Хельга Нортон - Верный обманщик

Пройдя ряд роскошно отделанных покоев, они вышли на террасу, с которой спускалась на лужайку широкая лестница. В дальнем конце террасы, под полотняным навесом, стоял круглый стол, окруженный плетеными креслами. В одном кресле сидела сухопарая пожилая леди в длинном сиреневом платье. В другом, напротив нее, — женщина лет тридцати. Она была в элегантном желтом костюме, состоящем из приталенного жакета с длинными рукавами и узкой юбки длиной чуть выше колен. На ногах женщины были коричневые туфли крокодиловой кожи на высоченной шпильке. Крохотная сумочка из той же кожи висела на спинке кресла. В ушах женщины поблескивали сережки с золотистыми топазами в обрамлении крохотных бриллиантов. На тонком запястье правой руки сверкал золотой браслет элегантных часиков, тоже усыпанных топазами и крохотными бриллиантами. Одним словом, настоящее воплощение хорошего вкуса. Все такое безукоризненное, подобранное в тон и наверняка дорогое.

Петиция Хемилтон, догадалась Ариэль. И внезапно почувствовала, как в ней поднимается ненависть к этой ухоженной богатой дамочке. Эта особа в течение нескольких лет была женой Стюарта. Жила с ним в одном доме, обедала за одним столом, спала в его постели… Ариэль понимала, что охватившие ее чувства по меньшей мере странны. Но ничего не могла с собой поделать.

Пока они шли со Стюартом вдоль террасы, она пыталась объективно определить, насколько хороша Петиция. Да, пожалуй, недурна. Правда, по какой-то иронии судьбы красота Летиции относилась к тому типу внешности, который издавна ненавидела Ариэль. Она была очень худой, с длинными ногами, скорее тонкими, чем стройными. Ее волосы имели оттенок меди и были пострижены в виде каре. Черты ее лица были мелкими: вздернутый носик-пипка, маленький круглый ротик и круглые зеленые глазки, придававшие ей сходство с рыбой.

Отвратительная баба! — подумала Ариэль. И как только Стюарт мог посчитать ее сексуальной?

— Стюарт! — радостно воскликнула леди Джоанна, делая движение ему навстречу. — Ну наконец-то! А то я уж подумала, что ты решил податься на Французскую Ривьеру, как все наши соседи, молодые бездельники.

— Что за мысли, бабушка, с чего бы мне ехать на Ривьеру, где я был уже восемь раз? — рассмеялся Стюарт. Потом поцеловал пожилую леди в щеку, выпрямился и с легким прищуром посмотрел на бывшую жену. — Привет, Летти. Как поживаешь?

— Привет, Стюарт. Прекрасно.

— Да, вижу по твоему цветущему виду… Ба, а у меня для тебя сюрприз. Догадайся, кто эта очаровательная скромная малышка? — Он с лучезарной улыбкой обернулся к Ариэль.

— Гм! — Леди Джоанна с интересом и некоторой настороженностью посмотрела на Ариэль. — Надо полагать, твоя новая пассия?

— Бабушка! Ты заставляешь меня краснеть! Разве я когда-нибудь привозил в этот дом своих пассий? Нет, дорогая бабушка, Ариэль — моя жена.

— Кто-кто?! — испуганно встрепенулась старушка.

Лицо Стюарта приняло торжественное выражение.

— Моя законная супруга, баронесса Ариэль Хемилтон. Так что, — прибавил он с ослепительной улыбкой, — прошу любить и жаловать!

