Дженни Лукас - Мщение или любовь?

Как только Анна закрыла дверь своей спальни, Натали обратилась к ней:

– Ты вернулась к нему? И это после всего, что он причинил тебе и нашему отцу?

– Натали, что касается – нашего отца… Я только недавно выяснила, что заблуждалась сама и ввела в заблуждение тебя.

– Не понимаю… – На лице Натали появилось растерянное выражение.

– У Никоса не было выбора. Он только сделал то, что на его месте сделал бы любой, обнаружив, что… его добротой злоупотребляют.

– Странно. Если Никос вдруг оказывается не таким уж плохим, тогда, почему ты выходишь замуж и уезжаешь в Россию?

Теперь пришла очередь Анны изумленно спросить:

– О чем ты говоришь?

– Ты не знаешь, что выходишь замуж? – Натали хрипло засмеялась. – Нет, конечно же, откуда! Я устала звонить тебе и отправлять сообщения одно за другим… Сегодня утром наша мать продала Виктору особняк прабабушки почти за бесценок, но в счет частичного погашения нашего долга – два миллиона. Двести тысяч, которые он дал матери, она уже потратила. На одежду. На месте этого особняка он планирует построить современный дворец. Для тебя.

– Для меня? – ничего не понимая, переспросила Анна.

– Какая же я была идиотка, влюбившись в Витю, – словно не слыша ее, продолжала Натали. – Вчера я прилетала в Вегас, чтобы просить его не разрушать особняк. Он рассмеялся мне в лицо и сказал, что у его жены должно быть все только самое лучшее.

– Это чепуха! – Анна несколько оправилась от первоначального шока. – Я видела его только однажды и то несколько минут. Никакого предложения он мне не делал.

– Может, потому, что считает это обычной формальностью? У него есть причины так думать?

– Никаких! Я и поехала-то к нему только затем, чтобы заставить Никоса оформить совместное опекунство над Мишей и стать свободной. Сейчас я никуда не могу уехать.

В глазах Натали появилось недоверие.

– Ты обратилась к Виктору за помощью? Когда я пришла к нему в клуб, то вдруг поняла, что он совсем не такой, как я привыкла о нем думать. Вчера с меня спали розовые очки, и я увидела его в новом свете. Он не наш друг. Друзья не дают в долг под огромные проценты, зная, что мы никогда не сможем вернуть таких денег, а потом вдруг отказываются от них, чтобы заполучить желаемое. И почему я не подумала об этом раньше? Иначе, зачем он стал бы одалживать матери деньги каждый раз, когда она его об этом просит? Он ведь знает, что нам нечем платить.

– Я что-нибудь придумаю. – Анна внезапно почувствовала усталость. – Как только получу подпись Никоса на документе об опеке, я собираюсь в Нью-Йорк, чтобы подыскать работу.

– Ты думаешь, что Виктор примет от тебя деньги? – Натали покачала головой. – После того как я поняла, чего он добивается, мне в это не слишком верится. Не можешь же ты быть такой же легковерной и наивной, как наша мать. Она берет у него деньги со спокойной уверенностью будущей родственницы. А ты, как обычно, будешь готова пожертвовать собой ради нее.

– Мы не можем знать об этом наверняка, – сказала Анна, не очень веря в свои слова.

– Не можем? Ха! Не пора бы тебе повзрослеть? Всю свою жизнь я считала свою старшую сестренку, чуть ли не святой. Ты все делала для нас, даже если сама страдала от этого. Кто настоял на том, чтобы я получила художественное образование, когда я решила окончить бухгалтерские курсы?

– Но ты всегда любила рисовать!

– И люблю. Но реставратор не такая оплачиваемая работа, как бухгалтер. А я ведь хотела помочь… Но нет, в нашей семье только тебе позволяется жертвовать собой ради других!

– Я думала, что так будет лучше для тебя! – Анна не понимала, откуда возник этот спор на ровном месте. Они ведь всегда ладили!

– Каждый раз, когда ты делаешь что-то для нас, бывает только хуже. – Натали распалялась все больше. – А знаешь почему? Потому что ты в своей жизни разобраться не можешь. Пример? Пожалуйста. Вместо того чтобы прямо отшить Виктора, ты сбежала от него к Никосу, затем родила ребенка от Никоса и снова сбежала. Ты думаешь, что решаешь чужие проблемы, но это не так. А стоит какой-нибудь проблеме возникнуть в твоей жизни, ты сразу сбегаешь.

– Натали! – потрясенно сказала Анна, но ее сестра была непреклонна.

– Мне жаль тебе все это говорить, но это так. Ты ведь хочешь быть сильной, да? Тогда перестань без конца сбегать от своих проблем. Реши вопрос с Виктором, разберись в своих отношениях с Никосом и перестань считать, будто все, что ни делаешь, ты делаешь для нашего блага!

Натали резко развернулась и направилась к двери. Анна осталась одна, не в силах поверить тому, что услышала. И от кого? От сестры, на которую она привыкла рассчитывать, как на себя.

Слова Натали еще звучали в ушах, а ее уже охватило сомнение. Неужели Натали права? Можно было отшить Виктора уже тогда, когда он только начал ее домогаться. Но Анна не обращала на это внимания, а в итоге, когда Виктор уже не давал ей прохода, предпочла уйти к Никосу. И что? Она влюбилась в Никоса, зная о его недостатках, и – пожалуйста, прыгнула к нему в постель. О чем она вообще думала?

Не находя себе места, Анна зашла в детскую, взяла сына на руки и села в кресло-качалку. Ее взгляд блуждал по комнате, пока не наткнулся на бассейн за окном. Неужели всего несколько минут назад ей казалось, будто у нее есть любимая семья?

Анна с любовью посмотрела на маленькое личико и поняла, что, как бы ей ни хотелось уехать в Нью-Йорк, она этого не сделает. Ради Миши. У него должен быть отец, и не важно, что отношения между его родителями запутались до такой степени, что лучше все оставить как есть, чем пытаться их разрешить.

Она останется, но жить с Никосом не будет-найдет себе другое место, работу и начнет новую жизнь.

Но может, попытаться убедить Никоса, что она и есть та самая подходящая кандидатура на место его секретаря? Он ведь сам высоко отзывался о ее профессиональных качествах. Плюсы такой работы налицо. Во-первых, они могут устроить так, чтобы Миша всегда был рядом с ними. Во-вторых, она знает свою работу от «а» до «я», любит ее и, что самое главное, вряд ли в другой компании ей будут платить столько, сколько Никос. Конечно, видеть его каждый день будет нелегко, не говоря уже о женщинах, которые могут появиться в его жизни, но она справится.

Ну что ж, план на ближайшее будущее разработан. Осталась самая малость: убедить Никоса взять ее секретаршей и доказать ему, что современной женщине по силам и работать, и заниматься воспитанием ребенка. И умирать от непосильного труда она не собирается.

– Что с этой не так? – раздраженно вопросил Никос.

– Если ты не заметил, Кармен Ортега тридцать лет работала в компаниях, принадлежащих нескольким акционерам. Разве не понятно, что в ее возрасте ей будет трудно приспособиться к подчинению только одному человеку?