Рэй Морган - В шоколадном дворце

– Только на скачках ни у кого не должно даже мысли возникнуть о твоей беременности, – добавил Нико. – Нам не нужны лишние слухи.

– Какие слухи?

– Ты ведь понимаешь, что незамужняя беременная женщина – всегда предмет для пересудов. Особенно если она гостит во дворце.

– Наверное… – нахмурилась Мариса.

– Ты пойдешь на скачки как подруга Карлы. Нет ничего подозрительного в том, что Карла пригласила свою подругу. – Нико взглянул на животик Марисы. – Кстати, как ты себя чувствуешь?

– Очень хорошо. Меня ничего не беспокоит. – Девушка положила руку на живот. Доктор Завьер осмотрел ее накануне и сообщил, что все идет нормально. – Малыш активно двигается. Пока толчки не очень уверенные, но вскоре я могу дать тебе почувствовать их. Хорошо?

Нико молчал. Мариса затаила дыхание. Он улыбнулся.

– Конечно.

Улыбка Нико была такой теплой и искренней, что у девушки екнуло сердечко.

Нико начал свою пробежку, а Мариса еще долго смотрела ему вслед, как будто зная, что скоро у нее останутся от Нико одни лишь воспоминания.

Карла была в восторге от планов на выходные, как и кузины Джен и Джолс.

– Это даже лучше регаты! – воскликнула Джен.

– Лучше только бал в День святого Торпина в следующем месяце! – восторгалась Джолс.

– В следующем месяце состоится бал? – уточнила Мариса у Карлы, когда они вышли на дневную прогулку.

– Да. В основном для меня. Мне нужно появляться в обществе. И Дейн считает, что бал должен состояться до коронации.

– Ты не выходишь в свет? Но я думала, знатные девушки начинают вращаться в обществе с малолетства.

– Так и есть. Просто война отняла у меня несколько лет, когда не проводились никакие приемы. А теперь у нас скоро состоится большой бал! Это так увлекательно! Леди Джулия представит меня. Правда, я чувствую себя немного глупо, я ведь уже старая. И еще не замужем, и даже не помолвлена…

– Карла! К тебе очередь из женихов выстроится!

– Хм… возможно. Наверное. Посмотрим. – Карла взглянула на Марису. – Я хотела попросить тебя об услуге. Если все закончится хорошо… Ну, если ты не шпионка… Я хотела бы, чтобы ты сопровождала меня на балу.

– Ох, Карла, даже не знаю…

– Знаешь, а мне плевать! Шпионка ты или нет, ты все равно самая лучшая подруга, какая у меня когда-либо была. И я хочу, чтобы ты пришла на бал. – Принцесса молитвенно сложила руки. – Пожалуйста, скажи «да»!

Мариса взяла руки принцессы в свои ладони.

– Конечно, я буду там, если удастся. Обещаю.

Остаток дня девушки провели, обсуждая свои наряды для предстоящих скачек. Мариса остановила свой выбор на голубом платье с шарфом и белым жакетом, а Карла все никак не могла решить, что же ей надеть.

– Нужно выбрать что-нибудь, чтобы быть привлекательной для потенциальных женихов, – тараторила Карла. – Дейн считает, что я должна одеваться как монахиня. Мишель говорит, главное – быть модной. Тетушка Джулия настаивает на декольте. – Принцесса закатила глаза.

Мариса рассмеялась.

– А что советует Нико?

– Он единственный говорит – будь собой. Но в наше время нелегко найти мужа, знаешь ли… Даже если ты принцесса.

– А твой муж… он обязательно должен быть из высшего общества?

– Да. Дейн следит за тем, чтобы все мы заводили романы только с представителями знати.

– И много здесь подходящих холостяков?

– О, тысячи! Здесь повсюду одни миллионеры. Штука в том, чтобы не напороться на заядлого плейбоя. Надо выбрать кого-нибудь серьезного и надежного, как мои братья.

Мариса согласно кивнула, помогая Карле развесить ее наряды на вешалках. Да, Дейн и Нико серьезные и надежные, вот только Мишель несколько легкомыслен, но Мариса заключила, что у него это скоро пройдет.

