Наталья Баклина - Гадкий утенок, или Повесть о первой любви

Шурочка поторопилась намыть еще четыре ведра картофеля, высыпать его в третий бак, и присела скорее на свою скамеечку чистить. У нее получалось не так красиво, как у Людмилы, но тоже довольно споро — приноровилась за неделю-то!

— Чего вы с Нюркой-то не поделили? — спросила Людмила вполголоса, чтобы не слышала Анна Михайловна.

— Ничего. Я с Васей перестала встречаться, может, поэтому.

— Ну и правильно! Сволочная баба эта Нюрка, зря ты с ней связалась.

— Я не знала. Она добрая такая была, в гости звала, доченькой называла. А теперь — орет.

— Добрая… Злая она и завистливая, а не добрая. И грязнуха. В столовку я ее только на сезон и согласилась взять — а так и на дух она мне не нужна!

Вдвоем с Людмилой Шурочка за час разделала первый бак с картофелем.

— Ладно, ты тут пока одна побудь, я сейчас Нюрке выдам продукты. И суп ее заставлю варить, а ты уж сама заканчивай с гарниром. Анна Михайловна, пойдем! Я тебе еще и мясо по весу отпущу, положишь в холодильник, чтобы завтра Натахе времени не терять!

Второй бак картофеля Шурочка дочистила в одиночку. Работала, как в трансе-, глаза смотрели в одну точку, руки делали монотонные движения, голова очистилась от мыслей, ощущение беды прошло.

— Ну что, жарим? — Ира Зинченко стояла по ту сторону стойки и прижимала к животу трехлитровую банку с огурцами. Леночка и Элька стояли рядом и с надеждой вглядывались в глубь кухни: вдруг уже шкварчит там картошечка?

Шурочка в суматохе дня совсем забыла про девчонок и не спросила у Людмилы разрешения на вечернее застолье. И что им теперь сказать? Вон как настроились! Огурцы притащили!

Шурочка решила попотчевать девчонок на свой страх и риск.

— Девчонки, вы погуляйте еще полчасика, я пока картошки начищу. Все уйдут, столовую закроют, приходите с черного хода, — быстро проговорила она вполголоса, чтобы не слышала Анна Михайловна. И взяла у Иры тяжелую банку.

— Ладно, — кивнула Леночка и громко уточнила: — Значит, в восемь тридцать, да?

— Идите, идите, — замахала на нее руками Шурочка.

— Ты чё это затеяла? — Анна Михайловна внимательно смотрела на Шурочку, склонив к плечу носатую голову. Шурочке показалось, что на нее глядит злобная рыжая птица.

— Да ничего, мы с девчонками решили картошки нажарить, они, вон, и огурцы купили, — виновато забормотала она, будто застигнутая на месте преступления.

— А Людка-то знает?

— Знает. Она разрешила, — уверенно соврала Шурочка и решительно взглянула в маленькие птичьи глазки.

— Ну-ну. Смотрите, не трогайте ничего, а то все продукты по весу. Если Натаха чего завтра не досчитается — тебе отвечать.

— Анна Михайловна, мы только хотим пожарить картошку. Больше мы ничего трогать не будем. Огурцы купили свои.

— Ну-ну — повторила повариха и пошла в хозяйственный отсек, где стоял холодильник.

Впрочем, Шурочка уже не обращала на нее внимания — закрывала двери за последними едоками. А потом — как же она ей обрыдла-то за день! — опять начала чистить картошку.

— Класс! Прямо душу отвела. — Ира Зинченко одна умяла почти полсковородки жареной картошечки. Эльке с Леночкой досталось по четвертинке, а Шурочка — так, склевала несколько кусочков. Аппетит так и не вернулся.

— Слушай, Шур, а помнишь свою картошку фри? — хихикнула Леночка. — Помнишь, как Димкины соседи чуть пожарных не вызвали?

