Хельга Нортон - Пепел ревности

Кровь отхлынула от ее искаженного болью лица.

– Понимаешь, – лениво продолжал Роберто, – когда я встретил тебя, мне наскучили легкие победы, никто не привлекал меня. Напротив, представительницы прекрасного пола изощрялись, стремясь завоевать и удержать мое внимание. Я чувствовал себя охотником, а мне не приходилось даже прикладывать никаких усилий…

– Я не желаю больше слушать, – с внезапной яростью перебила его Клэр.

– А я хочу высказаться. – Роберто сидел, вальяжно развалившись, за массивным старинным письменным столом и разглядывал ее, чуть опустив ресницы. – И вот однажды я встретил изумительно красивую девушку, которая время от времени очаровательно краснела. А когда она смотрела на меня, мысли и чувства отражались в ее прекрасных глазах. Восхитительная юная барышня отличалась таким целомудрием, что я вдруг ощутил себя настоящим романтиком, чего не происходило по отношению к другим женщинам. Да-да. И не смотри на меня с таким сомнением. Хотя мне исполнилось двадцать четыре года, – с иронией напомнил Роберто, – я не был настолько умен, как хотелось бы думать!

– Да? – Клэр так смутила его насмешка над самим собой, что она изо всех сил сжала кулаки и ногти больно впились в ладони.

– Мужчины всегда мечтают о недосягаемом. Именно в нем заключалась почти вся твоя привлекательность, – мрачно заявил Роберто. – И по мере того, как я узнавал тебя – или верил, что узнаю, – я обнаружил живость, остроумие, искренность, честность – качества не менее важные, чем красота. А факт, что тебя нужно ждать, десятикратно увеличивал мое желание. Раньше такого не происходило. И я терпеливо считал дни, наделяя тебя воображаемыми достоинствами.

Презрение, с которым Роберто раскладывал по полочкам свои чувства, больно ранило Клэр. Он шаг за шагом воскрешал события тех дней, которые жгли душу каленым железом.

– Зачем, черт побери, ты привез меня сюда?! – взволнованно спросила Клэр, подавляя в себе горькое чувство обиды и разочарования.

– У меня появилось непреодолимое желание наказать тебя, и, признаюсь, я получаю сейчас огромное удовлетворение, – безжалостно заявил Роберто.

– Ты тиран… подлый тиран, – в ужасе прошептала Клэр.

Его брови изогнулись.

– Однако ты еще не все услышала. Я хочу, чтобы ты лежала подо мной, задыхаясь от наслаждения, слившись с моим телом в единое целое. Тогда и только тогда я буду полностью удовлетворен, ожидание любовной игры лишь добавляет остроты.

Не раздумывая ни секунды, Клэр влепила ему пощечину. Звук – неестественно громкий – повис в напряженном молчании. Роберто даже не пошевелился. Красный след от пальцев появился на щеке. Он резко поставил Клэр перед собой, заметив испуг, промелькнувший в ее огромных глазах.

– В постели я тебе это припомню, Клэр! Еще ни одна женщина не осмеливалась меня ударить.

– Я тебя ненавижу! – выкрикнула она. – Пусти меня!

– Я хочу узнать правду…

– Да, но придуманная тобой история – чудовищная ложь! – горячо возразила Клэр.

– Однако же Сэм был твоим любовником. Мне стало известно о ваших отношениях еще до того, как мы расстались. Я требую, чтобы ты призналась! – властно заявил Роберто.

– Ради бога, да я никогда не имела любовника! И меня тошнит от тебя, когда ты обращаешься со мной, как с нимфоманкой!

– Как, ты не завела себе любовника? – Темные глаза сочувственно-насмешливо смотрели на нее. – Клэр, неужели ты думаешь, что я поверю твоим сказкам? Зачем притворяться? Разве что-нибудь изменится? Но ложь приводит меня в ярость!

Бесполезно убеждать Роберто. Клэр начала сожалеть о своей откровенности.

– Пожалуйста, пусти меня, – прошептала она.

Роберто убрал руки, и она, еле держась на ногах, отступила на шаг, сердясь на себя за внезапную слабость.

– Конечно, тебе стыдно за любовные утехи с Сэмом. – Горящие глаза Роберто смотрели с презрением. – Правда, немного поздновато.

– Убирайся! – закричала Клэр, чуть не плача. – Ты омерзителен!

– И теперь еще более, потому что ты хочешь меня, правда? – беспощадно продолжал он.

– Да я скорее отправлюсь в постель с… с первым встречным!

– О, не сомневаюсь, ты уже пробовала, – отрезал он. – Доступ к твоему телу неограничен.

Вне себя от гнева, Клэр смело заглянула ему в лицо.

– Отлично! Да и ты не слишком разборчив, верно? – со злостью прошипела Клэр, разочарованная тем, что ей не удается заставить его замолчать. – Ты тешишь себя напрасными надеждами, Роберто. После твоих откровений надо быть душевнобольной, чтобы позволить тебе прикоснуться ко мне.

Роберто шагнул к ней. Она ощетинилась, как дикая кошка, в любой момент готовая к прыжку. Клэр поняла свою ошибку, только упершись спиной в стену.

– Я здесь не останусь! – завопила она в порыве отчаяния.

Роберто приближался к ней. Легкая улыбка играла на его губах.

– А ты куда более забавная, нежели четыре года назад. Тогда только и слышалось «да, Роберто; нет, Роберто; ты прав, Роберто», и я не мог понять, куда девалась твоя живость, – признался он, захватив Клэр в кольцо. – Выглядело впечатляюще. Ты играла по высокой ставке. И хотя не догадывалась, что у меня на уме, преследовала одну цель – свадьбу…

– Черта с два! – Клэр опять пришла в ярость от жестоких обвинений. Ее нервы натянулись до предела – она ощущала неумолимое приближение его тела. – Отойди от меня!

– А разве ты этого хочешь? – Роберто опустил голову и приблизился. Его сверкающие глаза сверлили ее пылающее лицо.

Клэр застыла как загипнотизированная. Ее дыхание замерло во внезапно сжавшемся горле.

– Всем своим существом ты жаждешь полностью отдаться мне, так же как я желаю овладеть тобой…

6

У Клэр мурашки побежали по коже от завораживающей хрипотцы его низкого глубокого голоса. Знакомый терпкий запах обволакивал ее, настойчиво дразня обоняние. Крепкие уверенные руки легли ей на ее бедра и притянули ее тело. Сердце Клэр бешено заколотилось. Пульсирующие сильные толчки возле живота лишь подтверждали, как велико его возбуждение. В следующее мгновение Роберто поднял ее на руки словно пушинку. Такая легкость – признак немалой мощи – даже развеселила Клэр. Она смотрела на него сверху вниз, и непрошеные слезы подступали к горлу, безжалостно разрушая слой притворства и самообмана, который кирпичик за кирпичиком складывала ее гордость.

Неожиданная боль пронзила все существо Клэр, пугая осознанием собственной уязвимости. Еще ни один мужчина не привлекал ее так, как Роберто. Темными ночами в глубине самых сокровенных мыслей ее влекло к нему с неугасимой страстью, и она презирала себя за предательскую тоску. Сейчас пожирающее расплавленное золото глаз зажигало в ней пламя желания.