– Разумеется, было бы проще, если бы я была хорошенькой, – вздохнула Карла.

– Что? – не поверила своим ушам Мариса. – О чем ты говоришь? Ты очень красивая!

– Мариса, не обманывай меня. Разве во дворце нет зеркал?

– Есть, конечно. И вот что я тебе скажу – ты просто не нашла еще свой стиль. Главное – уметь пользоваться тем, что у тебя есть, чтобы подчеркнуть свои достоинства.

– То есть?

– Знаешь что? Мы поколдуем над тобой к скачкам. Пригласи парикмахера и стилиста, и посмотрим, что можно сделать.

Карла не могла скрыть своего восторга.

– Правда? Обещаешь?

– Обещаю, – улыбнулась Мариса. – Пора куколке превращаться в бабочку, Карла. Подожди, и сама увидишь.

Нико был очень молчалив за обедом. Говорили в основном только кузины из Белграда и Карла. Мариса иногда добавляла пару слов, но чаще она наблюдала за Нико, который о чем-то напряженно думал.

О судьбе своей страны? Или о чем-то личном?

Мариса не стала особенно задумываться над этим. Поиграв в карты с остальными, девушка вышла в сад и заметила Нико сидящим на траве с бокалом в руке.

– Оставь его, Мариса, – сказала себе девушка. – Не вмешивайся в его дела. Если бы он мечтал о твоей компании, то вы давно бы сидели там вместе.

Но смотреть на принца, одиноко сидящего с бокалом вина, Марисе было не под силу. Она все-таки подошла.

– Что случилось, Нико?

– Ничего. Почему ты спрашиваешь?

– Иногда по вечерам у тебя такое грустное лицо. Как будто ты… ну, вспоминаешь что-то плохое…

– Плохое? – хмыкнул принц. – Неужели ты не понимаешь? Мы пережили пятилетнюю войну. Много ужасов творилось на наших глазах. Конечно, у меня остались плохие воспоминания…

– Но ты должен оставить прошлое в прошлом. – Девушка помолчала. Что она делает? Нико принц, а она советует ему, что делать! Но сейчас она видела перед собой просто одинокого мужчину. Мужчину, с которым, вопреки всем законам логики, ее связывала невидимая, но крепкая нить. – Ты не можешь позволить воспоминаниям пагубно влиять на свою теперешнюю жизнь.

– Некоторые вещи не так просто забыть. Не всем так везет, как тебе с твоей амнезией.

Его тон не был ни дружелюбным, ни жестоким.

– Это из-за Андреа? – тихо спросила она, присаживаясь рядом с Нико.

– Кто сказал тебе об Андреа? – вздрогнул он.

– Никто. Ты сам назвал меня так однажды.

В глазах Нико отразилась буря эмоций, но он не произнес ни слова. Поставив бокал в траву, принц резко поднялся и пошел в тенистый сад, оставив Марису сидеть на траве.

Прошло минут пятнадцать, прежде чем он вернулся. И сел рядом с Марисой.

– Андреа выросла во Франции, – начал Нико без предисловий. – Как и многие из тех, кто тогда жил в ссылке. Она была дочерью богатого пекаря. – Его голос смягчился. – Она была бесстрашной девушкой. Мы жили вместе в горах и сражались бок о бок. Испытывали судьбу. А потом мы полюбили друг друга… – Нико сорвался. – У нас должен был родиться ребенок. Я хотел, чтобы Андреа вернулась в Париж, но она не желала ничего слушать. Ей хотелось находиться в гуще событий. И я не смог настоять на своем. Боже, Андреа должна была быть осторожнее! Она рисковала не только своей жизнью… – Нико закрыл глаза. Ему трудно было говорить об этом. – Андреа настигла пуля снайпера. Она погибла. Они оба мертвы. Сначала я даже не мог скорбеть о них. День и ночь мы находились под пулями. Я был уверен, что погибну, но тут война кончилась… И только в это время я осознал свою потерю. Мой мир рухнул. Мне казалось, я сойду с ума… – Нико снова помолчал, собираясь с силами. – Но нет. Я здесь и в своем уме. Однако моя боль так и не утихла…