За этим шокирующим сообщением последовала весьма любопытная немая сцена. Леди Джоанна медленно водрузила на нос очки и воззрилась на Ариэль взглядом человека, которой только что получил известие о банкротстве. Прислуживающий ей пожилой дворецкий застыл на месте и смотрел на Ариэль так, будто это его собственный сын совершил недопустимый мезальянс и поставил под угрозу честь семьи. Молоденькая горничная в белом переднике, стоявшая за креслом леди Джоанны, сияла восторженно-изумленной улыбкой и делала какие-то странные, чуть заметные движения руками, будто собиралась пуститься в пляс. Что же касается Петиции, то снисходительно-насмешливая улыбка, бывшая до того на ее губах, сделалась такой неестественно широкой, что вызвала ассоциации с пациентом на приеме стоматолога. Проще говоря, все были в шоке. За исключением Стюарта, который нетерпеливо постукивал пальцами по спинке свободного кресла и имел вид человека, дожидавшегося, когда общество оправится от неожиданной радости и оценит по достоинству его сюрприз.

Первой оправилась леди Джоанна.

— Э-э… Значит, твоя жена, — с расстановкой проговорила она, посмотрев на Стюарта. — И… как, ты говоришь, ее зовут?

— Ариэль, — ответил Стюарт, послав Ариэль теплую улыбку. — Не правда ли, прекрасное имя? Такое нежное, романтичное. И главное, оно так ей подходит!

— Д-да, оно ей подходит… — Взгляд пожилой леди снова перешел на лицо Ариэль. — Так, значит, вас зовут Ариэль, милочка? Ну что ж, я… хм… рада.

Ариэль восторженно всплеснула руками. Затем быстро обошла стол, наклонилась к леди Джоанне, схватила в охапку ее лицо и с чувством поцеловала в щеку. Потом достала платочек, торопливо стерла с лица ошеломленной баронессы следы помады, глуповато хихикнула и отступила на шаг.

— Бабушка! — воскликнула она, стиснув руки на груди и сияющими глазами глядя на леди Джоанну. — Дорогая бабушка! Если бы вы только знали, как я рада вас видеть! Не поверите, но вы оказались точно такой, какой я вас и представляла. Доброй, понимающей, сердечной… Теперь я не сомневаюсь, что вы полюбите меня всей вашей прекрасной душой и примете, как родную внучку. Не правда ли, Стюарт, твоя бабушка непременно полюбит меня?

— Не сомневайся, любимая, — пылко заверил ее Стюарт. — Конечно же бабушка полюбит тебя. Да и как можно не полюбить такое очаровательное создание?! — Он порывисто заключил Ариэль в объятия и запечатлел на ее губах пламенный поцелуй. Затем, словно спохватившись, повернул Ариэль в сторону бывшей жены. — Ариэль, дорогая, позволь представить тебе Летти, мою первую жену, — сказал он с изумительно невинной, добродушной улыбкой.

— Так вы Петиция?! — оживленно вскрикнула Ариэль. — Ужасно рада вас видеть! Стюарт столько о вас рассказывал, что мне просто не терпелось с вами познакомиться. Надеюсь, вы разделяете мою радость?

— О, безусловно! — Улыбка Летиции стала еще шире. — Как прошло свадебное путешествие, Ариэль?

— Восхитительно! Только оно еще не прошло, а продолжается. Стюарт хотел везти меня в Венецию или на Ривьеру, но я послала его к черту с его дурацкими прожектами. — Ариэль вытащила сигареты, закурила и, усевшись на перила террасы, продолжала, размахивая ногами: — Я сказала: «Нет, любезный муженек! Никаких Венеции! Первым делом я хочу увидеть твой шикарный домишко. И познакомиться с бабушкой. А уж потом поедем, куда ты там хочешь, хоть к черту на рога!». Не правда ли, бабушка, я правильно решила?

— Э-э… Да, дорогая моя!

— Вот видишь, мой мальчик! — Ариэль подмигнула Стюарту и торжествующе взмахнула сигаретой. — Бабушка тоже так считает. А вы, Паркинс, как думаете? — Ариэль вытянула сигарету в сторону дворецкого, который при этом ее жесте чуть не выронил из рук полотенце. — Что вы на меня так странно смотрите, Паркинс? А, понимаю! Вы удивлены, что я знаю ваше имя! Да, старина?