Мэри Кроубридж - Вечная тайна любви

— Вы приехали раньше, чем я ожидал, Луиза. Извините, что заставил вас ждать, — веселым тоном произнес он.

— Ничего страшного.

Бейли протянул ей руку, Луиза пожала ее.

— О делах поговорим после завтрака? — предложил хозяин.

— Согласна.

На протяжении всего завтрака она не переставала удивляться, почему ей казалась такой опасной эта встреча. Артур приветливо улыбался ей и держался слегка покровительственно, порой даже проявлял учтивость. Подали великолепный салат с крабами, и хозяин предложил к нему марочное белое вино. Вообще он старался, чтобы Луиза чувствовала себя как дома. Она готовилась дать отпор и вдруг поняла, что с ней общается добродушный сосед, который делал все, чтобы ей понравиться.

Луизу довольно сложно было ввести в заблуждение. Однако в данном случае она подумала, что, вероятно, предвзято судила о мистере Бейли. Даже его заклятые враги признавали, что он нажил свое состояние собственным трудом, будучи необыкновенно целеустремленным человеком. И это не могло не вызывать у нее уважение.

— Мне не слишком часто приходится завтракать с такими очаровательными женщинами, как вы, Луиза. Я уже сказал вам по телефону, что нам следовало это сделать давно.

— Огромное спасибо за приглашение, — ответила Луиза и добавила импульсивно: — У вас великолепный дом, здесь все ухожено с необыкновенной любовью… видно, что этому уделяется много времени и внимания — всей усадьбе. Здесь все просто великолепно.

— Спасибо за добрые слова. Вы, вероятно, слышали от местного винодела, что я вырос в бедной хижине и нанимался работать на плантациях, где добывают жемчуг, будучи еще десятилетним мальчишкой. Должен признаться, что после того, как я познал нищету, у меня появилась с годами слабость к красивым вещам…

Когда молодая особа в костюме цвета морской волны собрала тарелки на поднос и удалилась, Артур подался вперед и извлек из кармана тоненькую сигару. Улыбка у него осталась та же самая — вокруг вообще ничего не изменилось, — но Луиза вдруг почувствовала, как ее охватывает беспокойство. А ведь Артур не делал ничего особенного: он лишь играл с колесиком массивной золотой зажигалки.

Неожиданно перед глазами Луизы вспыхнуло маленькое пламя. Сосед уставился на нее немигающим взглядом.

— Вы не будете возражать, если я закурю? Люблю позволить себе такую роскошь — выкурить после еды хорошую сигару.

Пламя зажигалки колыхалось в воздухе, словно обозначая границы между Луизой и Артуром. Но он не торопился прикурить. Луиза вдруг почувствовала странную внутреннюю дрожь и непреодолимый страх. Бейли, разумеется, не мог знать, что она ненавидит огонь. В любом виде. Никакая боль не может сравниться с той, которую причиняет безжалостное пламя.

— Курите, пожалуйста, — не повышая голоса сказала она.

— Вы уверены, что это не доставит вам неудобства?

Луиза сделала глубокий вдох и заставила себя отвести глаза от пламени, которое ее гипнотизировало.

— Все в порядке, никакого неудобства не будет.

— Прекрасно.

Бейли наконец поднес пламя к кончику сигары. Зажигалка щелкнула — пламя погасло. Вслед за этим хозяин неторопливо взял со стула, стоявшего рядом с ним, две небольшие шкатулки, отделанные черной кожей.

— Я тут принес кое-что и хочу вам показать, — сказал он.

Луиза открыла обе шкатулки и обнаружила внутри них нитки жемчуга на черном бархате. На шкатулках значилось: «Торговая фирма «Ориент». Оба ожерелья испускали какое-то необыкновенное сияние. Без сомнения, оба они были уникальны. Неспециалисту было бы почти невозможно определить разницу в их качестве. Однако, приглядевшись к нитке жемчуга в шкатулке справа от нее, Луиза улыбнулась.

