Подруга мужа увела - Татьяна Михаль

Поехать? – вдруг предложил Руслан, очевидно, желая меня совсем избавить от забот моей рухнувшей жизни.

Я посмотрела на него внимательно, стараясь найти в его спокойных глазах ответ, которого не могла найти в своём сердце.

– Неужели тебе несложно? – задала вопрос. С момента как он нашёл меня, спас, Руслан всё время рядом, поддерживает меня, как настоящий друг, даже больше, чем друг.

Он вздохнул, и в его взгляде мелькнула тень усталости и понимания, как будто он сам проживал эту боль вместе со мной.

– Нет, несложно, Ира, – произнёс он уверенно.

– Если правда несложно, Руслан, я буду благодарна. И… я хотела бы поехать с тобой, – проговорила я, чувствуя, как мои руки невольно касаются его рук. Он взял мои ладони в свои и мягко сжал их, заряжая своей уверенностью и поддержкой. – Хочу ещё раз увидеть их. Эта парочка предателей… Хочу увидеть их глаза… Понимаешь?

Руслан кивнул, и в его глазах блеснуло что-то, будто он прекрасно знал, что я чувствовала. Как будто он понимал, как тяжело мне будет.

Он вдруг поднял мою руку и поцеловал кончики пальцев, вызывая дрожь по всему телу.

Я даже на миг забыла об Артёме и Регине. Обо всём забыла.

– Договорились, с утра поедем вместе, – его голос был как тихий, но твёрдый якорь в буре моих эмоций. – Главное, чтобы ты не нервничала. Ангина в самом разгаре, да и ногу не стоит напрягать лишний раз.

Я кивнула, притворяясь, что соглашаюсь, хотя знала, что совсем не умею не нервничать, когда дело касается предательства. Но Руслан был рядом, и это внушало очень большую надежду, что всё пройдёт хорошо, и я не закачу истерику.

– Всё будет хорошо, пока ты рядом, – сказала я искренне, глядя в его умные глаза. – Руслан… ты – единственный луч света в этом вихре измен и болезненных открытий.

Мужчина улыбнулся, его улыбка согрела комнату больше, чем закатное солнце за окном.

Отчего-то я знала, что с ним я выдержу эту встречу, да и вообще, всё что угодно. Хоть конец света.

* * *

Я аккуратно поставила костыль на крыльцо, шумно выдохнула – боль в лодыжке всё ещё напоминала о себе, хоть и не с такой ядрёной яростью, как в первые дни.

Руслан стоял у машины, придерживал дверцу, как настоящий джентльмен.

В своём сером свитере и с лёгкой щетиной он выглядел так, будто только что сошёл со страницы обложки женского романа. Только без пафоса.

– Осторожно, звезда ковыряльного балета, не упади, – усмехнулся он, глядя, как я с достоинством коровы на льду уровня ковыляю к машине. – Может, всё-таки помочь тебе? Взять на руки?

– Возьмёшь, когда женишься на мне, – буркнула я хрипло и в шутку, устроившись на пассажирском сиденье с видом победительницы. Хотя это действие далось мне с трудом. Ангина сегодня драла мне горло пуще прежнего. Мне бы в постельке остаться… Но нет, надо завершить дело.

– Ты замужем, – хмуро напомнил мне Руслан, когда сел за руль.

Я состроила рожу и тоже напомнила ему:

– Уже недолго осталось.

С заднего сиденья фыркнула Зайка. Она устраивалась так, будто собиралась наблюдать за всем происходящим с позиции опытного психотерапевта.

– Зайка явно в теме, – сказала я, бросив взгляд в зеркало. – Она тоже хочет посмотреть, как я врежу Артёму костылём точно в пах, а у Регины вырву все её волосы. Или хотя бы клок волос.

Руслан скосил на мня взгляд, но промолчал. Он завёл двигатель, и мы тронулись.

За окном проплывали сосны, как мысли в моей голове – быстрые, беспорядочные, местами ядовитые.

– Ты уверена, что хочешь подняться в квартиру? – спросил он спустя минуту тишины. – Я могу сам подняться и забрать твои вещи.

– Уверена. И не думай, что я останусь в тачке.

Я гневно раздула ноздри и стиснула зубы, сжала пальцы на костыле. Внутри клокотала смесь ярости, обиды и… нет, не надежды – скорее желания закрыть этот чёртов сериал нелепости и разочарования под названием: «Муж, бывшая лучшая подруга. И я в изгнании».

– Хочу посмотреть им в глаза. Хочу, чтобы им стало так же неловко, как и мне, когда я увидела их, когда убегала из собственного дома… Забыв на миг, что это мой дом.

– То есть ты хочешь драки?

– Да, желательно жесткой. Артёма костылём отделаю. И волосы Регине выдеру. Всё будет быстро. Они останутся живы, но зато я получу, хоть какое-то удовлетворение.

Руслан тихо хмыкнул.

– Всё, что ни делается – всё к лучшему, Ир. Давай без драк и истерик? Всё-таки ты не похожа на халду и истеричку. Ты – галерист. Интеллигентная женщина, которая умеет решать любые вопросы красиво и без лишних ругательных слов.

– Боже, ты сейчас звучишь как проповедник, – фыркнула я. – Или как моя покойная бабушка, когда сгорел её дачный туалет, и она сказала: «Всё, что ни делается – всё к лучшему. Зато теперь есть шикарное место для теплицы».

– Может, бабушка знала толк в катарсисе? – произнёс он, не отводя глаз от дороги. – К тому же ты знаешь, что всё не просто так. Твоя подру… бывшая подруга беременная. А ты нападёшь на неё. Нехорошо, Ира. Ещё и дело заведут.

Я вздохнула. С раздражением.

– Конечно. Регина беременная, Артём без совести, а я по их вине с костылём, ангиной, депрессией, без дома и почти без работы. Класс. Прямо идеальная сюжетная арка.

Руслан рассмеялся. И я поддержала его смех.

Впервые за долгое время смех не звучал, как попытка спрятать свою растерянность и боль. А как факт – мы живы, едем, и впереди не просто квартира, где меня предали, а сцена, где я, возможно, окончательно распрощаюсь со своей наивной прошлой версией.

– А если я всё-таки ударю его? Ну, слегка? Символически… Как бы случайно… Что скажешь? – спросила я Руслана.

– Только если не выбьешь ему челюсть и не сломаешь рёбра, – сказал Руслан и подмигнул.

Зайка издала забавный звук – то ли скулёж, то ли подтверждение, что она на моей стороне.

* * *

Руслан помог мне выйти из машины, Зайка, вывалив розовый язык, посеменила за нами, как невольный свидетель семейных драм.

Подъезд выглядел таким же стильным, чистым, как и всегда. Лифт поехал на мой этаж медленно, с таким же энтузиазмом, как и