на свою тарелку. Блюдо выглядело восхитительно и, наверное, было вкусным, но у нее внезапно пропал аппетит.

– Может, если бы вы не были чересчур активны вчера – не сообщили Джеффу, что ваша мать из Канзаса, как и он, или не давали советов Хилари по поводу ее драгоценных растений, – мы не удостоились бы чести быть приглашенными на виллу, – с легким раздражением сказал Эдвард.

– А, значит, во всем виновата я?

– Нет, но, согласитесь, Джина, вы вели себя слишком непосредственно. Поговорив с Хилари пять минут, вы уже выглядели как две закадычные подруги.

Джина вспомнила, как жена Джеффа с тихой печалью в голосе рассказывала ей в оранжерее о потере своей младшей дочери. Хилари ей очень понравилась, и Джина искренне сочувствовала ее горю.

– Я вела себя совершенно естественно, Эдвард.

– Возможно, в этом была ваша ошибка. Не следовало раскрываться перед ними.

Брать пример с вас? – могла бы спросить Джина, но промолчала. Может, она и в самом деле вела себя слишком непосредственно?

– Вы попросили меня быть самой собой, – напомнила она. – И не предупредили, что существуют определенные правила, которые обманщикам следует соблюдать.

– Я вас ни в коем случае ни в чем не обвиняю, – поспешно заверил Эдвард. – Вы сыграли роль замечательно. Но попробуйте войти в мое положение. Я нахожусь в очень сложной ситуации. То, что мой работодатель снова хочет видеть меня, то, что он считает вас самым прекрасным явлением после бейсбола, – все это благодаря вам и вашему обаянию. Вы не можете ругать меня за то, что я прошу вас помочь мне еще раз. Джина, я не знаю, что мне делать. Я очень хочу получить эту работу, но без вас, выходит, теряю этот шанс. – Эдвард печально улыбнулся. – Возможно, вы виноваты в том, что вы... чертовски привлекательны.

Джина нахмурилась.

– Не надо меня утешать, Эдвард. И я не люблю бейсбол. Я не считаю эту игру таким уж великим изобретением.