Элизабет Эштон - Взмахни белым крылом

– Бык всегда кидается на то, что движется, – проговорил Сезар прерывающимся голосом. – Именно на этом и основан бой быков.

– Знаете, сейчас мне даже немного жалко этих ваших тореро, – смущенно призналась Кэтрин.

– Не стоит. Все они просто мясники.

Пораженная в самое сердце тем, что его мнение настолько совпадает с ее собственным, она вскинула на него удивленные глаза.

– Только не вздумайте передать мои слова дону Сальвадору, – усмехнувшись, предупредил Сезар. – Он придет в ярость, если узнает.

– Вы хотите сказать... он накажет бедного Хайме?

Темные глаза молодого человека полыхнули гневом.

– Маленького негодника стоило бы высечь розгами!

– Но ведь он и так уже наказан. Подвернул ногу. Хотите, я сама поговорю с доном Сальвадором?

Сезар остановился как вкопанный и недоверчиво посмотрел ей в глаза:

– Что? Вы осмелитесь?

– Конечно. Вы ведь не откажетесь поддержать меня, правда?

Его губы изогнулись в саркастической усмешке.

– Ну а если я буду согласен с доном?

– Неужели вам не жалко Хайме? – взмолилась она. – Вы же говорили, что никогда не решитесь не принять брошенного вам вызова.

Глаза Сезара коварно сузились.

– Ладно. Только запомните, вы с Хайме тоже, так сказать, приняли вызов. Но лично у меня на это не хватило бы храбрости.

Она удивленно посмотрела на него. Длинные ресницы молодого человека бросали лиловые тени на смуглые от загара щеки, в темных глаза мерцал огонек – было похоже, что он думает о чем-то своем, неизвестном ей.

– Кто же сомневается в вашей храбрости? – удивилась Кэтрин. – Разве вы не ринулись нам на помощь?

– М-да... с целой армией вакеро в придачу. Большого мужества для этого не нужно.

– Но раз вы имеете дело с быками, – продолжала настаивать она, – значит, вам постоянно угрожает опасность.

– На самом деле это занятие вовсе не так уж опасно, как представляется с первого взгляда, – буркнул Сезар, – надо только всегда делать то, что нужно, и в нужный момент. Однако о чем это я, Каталина? Это непростительно! – Он усмехнулся. – Говорю с девушкой о своих делах, вместо того чтобы осыпать ее комплиментами!

Кэтрин опустила голову и весело рассмеялась. Между ними возникла какая-то новая близость, и молодые люди, казалось, наслаждались ею оба, отнюдь не стремясь поскорее вернуться в дом. Сезар выпустил руки девушки и теперь стоял, прислонившись к стене корраля, не сводя с неё темных, выразительных глаз.

– Но мне вовсе не хочется слушать ваши комплименты, сеньор, – подчеркнуто церемонно сказала она. – Комплименты редко бывают искренними.

– Только не мои. Знаете, я так рад, что вас воспитывали в монастыре! Может, поэтому вы такая прямодушная, искренняя... В вас не чувствуется ничего фальшивого... любой мужчина может с радостью вверить вам свою душу.

– О, перестаньте, сеньор! – запротестовала Кэтрин. – Будет вам! Вы, как всякий испанец, просто привыкли говорить языком средневековых баллад! Ну, подумайте сами, на что мне ваша душа? Что я с ней буду делать?!

– Меня зовут Сезар, – вкрадчиво напомнил он и как ни в чем не бывало добавил: – А вы предпочли бы получить не душу, а тело? – И, заметив, как Кэтрин побагровела от смущения, расхохотался. – Простите меня, Каталина, я просто умирал от желания заставить вас покраснеть! У вас это получается просто восхитительно! И кстати, я не испанец. Может, все было бы для меня куда проще, если бы я им был. Тогда, возможно, я мог бы лучше понять и сумасшедшую гордость, и жестокость, свойственную этому народу.

