Лора Энтони - Надежная опора

  Клей снял ботинки и вытянул ноги.

  — Внешность — вещь ненадежная. На нее не стоит полагаться.

  — А на медицину можно?

  — Разумеется. Больные будут всегда. — Она чуть помолчала. — Конечно, мне бы следовало сказать, что я люблю лечить людей. И это действительно так, но я стала доктором не поэтому.

  — Тогда почему же?

  — Чтобы обеспечить свое существование.

  Клей сжался. Неужели его первое предположение оправдывается? Может быть, доктор Звери хитрее, чем он думал. Может, она уже знает, кто он на самом деле, и ее влечение к нему всего лишь притворство. Ведь доктор Эдвард Беннет бедняк по сравнению с ним.

  — Я знаю, это выглядит меркантильно, но это правда. К счастью, я полюбила медицину.

  — А деньги действительно так важны для вас? — мягко спросил Клей, с ужасом ожидая ответа.

  — Я всегда считала, что деньги важнее всего. Но сейчас поняла, что это не так. Что по-настоящему важно — это стабильность. У меня было тяжелое детство. Отец вечно строил планы быстрого обогащения, и, конечно же, они лопались, как мыльные пузыри. А мы становились все беднее и беднее.

  Клей отхлебнул апельсинового сока и ожидал продолжения. За считанные минуты его мнение о Тоби Эвери решительно изменилось. Она прошла через суровое испытание, пережила физическую и духовную униженность.

  — У матери не было никакой специальности. Когда мы в очередной раз оказывались на мели, она бралась за любую работу. Обслуживала столики в забегаловках, убиралась в чужих домах...

  Взгляд у Тоби стал отрешенным, будто она смотрела в свое прошлое.

  — Какое-то время нам даже пришлось жить в палатке. У отца никогда не было настоящей работы, и он постоянно твердил, что однажды мы разбогатеем.

  Клей и представить себе не мог того, что ей пришлось вытерпеть. Он-то имел все, что может предоставить жизнь, а бедная маленькая Тоби влачила существование в ужасающей нищете. Хорошо, что ее отца уже нет. Клею не терпелось с ним посчитаться.

  — Я полагаю, он так и не нашел свой горшок с золотом.

  Тоби помотала головой.

  — Когда мне было пятнадцать лет, у него случился сердечный приступ, и он умер. У нас с мамой не осталось ничего, кроме долгов за похороны. Мы вынуждены были жить на пособие. И тогда я поклялась, что никогда не упаду столь низко, чего бы мне это ни стоило.

  Рассказывая, Тоби съежилась, как испуганный ребенок. Плечи ее опустились, голова поникла. Клей пробормотал что-то утешительное, но она продолжила:

  — Я упорно училась, а медицинский колледж выбрала потому, что медики неплохо зарабатывают. Я тоже поклялась, что ни один из моих детей не будет так страдать, как я в детстве.

  Клей содрогнулся, представляя, как маленькая упорная Тоби пробивает себе дорогу в жизни.

  — Именно это привлекло вас к вашему жениху? Его возможность обеспечить вам благополучную жизнь?

  Тоби вздохнула.

  — Я никогда этого не осознавала до вчерашнего дня. Но — да, вероятно, это так. Эдвард был всем тем, чем не был мой отец. Преуспевающий, ответственный, человек слова.

  — Так почему же вы порвали с ним?

  — Он не хочет детей. Когда я увидела вас с Молли и как вы нежны с ней, я поняла, что не смогу выйти замуж за человека, который не хочет иметь детей.

  — Вы любили Эдварда? — шепнул Клей, затаив дыхание.

  — Любила? — Тоби хохотнула. — Как говорит Тина Тернер: при чем тут любовь?

  — Как при чем? При всем. — Клей с удивлением уставился на нее. — Ведь предполагается, что именно потому люди и женятся.

  — Мои родители безумно любили друг друга, и к чему это привело? Мать обожала отца и принимала все, что он ей предлагал. Каждый раз, когда он приходил с новым проектом, она на все закрывала глаза и фактически вдохновляла его!

  — Когда любишь, то веришь любимому человеку.

  — Даже если у него раз за разом ничего не получается? — фыркнула Тоби. — Я так не думаю.

  — Значит, вы до сих пор полагаете, что ключ к хорошим отношениям заключается в деньгах?

  — Нет. Мне никогда не хотелось богатства как такового. Правда. Мне лишь хотелось, чтобы отец каждый день ходил на работу и приносил домой еду. Хотелось жить в простеньком домике и завести друзей, чтобы никогда бы не быть одинокой, голодной и бездомной.

  По щеке у нее скатилась слеза.

  — Ну-ну. Теперь все хорошо. Вы стали врачом, и у вас есть где жить и что есть.

  — Но у меня нет своей семьи, — вздохнула Тоби. — Только я и мама.

  — Подождите. В конце концов вы получите и это.

  — Я не собиралась выкладывать вам свои заботы. Уверена, вам тоже нелегко приходится.

  — Все в порядке. Вы всегда можете поплакать у меня на плече.

  Клей прижал ее к своей груди. Как он жил без нее эти тридцать лет?

  — Вы меня многому научили, Клей.

  — Я? Чему же?

  — Что стабильность и надежность имеют и другие источники. Не только деньги. Ваше отношение к Молли показало мне это. Вы благородный человек, Клей Бартон.

  Клея кольнула совесть. Он не знал, как ответить. Ведь он изображал бедняка, чтобы вызвать ее сочувствие и уговорить помочь с Молли. Как теперь сказать ей правду? Что он богат, как ей и не снилось? Что он вовсе не благородный человек? Что он ей лгал?

  Перед ним появилась дилемма. Если он сознается в обмане, то рискует оттолкнуть ее, а с другой стороны — как продолжать лгать дальше при подобных обстоятельствах?

  — Расскажите мне о своем детстве, Клей. Почему вы не женаты и не обзавелись кучей детишек?

  — Я одержим усовершенствованием своего преобразователя, — честно ответил Клей. По крайней мере так было, пока он не встретил Тоби. — Было бы нечестно завести семью и затем бросить ее ради своего изобретения.

  — Очень разумно. Не надо заводить детей, пока не готов отказаться ради них от всего.

  — Вы когда-нибудь станете идеальной матерью, Тоби.

  Тоби засветилась от радости.

  — Вы так действительно думаете?

  — Уверен.

  — Вы все еще не рассказали мне о своем детстве.

  Тоби положила голову ему на плечо и смотрела на него, такая невинная, такая доверчивая.

  — Энн — ваша единственная сестра? Кто ваши родители? Где вы росли?

  Разговор снова приобретал опасный оборот. Надо было отвлечь ее внимание.

  — Смотрите-ка, началась мультяшка Кэрри Гранта.

  — Да Бог с ней. У нас такой интересный разговор.

  У Клея запершило в горле.

  — Сейчас вернусь, только выйду на минуту в ванную.

  Ему очень не хотелось разрушать начавшие складываться отношения, но если он сейчас не уйдет, то обязательно поцелует ее. А поцелуи могут завести далеко. И так уже в нем пылает огонь.