Шэрон Де Вита - Неожиданное счастье

– Мне кажется, тебе я тоже нужен, – тихо начал он, все крепче прижимая ее. – Тебе нужна моя помощь, – его губы скользнули по ее щеке, – нужен кто-то, с кем бы ты могла разделить радости и печали, на кого могла бы опереться в трудную минуту… – Его губы были уже совсем близко от ее губ. – Тебе нужно, чтобы кто-то заботился и о тебе… – еще ближе… – чтобы было, к кому прижаться ночью, когда приснился дурной сон, чтобы кто-то мог целовать твои улыбки и твои слезы… – Звук его голоса гипнотизировал, Бри не могла шевельнуться. – Тебе нужно, чтобы кто-то был всегда рядом, говорил, как ты прекрасна, чтобы кто-то нуждался в тебе так же, как ты в нем…

– Нет… Нет… – Бри попыталась отвернуть лицо. – Мне не нужно…

– Я бы мог спросить разрешения, прежде чем поцеловать тебя, но не стану.

– Почему? – шепотом спросила Бри.

– Потому что ты бы все равно не разрешила.

– Нахал!

– Нахал… Мне нравится, как это звучит в твоем исполнении. Ты хочешь, чтобы я поцеловал тебя, потому что я нахал. Ты без ума от меня, потому что я нахал. Потому что я единственный нахал в твоей жизни…

– Патрик… – только и успела вымолвить она, прежде чем его губы коснулись ее губ, и они слились в горячем, безумном поцелуе.

Мысли вихрем проносились в голове Бри. Ей следовало предугадать его намерения и заранее вырваться из его объятий; а вместо этого ее руки гладили его волосы, шею; вместо этого она прижималась к нему так сильно, что, казалось, слышала стук его сердца.

Что же это? Секундный порыв? Заблуждение? Или вполне закономерное развитие флирта? Неужели она подсознательно чувствовала, что он собирается ее поцеловать, и хотела этого с того самого момента, как увидела его; хотела так сильно, что забыла обо всем на свете? Неужели она настолько порочна, что позволяет малознакомому мужчине обнимать и целовать себя? Неужели она?..

Нет, этого не может быть, она не собирается влюбляться в него. Тогда почему от его прикосновения все горит у нее внутри? И откуда эта непонятная тяжесть внизу живота? И блаженная истома от его поцелуя…

Мир вдруг пошатнулся, в голове помутилось, и она лишь чувствовала, как его сильные руки прижимают ее все ближе, как его губы ловят ее поцелуй…

Патрик целовал ее и не мог остановиться. Кровь горячей волной разливалась по жилам. Ее тело вдруг обмякло, и ему пришлось крепче подхватить ее, чтобы она не упала. Из груди Бри вырвался стон, и Патрик понял, что еще секунда – и они уже не смогут остановиться.

Все еще ласково целуя ее, он нехотя ослабил объятия. Все было как в тумане. Руки Бри скользнули с его плеч, и он поймал их.

– Патрик… – выдохнула Бри. – Патрик… Мы не можем… не должны…

– Слишком поздно.

– Но мы не можем, – продолжала настаивать она.

Она чувствовала себя полной идиоткой. Очень счастливой идиоткой.

– Это не должно повториться, – твердо сказала она, высвобождаясь из его объятий, – никогда.

Больше всего на свете она хотела, чтобы это повторилось. Но нужно же думать о Томми! Как можно так слепо доверять человеку, который явился сегодня утром, чтобы отнять у нее сына? Надо взять себя в руки.

– Пообещай мне, Патрик…

– Но…

– Пообещай мне, Патрик, что этого больше не случится. Ты должен мне пообещать.

– Но, Бри…

– Нет, – она покачала головой, – то, что произошло, было временным помешательством. Мы не должны этого допускать.

Ему не нравилась эта игра, слишком ясно было, как сильно ее влечет к нему; но ему не хотелось волновать ее, и он согласился.

– Хорошо, Бри, будь по-твоему.

Впервые в жизни он солгал женщине.

– Прости, если я обидел тебя.

– Не извиняйся, Патрик. Мы оба виноваты. У нас был тяжелый день.

– Разумеется, – предпочел согласиться он. – Я лучше пойду.

Бри вздохнула с облегчением.

– Тогда до завтра. Приходи в пять, ладно?

Он послушно кивнул.

– Доброй ночи, Бри.

Она опустила глаза, как провинившаяся школьница.

– Доброй ночи.

Очень тихо Бри закрыла за ним дверь и приникла пылающим лицом к ее ровной, прохладной поверхности. Если бы она знала, что Патрик тоже стоял за дверью, ждал, что она передумает, что скажет, как сильно ее тянет к нему… Ее лицо, губы еще хранили следы его поцелуев…

Нет, больше этого не повторится. Пусть она впустила Патрика в жизнь Томми, но это не значит, что она должна доверить ему свое сердце. Никогда. Иначе это может стоить ей сына.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

«Патрик Салливан был рожден, чтобы стать отцом», – с блаженной улыбкой размышляла Бри, тщательно вытирая только что вымытые тарелки. Как раз в эти минуты Патрик купал Томми, и до нее доносились веселые повизгиванья и смех сына. От этих звуков ее сердце сжималось.

Прошло всего три недели, а Патрик уже успел прочно обосноваться в их жизни. Он мгновенно нашел общий язык с Фионой, а Томми вообще не отходил от него ни на секунду. К тому же Патрик действительно здорово помогал ей по хозяйству, и теперь она не могла представить, как жила без него. Он проводил с Томми все свое свободное время, и у Бри наконец появилось время, чтобы заняться собой.

Патрик все еще дежурил по ночам и появлялся в магазине около полудня. Он всегда приносил с собой какие-нибудь потрясающие пирожные с заварным кремом либо ароматные воздушные кексы, которые пекла его мать. Он обедал с Томми, затем отвозил его в художественную школу, ждал, когда закончатся занятия, и вез в парк на прогулку. Каждую пятницу они ходили в зоопарк, а если погода была не очень хорошая, просто играли в комнате Томми.

После того как Бри закрывала магазин, они ужинали все вместе, потом Патрик купал Томми и укладывал его спать, непременно читая ему сказку или рассказывая смешную историю, дожидаясь, пока малыш заснет. И только тогда он со спокойной душой отправлялся на работу.

Продолжая счастливо улыбаться, Бри думала о том, как быстро Томми привязался к своему отцу. А Патрик… Патрик вообще был самым фантастическим отцом на свете. Томми в нем души не чаял. Он уже реже капризничал, слушался отца и старательно подражал Патрику, с уморительным усердием копируя его поведение с Фионой и Сабриной. Рядом с отцом ребенок был абсолютно счастлив. «Я все правильно решила, – думала Бри. – И как только я могла злиться на него и подозревать во всех грехах?»

– Мальчики принимают ванну, – на кухню вошла Фиона. Она называла Патрика и Томми «мальчиками» и была счастлива не меньше Бри. Как и Томми, она была просто очарована детективом Салливаном.

– Судя по звукам, они довольны, – заметила Бри и повернулась к Фионе. – Ты куда-то уходишь? Опять?

Каждый вечер Фиона таинственно исчезала, а на все вопросы отвечала загадочной улыбкой. Бри подозревала, что Фиона познакомилась с кем-то и ходит на свидания, но не могла взять в толк, почему она ни о чем ей не рассказывает.