Его глаза вдруг затуманились, Кэтрин почувствовала, что он унесся мыслями куда-то далеко, и невольно задумалась, о ком же он вспоминает.

– Сальвадор... – поколебавшись, начала она.

– О, он, можно сказать, ископаемое! – нетерпеливо бросил Сезар. – Старик до сих пор живет в своем любимом восемнадцатом веке и сам этого не замечает! Хотя, надо признать, он весьма добр к вашему покорному слуге, но для этого у него есть свои причины!

– Неужели должны быть какие-то особые причины, чтобы быть добрым и внимательным к другим людям? – удивилась Кэтрин.

– А как же? Большинство из нас держат ушки на макушке, чтобы ухватить удачу за косу, – ответил он. – Однако, думаю, этому вас никак не могли научить в вашем монастыре. Уж вам-то подобные мотивы должны быть совершенно непонятны.

– Достопочтенная мать не раз предупреждала меня, что этот мир греховен, – с вызовом проговорила она. – Так что мне, пожалуй, иной раз стоит только порадоваться собственному невежеству!

– Слава Богу, так оно и есть! – пылко отозвался Сезар. – Если бы вы только знали, как я безумно устал от ужимок и кривлянья других женщин, которыми они прикрывают свои намерения. И все лишь ради одной-единственной цели – золота, денег, богатства! А с вами мне так... так удобно...

– Удобно?! – Кэтрин пришлось не по вкусу выбранное им слово. – Как с сестрой?

– Только не как с сестрой, – усмехнулся он.

Оттолкнувшись от стены, Сезар шагнул к ней, обхватил ладонями ее смущенное лицо и заглянул в глаза. Кэтрин, не дрогнув, встретила его взгляд, лишь щеки ее слабо порозовели, а сердце от какого-то непонятного волнения гулко заколотилось в груди.

– По-моему, вы никогда не согласились бы стать чьей-то женой только потому, что этот человек владеет всеми богатствами мира. – Его слова прозвучали не как вопрос, а как утверждение.

– Конечно. Я считаю, что для брака может быть только одна-единственная причина.

– И какая же, моя прекрасная Каталина?

Она отвела его руки от своего лица и высвободилась.

– Любовь! Что же еще, по-вашему? А теперь, думаю, нам лучше вернуться, и поскорее! – И почти побежала по дорожке.

– Нет нужды так торопиться! – взмолился он, догоняя ее. – В конце концов, можно сказать, само небо послало нам счастливую возможность хоть немного побыть вдвоем. Я был бы счастлив узнать немного больше о том, какой вам представляется любовь между мужчиной и женщиной... и брак. А потом... может, вы подарите мне еще один поцелуй?

Кэтрин насторожилась.

– Нет, – твердо отрезала она и пошла быстрее, снова и снова повторяя себе, что не может считать этого мужчину своим другом – он опасен, непредсказуем и обладает над ней какой-то странной властью, заставлявшей ее сердце биться сильнее. Все, что Сезар говорил ей... не могло ли это быть лишь прелюдией перед тем, как попытаться завести с ней интрижку? В конце концов, наверное, он один из тех порочных мужчин, относительно которых ее предупреждали в монастыре. Увы, взгляды Кэтрин на мир были пока еще весьма примитивны.

Они повернули за угол дома, и их тут же увидели. Кэтрин вздрогнула, заметив бежавших им навстречу Эдвину и Хуана Гуэрву. Новость о том, что произошло, уже облетела всю ферму и достигла ушей обитателей дома, их с Сезаром искали. При виде молодого человека Эдвина недовольно нахмурилась, и тонкая морщинка залегла у нее на лбу. Счастье явно повернулось к ней спиной. Если уж Кэтрин самой судьбой суждено было попасть в какую-то неприятную историю, то следовало бы Хосе, а вовсе не Сезару стать благородным спасителем неопытной девушки!