Сандра Мартон - Невеста сказала «нет»

– Благодарю! – Лорел запустила обе руки в свою шевелюру и откинула ее назад. Кожа казалась липкой и холодной, и, хотя теперь ее желудок был абсолютно пуст, она все равно чувствовала себя как на корабле в качку. – Слушай, Сьюз…

– И тогда она пошла к врачу.

– Я не собираюсь идти к врачу. Просто полежу пару дней…

– Оказалось, что она беременна, – тихо сказала Сюзи, не отрывая взгляда от лица Лорел.

– Беременна! – засмеялась Лорел. – Глупости, я не…

О, Господи! Пол ушел у нее из-под ног.

Беременна? Нет. Невозможно. Или… Когда у нее в последний раз были месячные? Она не могла вспомнить. До или после ночи с Дэмианом?

Она опустилась на кровать, внезапно почувствовав себя усталой и опустошенной. Той ночью все произошло так быстро! Пользовался ли Дэмиан презервативом? Насколько она помнила – нет. И она сама тоже ничего не принимала. Зачем пить таблетки, если секс занимает одно из последних мест в ее жизни? Лорел знала, что некоторые женщины сами таскают презервативы в сумочках, но она не из их числа. Нужно быть женщиной определенного склада, чтобы прыгнуть в постель мужчины быстрее, чем он снимет шляпу. А она никогда… никогда…

Из горла ее вырвался слабый звук. Лорел взглянула на полное вопросов лицо Сюзи и принужденно засмеялась.

– Невозможно! – сказала она. – Как я могла забеременеть?

– Ну, вообще-то способ особенно не изменился за последнее столетие.

– Да, но всего одна ночь…

Одна ночь. Одна бесконечная ночь…

– Тебе нужно сходить к врачу, – мягко сказала Сюзи.

– Нет, – прошептала Лорел. Она подняла голову и посмотрела на Сюзи. – Нет, – сказала она уже более уверенно. – Я не беременна. Это просто простуда, и все.

– Я уверена, так оно и есть, – фальшиво улыбаясь, сказала Сюзи. – Но чем ты рискуешь? Проверься и успокойся.

Лорел поднялась с кровати.

– Ну ладно, завтра я весь день проваляюсь в постели. Приму аспирин и выпью десять литров воды, а если не почувствую себя лучше к понедельнику или ко вторнику, то позвоню своему врачу.

– Гинекологу.

– Сюзи, в самом деле. – Лорел обняла подругу за плечи, и они вместе пошли в прихожую. – Уйми свое воображение, и я сделаю то же самое. И, пожалуйста, извинись за меня перед Джорджем, что я не смогу принять его приглашение на ужин.

– Ты меня вышвыриваешь?

– Ну, – сказала Лорел с наигранной веселостью, – если хочешь еще послушать, как меня будет выворачивать наизнанку, то можешь остаться. Не волнуйся, у меня все в порядке. Я вовсе не беременна. Поверь мне…

Она улыбалась, пока за подругой не закрылась дверь, оставляя ее в спасительном одиночестве. Согнав с лица улыбку, Лорел бессильно прислонилась спиной к двери и сползла на пол, крепко зажмурившись.

– Уже четыре недели, – сказала доктор Глассман, когда через несколько часов Лорел сидела напротив нее в солнечном, заполненном комнатными растениями кабинете.

– Я очень рада, что мы в последнюю минуту смогли раздвинуть график и принять тебя сегодня. – Доктор улыбнулась. – И я очень рада, что так уверенно могу поставить диагноз. У тебя будет ребенок. Ты вышла замуж за тот год, что мы не виделись? – Улыбка все еще сияла на лице пожилой врачихи. – Или решила по нынешней моде обойтись без мужа?

Лорел облизнула губы.

– Я… я не замужем.

– Но я надеюсь, ты простишь меня, если я посоветую включить отца в жизнь малыша – или малышки – как можно скорее, – доктор мягко усмехнулась. – Я знаю, что многие сочтут меня ретроградкой, но детям по возможности нужны оба родителя. И мать и отец. Ну что ж, если у тебя нет больше ко мне никаких вопросов, то на сегодня, пожалуй, все. – Она взяла со стола карточку, что-то на ней написала и передала Лорел. – Позвони мне во вторник, и я скажу тебе о результатах лабораторных анализов. У тебя прекрасное здоровье, моя дорогая, можно не сомневаться, что ребеночек родится в срок и здоровеньким.

Доктор Глассман поднялась со стула и улыбнулась. Лорел встала тоже, но улыбкой ответить ей не смогла.

– Лорел! – Доктор Глассман снова уселась за стол и посмотрела поверх оправы очков. – Конечно, – сказала она мягко, – если это не входит в твои планы….

– Вы говорите, четыре недели?

– Да, около четырех.

– И… и все идет хорошо?

– Абсолютно.

– Значит, если я решусь… То есть если я…

– Дорогая, у тебя есть еще неделя для того, чтобы все обдумать.

Лорел кивнула и встала. Ей вдруг показалось, что за несколько минут она постарела на сто лет.

– Спасибо, доктор.

Гинеколог тоже встала из-за своего стола. Она подошла ближе к Лорел и слегка обняла ее за плечи.

– Я знаю, это очень трудное решение, – сказала она. – Если ты захочешь поговорить со мной или посоветоваться, то я всегда к твоим услугам.

Ребенок, подумала Лорел, спускаясь на лифте вниз. Ее ребенок. Ее и Дэмиана.

Дети должны быть зачаты в настоящей любви, а не в безумной страсти. Сейчас, в беспощадном свете дня, ей вдруг ясно представилось, что же она наделала. За такое можно возненавидеть себя.

Но по ночам, в лунном свете и темных тенях, ей снился Дэмиан, и она просыпалась среди смятых простынь, с памятью о его поцелуях, еще горевших на ее губах.

Лорел мысленно отругала себя: хватит! Пора принимать решения, хотя одно уже практически принято: в ее жизни нет места ребенку. Ее квартира слишком маленькая. Ее жизнь еще не устроена, карьера идет под откос, а будущее неясно. И самое главное, доктор Глассман права: хотя бы начало жизни ребенок должен провести вместе с отцом и матерью.

Двери лифта разъехались, и она вышла в вестибюль. Ее высокие каблуки громко стучали по мраморным плитам пола, когда она шла к выходу из здания.

Ребенок. Мягкий, невинный, со сладким запахом, сверточек улыбок и гуканья. Ребенок, нуждающийся в ее любви. Ребенок, согревающий сердце и дающий жизни цель. Горло сжало спазмой. Часть Дэмиана, которая останется с ней навсегда.

Лорел вышла на улицу, и ветер растрепал ей волосы. Бумажки от жевательной резинки и оторванная страница от «Нью-Йорк таймс» закружились у ее ног, как мини-торнадо.

Какой смысл так себя мучить? Она не собирается рожать его ребенка. Она же решила. На то имеются вполне уважительные и логичные причины, ведь…

– Лорел!

Сердце гулко ухнуло. Она тут же узнала этот голос: за последние несколько мучительных недель она слышала его во сне тысячи раз.

– Лорел!

О Господи, подумала она, повернулась к бордюру тротуара и увидела, как он выходит из того же самого черного лимузина, который месяц назад вез ее в блаженство. Ей вдруг показалось, что ветер усилился. Перед глазами все поплыло, и она пошатнулась.

И вдруг начала падать, падать, и только руки Дэмиана могли спасти ее.