Рини Россель - Любимый, единственный... друг

— Я не отвечаю за поведение козлов!

— И кто, черт возьми, эта Лили? Был ли в проклятой пьесе кто-нибудь с таким именем? Сутулый развратник, беспорядочное мелькание голых тел и полное отсутствие содержания. Я слышал, миссис Йошида храпела... пока по проходу не побежал обнаженный мужчина в спортивных туфлях и миссис Отака не разбудила ее своим криком.

— Не помню, чтобы кто-нибудь кричал!

— Наверное, ты просто спала еще крепче.

Ким разозлилась:

— Неправда, я следила за ходом пьесы! Думаю, бегун олицетворял суету...

— Возможно, но ему следовало хоть трусы надеть! Японцы наверняка в жизни не видели ни такого количества голых задниц, ни откровенного секса под прикрытием театрального представления!

— Не надо кричать!

— Я не кричу!

— Кричишь! И еще, кажется, недооцениваешь своих гостей!.. — Ким и сама была в ужасе от этой постыдной пьесы, а самое главное — она подвела Джекса. Но девушка не могла вслух признать ошибку, ей мешала гордость. — Послушай, я хорошо делаю свою работу, но никто не идеален. Из-за меня ты не получишь бизнес мистера Отака, но это не конец света... — Ким помолчала, пытаясь справиться с предательской дрожью в голосе. — Понимаю, ты ожидал иного, и очень жаль, что я — не мисс совершенство. Если хочешь, я уеду. Ты ведь ясно показал, что наши чувства не взаимны...

— Что? — злость исчезла из его голоса.

— Ты был холоден со мной с первой же минуты! — Ким отвернулась, чтобы Джекс не видел ее слез. — И абсолютно ясно дал понять, что я больше тебе не нравлюсь.

В комнате стало тихо.

— Глупости, — наконец произнес мужчина. — Я не требую совершенства, и мои чувства к тебе не изменились.

— Неправда. Ты больше не обнимаешь меня и почти не улыбаешься, не шутишь и не разыгрываешь — все время такой серьезный, что хочется закричать.

— У меня много забот.

— У тебя их всегда много, Джекс.

— Дело не в нас, а в сегодняшнем вечере!

— Ладно, извини! — выдохнула Ким. — Теперь доволен? Я совершила ужасную ошибку, и меня надо выпороть. Мне жаль... но знаешь, чего? Что ты не тот, каким был! Прежний Джекс просто посмеялся бы, но не стал бы выходить из себя!

— Я не выхожу из себя.

— Ты рычал на меня, — крикнула девушка, — как волк!

— Не глупи!

Она вздрогнула.

— Не смей называть меня глупой!

— Послушай, это была ошибка новичка!

— Новичка? — зловещим шепотом переспросила Ким. — Что ж, извини, что я — всего лишь некомпетентная невежда. Кронпринц продуманных решений зря терпел все эти годы такую неумеху и растяпу. Тебя бы причислить к лику святых, Джекс!

— Прекрати, терпеть не могу сарказм.

— Неужели? Ладно! Отруби мне голову!

— Перестань вести себя как ребенок, Кимберли. В бизнесе все должны время от времени выслушивать конструктивную критику.

— Да? Ну, так приготовься к моей: я ненавижу тебя, Джексон Гидеон, как никого другого в жизни! — Ким побежала в ванную и с треском захлопнула за собой дверь.

Ошибка новичка! Конечно, глупо было не уточнить содержание пьесы, но как он смел грубить! Джекс сам не дал ей времени проверить детали... а она так старалась... «Любящая Лили» казалась вполне подходящей...

Рыдание прервало ее внутренний монолог.

В дверь постучали.

— Ким? — в голосе мужчины звучало беспокойство.

— Уйди!

— С тобой все в порядке?

— Не трудись изображать заботу — слишком поздно! Никогда больше не буду разговаривать с тобой.

— Прекрасно. Если хочешь, продолжай вести себя по-детски.

— Между прочим, Трейси спектакль показался забавным! Именно забавным! — девушка начала расстегивать пуговицы на жакете. Нужно полежать в джакузи, чтобы успокоить нервы.

— Поздравляю, один человек из двенадцати не впал в ярость.

Его колкость окончательно вывела Ким из себя.

— Двое из тринадцати! — крикнула она в ответ. Девушка была в ужасе от своего фиаско, но гордость не позволяла ей признать это.

— Я думал, ты со мной не разговариваешь?

Она открыла было рот, то тут же опять демонстративно сжала губы.

— Очень мудро.

Если Джекс надеется на снисхождение, ему придется долго простоять под дверью ванной!

Кимберли, не смей его любить! Посмотри, что делает с вами даже фиктивный брак!

Сбросив одежду, девушка шагнула в большую ванну, полную горячей воды и пара. И почему это у нее не получается считать Джекса злодеем?..

...Наступила ночь. Ким, дрожа, все еще сидела в остывшей воде. Выбор у нее был невелик: либо умереть от переохлаждения, потакая своей гордыне, либо вылезти. Уже около часа из комнаты не доносилось ни звука — наверное, Джекс наконец заснул. Это очень кстати, поскольку в разгар ссоры она влетела в ванную, не прихватив ночной рубашки.

Ким вытерлась, завернулась в махровое полотенце, на цыпочках направилась к комоду за футболкой и мимоходом обернулась к кровати — посмотреть, не проснулся ли Джекс. Вроде бы нет.

Решив, что находится в безопасности, она через голову натянула футболку, уронив полотенце, а затем вернулась в ванную почистить зубы и высушить волосы. Ей все время хотелось плакать от осознания неизбежного — рано или поздно придется униженно извиниться перед Джексом.

Она нанесла непоправимый вред его компании и не оправдала доверие Трейси.

— Какая же ты самодовольная дрянь, Кимберли Норман, — заявила она отражению в зеркале, погасила свет, тихонько прошла к своей стороне кровати и залезла под одеяло.

Обычно девушка специально отворачивалась от Джекса — но не сегодня. Ким ужасно захотелось посмотреть на него, спящего, — на его обнаженную широкую спину, сильные руки... ее так и подмывало придвинуться поближе и забраться к нему под одеяло. Ведь это мелочь по сравнению с тем, чего она на самом деле ждала — чтобы Джекс крепко обнял ее и заверил, что они по-прежнему друзья и он вовсе не злится.

Горькая слеза скатилась на подушку. Ким стало невыносимо грустно, она почувствовала себя удрученной и одинокой. Не в силах сдержаться, девушка прикоснулась к теплой коже Джекса холодными кончиками пальцев. Не ощутив протеста, улыбнулась, поверив, что она уже прощена. Осмелев от успеха и успокаиваясь, Ким медленно провела ладонью вдоль его спины. Лунный свет упал на ее обручальное кольцо, и бриллиант заблестел, как светлячок.

...Однажды, когда Кимберли было всего восемь, она собрала светлячков в банку и принялась с ней танцевать, а Джекс стоял неподалеку со своим велосипедом и, улыбаясь, смотрел на нее. Заметив это, она подбежала и отдала ему драгоценную банку со светящимися жучками, как сокровище. Он торжественно принял дар и заявил, что при помощи волшебства может превратить светлячков в подсолнухи. А на следующий день отдал Ким ее собственную банку, наполненную большими желтыми цветами. Она была потрясена.