Бейли перехватил ее взгляд и коротко хохотнул.

— Я был уверен, что вы узнаете свой жемчуг, — сказал он. — Прошлой зимой мне случилось быть в Нью-Йорке. Там я его и купил. В другой шкатулке — мой жемчуг. Я добыл его в нашей долине четыре года назад.

— У вас жемчуг высшего качества, — честно призналась Луиза. Однако у нее при этом возникло ощущение, будто ее обдало холодным ветерком. Жемчугу не место в коробке, он должен касаться человеческой кожи. Она не раз пыталась себе представить, как смотрится ее жемчуг на шее какой-нибудь женщины. Вероятно, красиво, ведь для этого он и был предназначен. Жемчуг мог жить и сиять только так — соединяясь с Человеком. Ведь и добывали его не для того, чтобы кто-то держал его в сейфе. Его должны были носить и любоваться им.

— Видите ли, — начал Бейли, — я не только произвожу жемчуг, но и коллекционирую его. Это третья ваша вещь по счету, которую мне довелось видеть.

Сигара Бейли погасла, и он снова щелкнул зажигалкой. Хозяин не спускал с Луизы глаз, и она — сквозь пламя — различала улыбку на его лице.

— Вам есть чем гордиться, дорогая.

— Спасибо… Однако скажите, мистер Бейли, как вы узнали, что это мой жемчуг? — тихо спросила Луиза.

— Радость моя, я могу определить принадлежность любого жемчуга, производимого в нашей долине, — даже в темной комнате, с закрытыми глазами. Мне кажется, что и вам это под силу. Я знаком также с Шерманом… Вы слышали о Шермане из Остина?

— Я с ним не встречалась, но видела его жемчуг.

— Да… Так вот, Шерману вдруг пришло в голову диктовать цены на ожерелья из жемчуга вроде тех, которые сейчас перед вами. — Бейли говорил сердечным, доверительным тоном. — Шерман на протяжении многих лет был в долине Колорадо моим единственным конкурентом. И мне понадобилось целых тридцать лет для того, чтобы получить жемчуг самого высокого качества… Дорогая, вот я смотрю на вас и удивляюсь… Вы так чертовски молоды, а уже добились выдающихся успехов! Либо вам необыкновенно везет, либо вы обладаете каким-то удивительным инстинктом… Вы можете вызвать зависть у многих из тех, кто занимается этим бизнесом.

— Мои предки занимались разведением жемчужниц на протяжении трех поколений, — напомнила Луиза.

— У вас чувствуется хорошее знание дела. Однако, чтобы получить жемчуг такого высокого качества, этих знаний недостаточно. Ваши предки Нэтти зарабатывали на жизнь тем, что продавали дешевые пуговицы и серьги, и нам обоим об этом известно. А потом… простите ради Бога, ваши отец с матерью погибли во время пожара, так, дорогая?

Луиза глянула Бейли в глаза и увидела в них сочувствие и уважение к ее горю. И все же в ней все запаниковало, в голове забилась мысль: «Оставьте меня в покое! Не лезьте ко мне в душу… пожалуйста… Что я вам сделала?»

— Мистер Бейли, для чего вы меня сюда пригласили? — в лоб спросила Луиза.

— Для того чтобы вам помочь. Это единственная моя цель. Когда спортсмен переходит в высшую лигу, он должен быть готов к жесткой игре. Неужели вы думали, что никто не обратит внимания на жемчуг подобного качества? — Собеседник весь подался вперед, используя зажигалку, словно перст указующий. — В вашу лабораторию может легко проникнуть любой недоброжелатель. Облить ее бензином и поднести горящую спичку — дело одной минуты. Вы видите, как охраняется мое поместье? По всему забору пропущено электричество… При вашей же нынешней незащищенности вас могут пустить по миру в мгновение ока…