Картошка фри. Да, это было ее коронным блюдом дома, в Ташкенте. Она мелкой соломкой настригала картошку, затем разогревала в казане хлопковое масло и обжаривала до хруста продолговатые кусочки. Когда на первом курсе они собрались праздновать день рождения группы и обсуждали меню, Шурочка предложила сделать курицу в духовке — кусками, каждый кусочек смазан чесноком и посыпан ломаной лаврушкой — и картофель фри.

Народ согласился. Праздновать собрались в доме у Димы Тихомирова. Его бабушка ходила и приговаривала, как хорошо, что у Димочки столько новых друзей. И хорошие все какие! Бабушка Шурочке понравилась, и она с воодушевлением хлопотала на кухне, представляя, как бабушка будет приговаривать, что Димочкины друзья и готовят вон как хорошо. Озадачивала только плита. У них дома в Ташкенте была газовая, а здесь — электрическая, с круглыми блинами-конфорками.

С курицей у Шурочки все получилось идеально — духовка работала по знакомому принципу: разогрела до 250 градусов и поставила противни. А вот с картошкой…

Казана не нашлось, поэтому решили — Леночка ассистировала — делать фри в двух глубоких сковородках. Хлопкового масла в Томске не было. Везде продавали подсолнечное, поэтому пришлось жарить на подсолнечном. Шурочка примостила сковородки на разогретые электрические конфорки, плеснула растительного масла — вместе с маслом попали хлопья осадка — подождала пару минут и бросила в каждую сковородку по горсти картофельных ломтиков.

И тут началось нечто невообразимое! Масло моментально вспенилось и стало подниматься к краям сковородок! Шурочка быстро отключила конфорки, а толку-то! Пенные шапки перевалили через края сковородок, попали на раскаленные конфорки, и масло запылало желтым пламенем.

Леночка завизжала, Шурочка рванула к окну и распахнула его пошире. В окно повалил синий чад, а Шурочка тупо смотрела на сковородки, окруженные пламенем, видела, как всплывают обжаренные до черноты «фришки», и прикидывала, как бы выхватить их оттуда. Потом в дверь зазвонили соседи — увидали дым из окна, а бабушка их успокаивала, что все нормально, ребята празднуют день рождения, стряпают на кухне. Да, классная все-таки у Димки бабушка! Пришлось им тогда вместо фри делать картофельное пюре.

Подружки доскребли пригар со дна сковородки — самое вкусное! — быстренько помыли посуду. Огурцы — разумеется, все три литра не осилили — оставили на столе. И отправились в свой спортзал. Народ опять затевал какие-то танцы, но Шурочка так умаялась за день — уснула почти сразу, как пришла. И музыка не мешала, и свет, и туда-сюда снующие девчонки.

Глава 11

— Слушай, Люд, а чё так мало мяса-то? Разве хватит на пятьдесят порций пельменей? И вечером мы хотели тефтели лепить? — Наталья держала на весу большую эмалированную чашку, наполненную шматами говядины.

Утро в столовке выдалось суматошное. Анна Михайловна с вечера не замесила тесто, и Наталья уже успела вволю наматериться, в авральном порядке перемешивая воду, соль, муку и пяток яиц. Теста получилось так много! Целая гора отлеживалась на разделочном столе, накрытая чистой скатертью. По-хорошему, чтобы набухла клетчатка, тесту надо вылеживаться не меньше часа, потом лепить пельмени, потом варить. Получалось, чтобы успеть к обеду, затевать тесто надо было либо с вечера, либо с утра пораньше. Хорошо, Шурочка подстраховала Наталью. Практически самостоятельно сварила молочную лапшу (на котел воды три черпака молочного порошка, черпак соли, два черпака сахара, маленький тазик сухой вермишели. Порошок всыпать в теплую воду размешать. Лапшу всыпать в кипящую жидкость, перемешать. Как сварится лапша, кинуть соль, сахар, кусок масла граммов в триста. Перемешать. Ничего сложного!), заварила чай во втором котле, нарезала хлеб, разложила повидло из вчерашней банки. Хороший получился завтрак, никто не жаловался.