Нора Филдинг - Старинный кулон

— У меня королевская парочка, — пошутила Алекс.

Рейчел удивленно заморгала своими длиннющими ресницами, словно с рекламного ролика о чудодейственных свойствах туши, а Алекс потянулась к телефону, чтобы самой все выяснить.

В трубке звучал взволнованный голос миссис Монрибу. Захлебываясь словами, та твердила о каком-то ребенке, детях, колыбели. Алекс уже хотела повесить трубку, а чуть позднее перезвонить подруге и все выяснить, но после громкого вздоха услышала более или менее связную речь:

— О, Алекс, ты малышка, я нашла тебя одну тогда. Я у колыбели стояла, можно сказать. Я вспомнила только сейчас тебя, ребеночка… Плакала… Приезжай немедленно.

У Алекс остановилось дыхание. Она открывала и закрывала рот, но звуки из него не шли.

— Ты не можешь?

— Нет, нет! — закричала Алекс. Голос ее внезапно прорезался и зазвучал так громко, что мог быть слышен и без телефонной связи. — Еду! Немедленно!

Алекс пулей выскочила из кабинета, как будто боялась, что не успеет и такая тонюсенькая связь с ее прошлым оборвется.

Она так торопилась, что добралась до паба задолго до назначенного времени. Он существовал здесь с незапамятных времен. Менялись его владельцы, но традиции оставались прежними. В «Голове короля» все пахло старой доброй Англией: длинная деревянная стойка, низкий потолок, бочки вместо вертящихся табуретов. Посетителей было немного. Алекс заказала себе эль. Вскоре прибежала взбудораженная миссис Монрибу. Через минуту они обе погрузились в события, имевшие место почти четверть века тому назад.

— Я сначала подумала, что соседи завели щенка. В доме перегородки сделали такие тоненькие, что слышен был каждый звук. Не выдержав постоянного скуления, я пошла выяснять отношения с соседями, — рассказывала миссис Монрибу. — Я звонила, звонила, потом, рассердившись, пнула дверь, и она распахнулась. В квартире никого из взрослых не было. Тебя я нашла на кухне. Забившись в стенной шкаф, ты тихо плакала. Я забрала тебя к себе. Ждала, что вот-вот явится твоя мать. Но никто не приходил, и я позвонила в полицию.

— Меня назвали вашим именем?

— Нет! Ты же не разговаривала! Я перечисляла все женские имена, которые мне приходили в голову. Ты никак не реагировала, а при имени «Алекс» вдруг кивнула. Значит, помнила, как тебя зовут, а сказать не могла.

— Нет, я и сейчас не помню. Я абсолютно ничего не помню, что было до приюта, лишь смутно вспоминаю купание.

Миссис Монрибу рассмеялась.

— Ты была невероятно грязной, оборванной. Хотя Шепердс-буш не Челси и Мейфэр, но и не трущобы, и странно, что твоя мать держала тебя в таком состоянии. Пришлось тебя мыть. Что случилось с твоей матерью?

— Не знаю. Мама меня не любила, — грустно сказала Алекс, — ведь, несмотря на свои пагубные привычки, она не рассталась с Диком и смогла его вырастить. Какая она была?

— Подожди, подожди. Что ты говоришь? Кто такой Дик? А твою мать я не видела. Полиция просила позвонить, если она появится в квартире, но она так и не пришла. А потом, знаешь… я уехала, долго жила за границей, а когда вернулась, уже не вспоминала о маленьком найденыше.

— А Дик мой брат!

— Звони ему немедленно! Пусть подъезжает.

Скоро появился взволнованный Дик Салливан. Беседа продолжалась не один час. Дик слушал миссис Монрибу с жгучим любопытством. Он не сомневался, что в судьбе Алекс есть тайна, и он решил докопаться до истины.

7

Восстановительные работы в Кардилайн-хаузе шли полным ходом, но постоянно не хватало денег, и Алекс решила попросить в банке кредит.

Сегодня ее неожиданно пригласили на собеседование. Страшно волнуясь, она поднялась в кабинет мистера Бредфорда и… замерла. В кабинете управляющего, кроме него самого, находились еще люди: трое пожилых членов правления, мистер Майлз и… Клиффорд Уайдлер.

Алекс не была готова к встрече с ним. В смятении она подняла руки к голове, чтобы поправить прическу. Но, вспомнив, что сегодня утром кое-как, наспех заколола волосы, она отдернула руки, поняв, что ничего путного из ее торопливых движений не получится. В следующее мгновение другая мысль огорчила Алекс еще сильнее. Ее костюм… Это было то самое одеяние, в котором она пришла в кабинет Уайдлера, чтобы выслушать предложение стать его «невестой». Зачем она сегодня поддалась желанию надеть на себя что-то, что давно никто на ней не видел? И вот, в полном соответствии с законом подлости, она стоит пред Уайдлером не в элегантном, идущем ей костюме, а одетая как уродина.

Алекс покраснела с досады, что еще больше вывело ее из себя. Ну почему она сталкивается с Уайдлером в самые неподходящие моменты? Последний раз… Боже, последний раз она стояла на четвереньках и демонстрировала Уайдлеру не самое подходящее место, а потом на совещании она смотрела на него так, что слепому было ясно, о чем она думает и что себе представляет. Боже, что же ей теперь делать? Как собраться с силами и общаться с ним, будто ничего не случилось?

Алекс была на грани истерики, когда Майлз поднялся из-за стола, чтобы галантно ее поприветствовать. Как всегда, он совершил поступок, которого она от него не ждала.

— Садитесь, миссис Рич. — Он учтиво подвинул ей стул. — Миссис Рич хочет получить кредит, — продолжил мистер Майлз. — Свое мнение, если вы позволите, я выскажу позже, а сейчас зачитываю приложенные к заявлению документы.

Пока он перечислял все сведения о Кардилайн-хаузе, которые Алекс представила, ее сердце тревожно билось.

Как поступит Уайдлер? — с волнением думала она, забыв даже о том, как неприглядно сегодня выглядит.

Как только мистер Майлз закончил доклад, Клиффорд Уайдлер, растягивая слова, заявил:

— Зачем нам все это обсуждать? Миссис Рич — одна из самых крупных держателей акций банка. Если она хочет деньги под залог своего дома, не вижу причин ей отказывать. Я знаю эту развалюху, она особой ценности не представляет. Процент по кредиту должен быть самым высоким: не идти же нам, бедным акционерам, по миру из-за желания миссис Рич жить как королева и сделать из заброшенного сарая дворец.

— Кардилайн-хауз не сарай! — яростно кинулась в атаку Алекс, как будто Уайдлер, презрительно отозвавшись о Кардилайн-хаузе, оскорбил ее лично.

Клиффорд насмешливо улыбнулся.

— Да бросьте, Алекс. Вы уже забыли, из чьих рук получили Кардилайн-хауз? Моя бабушка не имела привычки выбрасывать лакомые куски из семьи. Вряд ли то умственное затмение, — Клиффорд не спускал с нее насмешливо-презрительного взгляда, — которое вы умело использовали в своих корыстных целях, дорогая Алекс, могло победить деловую хватку, которой покойная миссис Брентон славилась на протяжении многих лет.