Ронда Грей - Безрассудный поступок

— Что у меня может быть в порядке, когда мне вдруг подбросили ребенка, и еще пришлось по жаре идти в город, причем совершенно напрасно!

Лори пришлось напомнить, что, в общем-то, известно, чей это ребенок, только непонятно, кто его подбросил.

— Я знаю, ты сделал все, что мог, — добавила она спокойно, когда Брет чуть ли не вскипел от ее слов. — Поэтому тебе нужно сейчас пойти и отдохнуть.

— Мне станет лучше тогда, когда этого мальчишки здесь не будет! — отрезал Брет. Затем вздохнул и провел руками по лицу. — Извини. Что-то нашло на меня…

Брет остановился и покачал головой. Вид у него был такой несчастный, что Лори едва удержалась, чтобы не подойти и обнять его, однако побоялась, что Брет может рассердиться.

Тяжело вздохнув, Брет взял полотенце Лори. Расстелив его на песке, сел и стал смотреть в ее сторону с таким видом, что со стороны это наверняка походило на стойку сторожевого пса.

— Надеюсь, твой папа подойдет к нам, — сообщила Лори Рональду.

Малыш улыбнулся и замахал ручонками. Еще минут пятнадцать они плескались в воде, и Лори решила, что вполне достаточно, она старалась прикрывать тельце ребенка, но солнце, несмотря на то что уже наступил вечер, палило нещадно, и она побоялась, как бы у мальчика не было ожога.

Выйдя из воды, Лори остановилась возле Брета.

— Могу я взять полотенце? — Она думала, что он подержит ребенка, пока она вытрется. Но Брет не выказал ни малейшего желания взять малыша на руки, только протянул ей полотенце.

— Подержишь его? — Лори протянула ребенка.

Резко отпрянув, Брет покачал головой.

— Не могу.

Лори удивленно взглянула на него.

— Это ведь только ребенок.

— В том-то и дело, что ребенок.

— Тогда представь, будто это футбольный мяч, ну-ка, возьми. — И, прежде чем Брет успел что-то предпринять, она вручила ему радостно махавшего ручками Рональда. — Вот так. Прижми его к груди. Что, ты не можешь донести его до дому?

Брет, держа малыша на вытянутых руках, растерянно посмотрел на нее, тело его будто одеревенело.

— Мне бы лучше убежать от него подальше.

— Но ты прекрасно держишь своего сынишку! — подбодрила растерявшегося отца Лори.

— Ты с этим справляешься гораздо лучше, — нетерпеливо сказал он. — Скорей бери ребенка, ты уже совсем высохла.

Не желая усложнять ситуацию, Лори взяла Рональда. Брет с облегчением вздохнул.

— Но ведь совсем не страшно, разве не правда?

Брет только с тоской посмотрел на нее. Его нежелание что-либо сделать для ребенка становилось невыносимым. Тем более что мальчик начинал плакать, как только оставался один.

Лори надеялась, что Брет побудет с малышом, пока она примет душ, но тот не захотел. Тогда она взяла малютку с собой в ванную и положила на полотенце на полу. Затем, переложив спокойно наблюдавшего за всеми ее действиями Рональда к себе на кровать, переоделась и спустилась с мальчиком в гостиную, где, уставившись в чистый лист бумаги, заправленный в машинку, сидел Брет.

— Может, твой отец в прошлой жизни был страусом, — обратилась Лори к Рональду.

Мальчик весело засмеялся, видимо, представив, как папа прячет голову в песок.

Когда Руфь принесла обед, она подробно проинформировала их, как рос ее младший сынок, натерла бананов для Ронни и дала много дельных советов, как нужно обращаться с подброшенным ребенком.

— Я думать, вы много удивляться, — сказала она Брету, улыбаясь.

— Даже очень, — согласился он с женщиной, по мнению Лори, впервые за этот день спокойно.

— Да, он есть хорошенький мальчик, — сказала Руфь, глядя на ребенка, который уютно притулился к Лори. И подмигнула. — Он похож на свой отец.

— Я не… — начал Брет, но Руфь не дала ему закончить и пощекотала голый животик малыша.

— Разве вы не видеть — у него носик Николсонов!

— Неужели она думает, что я претендую на отцовство? — проворчал Брет, когда Руфь наконец ушла.

— Возможно, она думает, что… — проговорила, широко зевнув, Лори, — неплохо бы тебе проявить хоть немного сочувствия. Я так устала.

— Я тоже! — отрезал Брет.

— К сожалению, к Рональду это не относится.

Действительно, мальчик глядел на Лори широко раскрытыми глазенками и упорно отталкивал ручонками бутылочку с молоком.

— Ты бы хоть немного подержал его, у меня уже руки отваливаются.

— У тебя это получается лучше, — решительно покачал головой Брет.

— Благодарю за доверие, но меня надолго не хватит. Давай, Брет, возьми его на несколько минут.

Лори встала и положила Ронни Брету на колени.

— Лори!

— Расслабься, папочка! Все в порядке. Мальчик не сделает тебе больно.

— Но я могу сделать ему больно!

— Не сделаешь. Я же не сделала этого за целый день, так что и тебе нечего бояться, поверь. Просто дай ему бутылочку. — И Лори сунула бутылочку в руку Брета.

Брет неуклюже засунул соску в ротик ребенка, но когда тот, сделав пару глотков, решительно оттолкнул бутылочку ручонками, беспомощно посмотрел на Лори.

— Ничего страшного, продолжай в том же духе, — руководила она.

— Но… — попытался возмутиться Брет и снова сунул соску в рот Ронни. На этот раз ребенок принялся усиленно сосать молоко. Малыш удобно устроился на мускулистых руках Брета и, глубоко вздохнув, успокоился.

— Я кормлю ребенка! — Голос Брета дрогнул.

— Неужели ты действительно никогда не держал на руках ребенка? И не кормил его?

— Пытался однажды, — ответил Брет, немного подумав. — В шесть лет, когда родился Джейк. Однажды маленький братик заплакал, а рядом никого не оказалось, и я подошел к нему, вытащил его из люльки. Джейк тогда был таким же маленьким, как Рональд сейчас, только, пожалуй, пошустрее. В это время в комнату вошла мама и крикнула: «Осторожно!» Я испугался и выронил братика на пол. — В голосе Брета послышалась боль.

— О, Брет! Ведь ты же хотел помочь. — Лори стало жаль этого большого мужчину, все еще переживавшего, что в шесть лет уронил младенца на пол. — Матери не следовало кричать на тебя.

Брет поежился.

— Она очень испугалась за Джейка.

— Ему было больно?

— Пожалуй, нет, — вздохнул Брет. — Правда, кричал он здорово. Так же, впрочем, как и мама. Она запретила мне даже прикасаться к нему.

— Но ведь теперь вы друзья?

Брет сухо улыбнулся.

— Мало того, Джейк даже выше меня и может отлично постоять за себя. Кстати, он нужен мне. Он пишет лучше меня.

— Но ведь ты выполняешь самую трудную, рутинную часть работы, — заметила Лори, — которая требует больших знаний.

— Я делаю то, что нравится. Потому-то у нас и получается неплохо, ибо каждый делает то, что ему лучше удается.