Я люблю тебя НАВСЕГДА - Вета Маркова

любит женщин-юристов, да еще и претендующих на красный диплом. Ну, не будет «красного», но диплом то будет. А знания мои от цвета диплома не зависят. Просто готовиться нужно тщательнее. Волнительно, но не боюсь…

Вечером познакомилась с Лией Марковной. Это очень элегантная, гостеприимная женщина с грустными и добрыми глазами. Душевный человек. С ней так приятно общаться. Мы с ней через пару часов стали лучшими подругами, не смотря на разницу в возрасте. Не случайно ее так все любят. Любят и уважают.

Еще я не ошиблась в феврале на пустыре. Это действительно был Гамлет. Этот пес меня узнал, весь вечер лежал у моих ног. Выгуливает его Леонид, телохранитель Бориса Яковлевича, а по совместительству его личный шофер и их приемный сын. Его то я и видела с Гамлетом.

Леонид мне очень понравился, такой доброжелательный амбал, под два метра ростом, с обворожительной улыбкой. Рядом с ним мы просто карлики. Это он по просьбе Бориса Яковлевича приезжал узнать в каких условиях живет «Золушка крестника», то есть я.

Засиделись допоздна. Лия Марковна слышать ничего не хотела, что мне пора домой, предлагала остаться у них, но я решила, что дома мне будет лучше. Домой отвез меня Леонид. У Германа были какие-то неотложные дела с крестным.

Впервые увидела, как живут «новые русские» изнутри. Жили Борис Яковлевич и Лия Марковна в коттеджном поселке на окраине города. Вход на территорию этого поселка только для своих и только с разрешения хозяев. Просто так ни-ни. Коттеджи там все огромные и очень красивые.

У Бориса Яковлевича двухэтажный коттедж, своя охрана и камеры по периметру. Под домом гараж на несколько машин. Внутри шикарный ремонт, очень дорогое убранство комнат, во всяком случае тех, где мне удалось побывать. Откуда у людей такие деньги??? Ну, да ладно, это их проблема и забота. Умеют значит. Но, люди они очень приятные. Да и меня хорошо приняли.

Пригласили в гости еще.

Вроде бы все новости. Теперь спать».

Леонид повез Дарьяну домой. А Борис Яковлевич решил серьезно поговорить с крестником. Он не любил не по справедливости, а в действиях крестника он эту несправедливость увидел. Герман для него был не просто племянник, партнер, крестник, он был ему как родной сын, которого Бог так и не дал им с женой.

— Герман, у вас с Дарьяной что?

— Ничего, дядя Боря. Просто дружба. Но…

— Нет дружбы между мужчиной и женщиной, — он резко прервал крестника. — Нет и быть не может. Это не в детском саду. Вы вышли из этого возраста. Так что?

— Ничего, дядя Боря. Это честно. Я ее люблю. Она, похоже, тоже. Но я не могу ничего ей сейчас дать и предложить ничего не могу. Мы обо всем честно поговорили. Я все честно рассказал. Дарьяна согласна на такие отношения.

Борис Яковлевич сидел в кресле и курил трубку. Думал.

Герман смотрел в окно и тоже думал… о Дарьяне. Как ему сейчас хотелось к ней. Ему хотелось, чтобы она была рядом…

— Хорошая девчонка. Как юриста проверил?

— Да. Работает аккуратно, внимательно, мышь не проскользнет. В «Солнечной долине» недочеты увидела. Обнаружила недопоставку стройматериалов на полтора миллиона, да и глаз хозяйский. Что-то хотите предложить? Ей работа нужна, но очень прошу, не втягивайте ее в свой «бизнес».

— Я тебе хоть раз что-то незаконное предложил?

— Нет.

— Ей тоже не предложу. Но работу предложу. Нужно внимательно и аккуратно проверить, куда мои финансисты деньги со счета выводят, регулярно, ежемесячно по сто-двести кусков баксов, а то и больше, на протяжении уже года. Не хочу пыль поднимать, сначала нужно увидеть куда. Когда у нее экзамены?

— В мае, дядя Боря. Давайте после экзаменов. Пусть спокойно готовится…

К мужчинам присоединилась Лия Марковна.

— Девочку обсуждаете? — спросила она у мужа.

— Что ты, Лиюшка, не обсуждаем, но говорим о ней. Как она тебе? — поинтересовался Борис Яковлевич у жены.

— Хорошенькая. Герман, она очень чуткая и ранимая. Если только поиграть, то не дури девчонке голову. Не надо с ней так…

— Что Вы, Лия, я люблю ее. Если был бы свободен, сразу сделал бы предложение. Но, увы и ах, как любите говорить Вы… Но и потерять не хочу…

— Я верю тебе, Герман. С братцем уже познакомил?

— Познакомил. Генрих опечален. На него впервые не обратили внимание, — грустно улыбаясь ответил Герман.

— Пусть Дарьюшка приезжает к нам в гости. Мне она приглянулась. Она естественная, открытая и очень добрая. Ладно мужчины, я пошла к себе, не засиживайтесь. Спокойной ночи.

— Дарьяна, меня не будет две неделе. Мне нужно уехать в Москву, потом в Германию, потом немного по России помотаюсь, — они сидели в кафешке, Герман держал Дашу за руку, — но обещаю, к твоему дню рождения я обязательно вернусь. Пообещай, что скучать не будешь.

Даша опустила вниз глаза. Как она могла такое пообещать, если она начинала скучать, если не видела Германа один вечер.

— Я постараюсь, но не обещаю, — честно ответила она.

Вдруг Дарья вздрогнула всем телом, она не поняла, что произошло, просто внутри появился страх. Она чувствовала на себе чей-то взгляд, недобрый взгляд, который пронизывал ее холодом.

— Герман, кто на меня так пристально смотрит? У меня мурашки по спине от этого взгляда бегают.

Герман наклонился вперед, поцеловал Дарьяне руку и ответил:

— За столиком сидят пятеро. Если не ошибаюсь, один из них твой бывший муж, другого ты показывала мне в Солнечной долине. Тебе неприятно? Мы можем уйти…

— Неприятно, но я это могу пережить, если ты рядом. Только не оставляй меня одну. И главное, чтобы они не напились. Тогда предугадать их действия будет невозможно. Может быть драка…

— Это мы переживем, — спокойно ответил Герман.

Звучала заводная музыка. В кафешку зашли знакомые девчонки и Дарья махнула им рукой. Они подошли и сели за их столик. Дарьяна пересела на диванчик к Герману и увидела компанию бывшего. Они явно обсуждали ее и Германа и как-то не по-доброму смотрели, рассматривая их.

Через какое-то время в дверях появился Леонид. Он, как его и просили, к полуночи приехал за Германом. Подойдя, поздоровался с девчонками, приставил стул и присел за их столик. Подошел официант, принес Леониду стакан сока, уточнил, нужно ли что-то еще. Герман спросил у девочек, что им еще заказать, сделал для них заказ и попросил счет.

— Пойдем, потанцуем и домой, — шепнул Дарье Герман, нежно касаясь губами ее ушка. Она кивнула в ответ. Он встал и подал ей руку.

— Лёнь, не уходи, а то нас могут не выпустить, — шепнула