Эмеральд Бакли - Снова влюблена?

– Перестань! Я приехал сюда работать, а если бы пожелал развлечься, ты бы об этом и не узнала. Черт возьми, Конни, знай я тебя хуже, подумал бы, что ты ревнуешь! Мне надо…

Он еще что-то говорил, но Констанс уже не слушала. Она видела, как шевелятся его губы, видела порозовевшее от злости лицо, слышала какие-то звуки, но ничего не понимала. Брайан идет на свидание с Андреа, а она ведет себя, как ревнивая невеста. Какой стыд.

– …обязательно поговорить с Кенвудом. Ты согласна? – Брайан смотрел на нее, ожидая ответа.

Он ничего не заметил! Невероятно! Она едва не умерла прямо здесь, в кресле, с этим дурацким бокалом с не менее дурацким дайкири, а он ничего не заметил! Воистину, для мужчин нет слаще музыки, чем звук собственного голоса.

– Ты прав. – Констанс снова посмотрела на часы. – Извини, но мне пора. Надо еще привести себя в порядок и…

– Ты и так выглядишь прекрасно, – выпалил он и тут же прикусил язык.

– Спасибо за комплимент. – Комплимент! Впервые за три с лишним года знакомства. И все же прогресс налицо. При сохранении таких темпов у нее есть надежда услышать признание в любви где-нибудь к семидесяти годам! – Но не могу же я пойти в таком виде. Вряд ли кому-то доставит удовольствие иметь дело с ненакрашенной неряхой в халате!

Он мог бы ей возразить, но зачем? Она уходила на свидание с человеком, перед которым нельзя появиться ненакрашенной и в халате. А перед ним можно.

– Ладно. Мне, пожалуй, тоже пора. Может быть, вечером еще увидимся. Как насчет ужина?

Брайан поднялся. Надо уходить, иначе он просто набросится на Констанс. Уйти, а потом уже действовать по испытанной схеме. Шаг первый – отсечь возможных соперников. Шаг второй – завоевать ее уважение, продемонстрировав интеллект и профессиональную состоятельность – в данном случае успешно заключить сделку. И, наконец, шаг третий. Брайан сглотнул собравшуюся во рту слюну. Третий шаг всегда был для него самым легким: уж что-что, а пробуждать в женщинах желание он умел.

– Может быть.

Через полчаса Констанс уже звонила в знакомую дверь. Как и накануне, открыл Шон.

– Копни, дорогая, мы уходим, – сообщила встретившая ее в прихожей Сибилла.

– Уходим? Куда?

– За покупками.

– Но… Ведь уже поздно. Все закрыто, – запротестовала Констанс. – К тому же мне ничего не надо, у меня есть все необходимое.

– Я знаю, что у вас есть. Ваше белье годится разве, что для старой девы. А посмотрите на вашу обувь. Что это?

С обувью действительно получилось не очень хорошо. Кроме туфель, у которых сломался каблук, Констанс захватила босоножки, купленные два года назад. Вид у них был такой, словно они лет десять пылились на каком-то складе, но не выбрасывать же!

– Мы пойдем в магазин, который открыт специально для нас. Там есть почти все. Не будем терять, времени. – Сибилла решительно взяла гостью под руку. – Через полтора часа у меня другой клиент.

Шон уже ждал их в синем «остине».

– Но у меня нет с собой денег, – выложила последний довод Констанс.

– У меня есть, – не дрогнула Сибилла. – Вернете потом. Зато уже завтра ваш друг не захочет встречаться ни с кем, кроме вас. Веский аргумент?

Еще бы!

– А теперь скажите, сдвиги есть? – не отставала Сибилла.

– Не знаю… – с сомнением протянула Констанс, припоминая некоторые моменты, когда поведение Брайана показалось ей не совсем обычным. – Знаете, вчера он облил горчицей мою сиреневую блузку. Глупый, мальчишеский поступок.

Сибилла громко хмыкнула.

– Дорогая, тут и думать нечего. Не бывает глупых поступков. Надо лишь установить логическую связь между видимым и невидимым, то есть между поступком и мотивом. Если вы немножко подумаете, то поймете, чего именно подсознательно желал ваш Брайан, когда обливал вас горчицей. Это совсем не трудно.

Констанс открыла было рот, собираясь изложить первую пришедшую в голову версию, но в этот момент Шон остановил машину.

– Приехали! – бодро сообщила Сибилла. – Итак, нам нужны две пары обуви, белье и… Ладно, там посмотрим.

Констанс промолчала. Она уже подсчитывала, во что обойдется этот внезапный набег на магазин, и решала, стоит ли Брайан таких затрат.

– Сибилла! Как я рада тебя видеть! – Пухлая женщина вышла им навстречу, раскинув руки так широко, словно намеревалась обнять не только Сибиллу, но и ее спутницу. – Давненько ты к нам не заглядывала. Что-то срочное?

– Да, Люси. Нам нужно сразить одного молодого человека. Две пары обуви, белье, платье для вечера и что-нибудь особенное..

При слове «платье» Констанс вздрогнула и наклонилась к Сибилле.

– Послушайте, я неплохо зарабатываю, но на платье денег у меня нет. Вы ставите меня в неловкое положение.

– Вот что, дорогая, о деньгах поговорим потом. – Сибилла повернулась к хозяйке магазина. – И, разумеется, косметика.

Констанс застонала.

В следующие четверть часа Констанс только успевала снимать одно и надевать другое. Блузки и юбки, топы и брюки, туфли и босоножки, шарфики и сумочки – все это летало вокруг нее, вызывая то восхищенные восклицания, то одобрительные взгляды, то вздохи разочарования.

– А давайте попробуем клеш, – задумчиво произнесла Люси после того, как Констанс с трудом стащила с себя узкие вельветовые брючки. – Рост позволяет…

– Клеш? – с ужасом переспросила Констанс, но ее уже никто не слушал.

Через пять минут она взглянула на себя в зеркало, и протестующий возглас замер на губах.

– Ну что? – спросила Люси тоном человека, только что открывшего рецепт всеобщего счастья. – По-моему, неплохо, а?

– То что надо, – согласилась с ней Сибилла. – Но к ним нам нужна жилетка с блузкой и…

– И что-то на очень высоком каблуке.

Еще через пять минут Констанс с трудом узнала себя в сексуальной красотке, смотревшей на нее из зеркала. Голубые расклешенные брюки, серебристая блузка с украшенным вышивкой воротничком, изумрудно-зеленая жилетка и в тон ей полуоткрытые туфельки на невероятно высоком каблуке.

Несколько секунд Констанс не спускала с незнакомки взгляд, потом вдруг тряхнула головой и рассмеялась.

– Меня же никто не узнает!

– Оставь это все на себе, дорогая, – сказала Сибилла. – К одежде надо привыкнуть. Люси протянула Констанс пакет.

– Здесь белье. Уверена, вам понравится, дорогая.

Поблагодарив хозяйку магазина, Констанс и Сибилла вернулись к машине.

– Чудеса! – восхищенно прокомментировал Шон.

Сибилла покачала головой.

– Чудеса не по моей части.

Констанс, успевшая к этому времени произвести несложную арифметическую операцию, тяжело вздохнула.

– Сибилла, я расплачусь с вами завтра, если только вы согласны подождать.