Наизнанку - Виктория Лукьянова

А я ведь хорошо ее знала, и очень была опечалена, когда мне сообщили ужасную весть.

Я кивал, стараясь запомнить каждое слово женщины. Говорить под запись она отказалась, как и оттого, чтобы я записывал ее слова в блокнот. Пришлось довериться своей памяти.

– Лиз частенько гостила у моих родителей на каникулах, когда была маленькая. У нас же с ней разница в десять лет, поэтому мы хоть и жили порой под одной крышей, но интересы у нас были разные.

– Но вы все равно хорошо ее знали?

– О да, – Марисса усмехнулась. – Лиз росла смышленым и активным ребенком, который вечно попадал в неприятности. Наверное, поэтому ее вечно ссорящиеся родители сплавляли Лиз к нам в гости. Избавлялись от нее, чтобы передохнуть и продолжить то сбегаться, то расходиться.

– Она часто гостила у вас?

– У моих родителей. Повторю, у нас была разница в десять лет, поэтому уже в двадцать я жила отдельно, училась в колледже, а Лиз, кажется, заменила моим родителям меня. Ей-то тогда было около одиннадцати.

Я взглянула на Мариссу. Казалось, она раздражалась от каждого вопроса, но на ее губах приметив улыбку, поняла, что Марисса не злилась.

– Правда, Лиз перестала приезжать к нам, когда ей исполнилось четырнадцать. Что-то у нее случилось дома, о чем, конечно же, нам не рассказали, – призадумавшись, Марисса сложила руки на колени и взглянула на меня. – Но с тех пор Лиз изменилась. Стала замкнутой, нелюдимой. Виделись мы редко, если так можно сказать. – Марисса покачала головой. – Наверное, именно тогда она резко изменилась и оставалась такой до самой смерти. Ну, пожалуй, это всё, что я могу рассказать вам о Лиз.

Я выдохнула. Мало. Ничего. Жаль.

– А ее родители… Они все еще живы?

– О, нет, – Марисса покачала головой. – Отец умер семь лет назад, а мать спустя три года. Думаю, у Лиз, мы были ближайшей родней. Больше с ней никто не общался. По крайней мере, на похоронах почти никого и не было, хотя я старалась найти всех ее друзей или родню по отцовской линии.

Я кивнула, понимая, что ловить здесь больше нечего. Встав с кресла и отчаянно желая размять кости, я поблагодарила Мариссу за помощь. Она, кряхтя, поднялась следом.

– А знаете что, – вдруг произнесла она, когда мы уже стояли на пороге ее небольшого, но почти уютного домика (если бы не одно «но» в виде дурацкого кресла), – у меня остались фотографии Лиз. Если вдруг вам понадобятся для статьи.

– Снимки?

Марисса кивнула, складывая руки на груди.

– Они у вас?

– Цифровые копии. Моя дочь все оцифровала, чтобы в доме было не так много вещей. Все-таки почти все из квартиры Лиз, что не удалось куда-то да пристроить, пришлось забрать себе. А у меня, как видите, не так много места.

Я закивала, чувствуя, что хоть что-то сможет оживить мою статью. Детские снимки Лиз, ее юность, молодость. Возможно, она на этих снимках счастлива, что только добавит баллов и поможет достигнуть цели, которую ставил Ларри.

– Было бы здорово, если бы я могла на них посмотреть.

– Я могу отправить вам.

– О да, супер! – Я торопливо засунула руку в карман и нащупала там небольшой прямоугольник визитки. – Вот, здесь мой номер и почта. Отправьте, пожалуйста.

Марисса взяла визитку и покрутила ту в ладони.

– Да, отправлю. Только прошу вас…

Я замерла. Мягкая улыбка померкла на моих губах.

– Напишите о ней что-нибудь хорошее. Понимаете, Лиз была хорошей, пусть мы с ней и общались совсем мало. Она достойна хорошего слова о себе.

– Да. Конечно же, да. Я напишу.

Марисса шагнула назад и плавно закрыла дверь. Я выдохнула, ощутив, как грудную клетку сдавило от отчаянного желания закричать. Интересно, когда меня не станет, кто-нибудь скажет, что я была хорошей?

– Нет. Конечно же, нет, – вымолвила себе под нос, спускаясь по лестнице.

Мой путь обратно занял примерно час. По пути я сделала пометки по нашему разговору, старясь вспомнить все, что говорила мне Марисса. Также отправила сообщение Ларри, очень кратко пересказав о своей поездке и о том, что нашла. Хотя звучало это слишком хорошо. Ведь на самом деле у меня почти ничего и не было, разве что Марисса сдержит слово и отправит мне снимки, которые обещала. Может удастся хотя бы найти фотографии Элизабет, которые тронут сердца читателей.

Погрузившись в мысли, я добрела до своей квартирки. Опустив руку на дно сумки, долго искала ключи. Когда связка попала мне в руки, зазвонил телефон. Скорее всего, Ларри, который задаст вопросы. Можно было сбросить вызов, что я и собралась сделать, но увидела другой номер.

Дэрил, мать его, Чейз. На губах застыла горькая улыбка.

– Ого, кто уже соскучился, – хохотнула я, вставляя ключ в замочную скважину.

– Джой, ты была права.

Голос Чейза насторожил меня, а слова так все едва не выбили почву из-под ног.

– Что? – шепнула я, прикручивая ключ в замке.

– Мы нашли его. Парня, с которым встречались Мириам и Люси.

Холодный пот заструился по спине.

– Не может быть.

– Слушай, сиди дома, ладно. Мы пытаемся его найти. Его недавно видели в твоем районе. Поэтому прошу, не высовывайся из дома, ладно? Я позвоню потом.

– Стой! – крикнула, ощутив, как язык чуть не прилип к небу. – Кто он?

Послышалось тяжелое дыхание Дэрила. Я же вскрикнула, когда из-за угла неожиданно в коридоре появился тот, кого здесь точно не должно было быть.

– Зак? – произнесла, прижимая телефон к уху.

– Лаберт. Закари Лаберт, – тут же сказал Дэрил. – Эй, Джой, откуда ты знаешь?

Глава 17

– Зак? – прошептала, не веря собственным глазам. – Что ты здесь делаешь?

– Давненько не виделись, Джой.

Я сглотнула. Он сделал шаг. Мое сердце внезапно ударило молотом в грудь.

– Давненько… – повторила, пытаясь отыскать смысл брошенной фразы. Мысли в голове заработали ржавыми скрипучими шестеренками. – Но…

– Несколько дней? – проговорил Зак, делая еще один шаг.

По инерции отступила и уперлась спиной в дверь. Я успела ее закрыть. Сердце набирало оборот, уже нещадно молотя в груди, да так больно, что казалось еще чуть-чуть и лопнут ребра, порвется диафрагма и горящие легкие вывалятся из меня, падая под ноги бесформенными мешками.

Зак усмехнулся.

– Да, точно. Несколько дней для тебя равносильно «давно».

Я не могла обмануться его лживой улыбкой.

– Что ты здесь делаешь?

Зак посмотрел на мою руку. Его глаза потемнели и налились кровью. Я шумно сглотнула.

– Джой, сбрось вызов, – отчеканил он и добавил чуть мягче: – Пожалуйста.

Зак гипнотизировал мою ладонь, в которой я все еще сжимала телефон. До уха донесся какой-то гул. Черт! Я украдкой перевела взгляд