Джули Кеннер - Вечер встречи

— И что же ты предпринял?

— Ничего, — ответил Карл с коротким язвительным смешком, пытаясь скрыть безграничное отвращение к самому себе. — По крайней мере, на тот момент. Я стер все, что смог со стен туалета и этим ограничился. В то время Джейсон, Дерек и я были надеждой команды. Я знал, что, если мы продержимся на этом уровне, мне светит спортивная стипендия. Поэтому я не хотел рвать с Джейсоном и Дереком: они могли бы навредить мне на поле. А мне была нужна спортивная стипендия.

— Ты получил стипендию. — Гарретт пытался говорить ровным голосом, но не мог до конца спрятать свое разочарование. Карл всегда был славным парнем. Но изнеженным и избалованным, в том числе и самим Гарреттом. — Как я полагаю, вы третировали бедную девочку и на протяжении всего выпускного класса?

Карл покачал головой.

— Нет, когда они снова затеяли это в последнем классе, я больше не выдержал. — Гарретт вздохнул с облегчением, услышав, что его брат все же проявил твердость характера. — Она сдала экзамены досрочно с результатом, который вошел в историю школы, — продолжал Карл. — Потом разнесся слух, что она подала документы в элитный университет в Новой Англии и принята туда. К тому же она написала сочинение, которое заняло первое место на конкурсе штата. Так что, несмотря ни на что, я думаю, она была упорной девчонкой. Упорной, но одинокой. Никогда не видел, чтобы она с кем-то болтала. — Карл пожал плечами. — Я решил, что она нуждается в друге, — он рассмеялся, — и поставил перед собой задачу: добиться того, чтобы она мне доверяла… Я обнаружил, что она очень приятный человек. Педантичный, но очень приятный. — Он вытер салфеткой пальцы, на которых были крошки от бисквита. — Нельзя сказать, что мы стали закадычными друзьями, но мы разговаривали на переменках, и я пару раз провожал ее домой.

Пока все звучало неплохо. Но Гарретт знал, что эта история закончилась очень плохо. И у него было ощущение, что он знал, почему.

— Джейсон и Дерек, правильно?

Карл кивнул.

— Они сильно все портили. Делали то же, что делал я. И больше. Даже избили нескольких парней, которые изводили Белинду. А я по глупости считал, что они ведут себя искренне. — Он снова взял вилку и начал размазывать яичницу по тарелке. — Когда моя подружка порвала со мной, я подумал, ну и ладно. И пригласил Белинду на выпускной бал. Я решил, что это будет дружеским шагом и ей понравится.

— И что же случилось потом? — спросил Гарретт, пальцы которого потянулись за сигаретой.

Но вместо этого он стал сжимать и разжимать кулаки, наперед зная ответ.

— Джейсон сказал, что мой план гениален. Дружить с ней до бала, а потом — бабах! — Он ударил по столу. — Ничтожество. Я сказал ему, что такого не будет. Я с ней встречался, и буду встречаться. — Карл говорил захлебываясь. Злость и стыд звучали в его голосе. — И тут он признался мне, что они задумали нечто особенное в отношении ее. Как я уже говорил, Джейсон просто зациклился на ней. Уж не знаю, почему. Я послал его к черту, а он заявил, что постарается сделать так, чтобы меня лишили спортивной стипендии.

— Тебе оставалось три дня до выпуска. Как он собирался сделать это?

Карл горько засмеялся.

— Именно этот вопрос я ему и задал. И он очень спокойно напомнил мне о том, что большинство футбольных команд не заинтересовано в игроках со сломанными ребрами и выбитыми коленными чашечками. — Карл пожал плечами. — И я сдался: передал ее прямо в лапы Джейсону и наблюдал за тем, как он оскорбляет ее на глазах у всего класса.

— Значит, ты не собираешься идти на школьную встречу из-за того, что боишься увидеть ее? — со злостью спросил Гарретт. — Похоже, ты малодушничаешь, братик.

Карл покачал головой, широко открыв глаза.

— Да нет же, господи, — возразил он. — Если бы я знал, что она там появится, я бы пошел. По крайней мере, чтобы извиниться. — Он посмотрел Гарретту прямо в глаза, шумно выдохнул и покачал головой. — Но я не верю, что она приедет на эту встречу. Зачем ей это? После того, как мы с ней обошлись… Нет, причина, по которой я не иду, в том, что я чувствую себя подлецом. Я был совершеннейшим ничтожеством и не горю желанием провести вечер там, где меня будут окружать снимки, на которых я запечатлен после победоносных игр, и разные спортивные награды, когда у меня совесть нечиста.

— Почему бы тебе не разыскать ее? Не извиниться? Не объяснить, что случилось на том школьном балу?

Карл пожал плечами.

— Я много думал на этот счет. Что, если она забыла об этом? А главное, я не хочу бередить рану, которая уже зарубцевалась.

В доводах Карла была определенная логика. Возможно, эта девушка живет прекрасно, обзавелась детьми и даже не вспоминает о Карле. Гарретт надеялся на это. После того, как гнусно с ней обошелся Карл, она заслуживала счастья. Его мутило от злости на Карла и разочарования в нем.

— Бедная Белинда, — сказал он, испытывая жалость к незнакомой девушке и желание помочь ей. Что-то, о чем вчера упомянул Карл, всплыло в его памяти, и он, прищурившись, взглянул на брата. — Скажи-ка еще раз, как ее полное имя?

— Белинда Дин, — ответил Карл, и его слова ударили Гарретта наотмашь. — Белинда Рейчел Дин.

Рейчел. Его Рейчел. Ясность мыслей исчезла. Ярость захлестнула его. Карл причинил боль Рейчел.

Его пальцы сжимались все сильнее и сильнее, и в следующее мгновенье Гарретт вскочил на ноги, а Карл оказался распластанным на полу.

Потирая подбородок, Карл поднял на него глаза.

— За что, черт возьми?

— За Белинду, — выдавил из себя Гарретт. — Это было за Белинду.

Глава шестая

Без Рейчел клиника, которая казалась такой романтичной ночью, выглядела пустой и скучной. Гарретт прошел через приемный покой в комнату отдыха. Он увидел их диван, и его тело напряглось при воспоминании о ее прикосновениях к нему.

После разговора с Карлом он едва сдержал себя, чтобы не выбежать из столовой, отыскать Рейчел и заключить ее в свои объятия.

Надо отдать справедливость Карлу: когда Гарретт сказал ему, естественно не вдаваясь в подробности, что видел Рейчел в городе, тот заявил, что должен немедленно разыскать девушку и принести ей свои извинения. Но Гарретт убедил его повременить с этим. Ему самому надо было уладить небольшую проблему с прояснением того, кто он на самом деле, и как можно скорее, потому что Гарретт хотел удержать ее, защитить, помочь забыть ту боль, которую Джейсон, Дерек и Карл ей причинили.

В конце концов, он заставил себя встать и поехать в клинику, поскольку Рейчел все равно нужно было время, чтобы обдумать все, что произошло ночью, и что она узнала днем. Здравый смысл подсказывал, что до тех пор, пока она сможет привыкнуть к мысли, что он не Карл, ему лучше держаться от нее на расстоянии.