Кристина Хемлетт - Сердцеед

Остальную часть лестницы они прошли молча, встретив на верхней площадке Чена. Вопреки ожиданиям Виктории, — а она предполагала увидеть тускло освещенный коридор, вдоль и поперек которого шмыгают мыши, — третий этаж замка был сродни первым двум, несущим на себе отпечаток средневековой элегантности. Ковры и обои золотого и густо-красного цветов создавали впечатление тепла. Тот же эффект производили украшавшие стены портреты и произведения ирландского искусства. Виктории оставалось лишь догадываться об изящной красоте нижних этажей.

— Не трудно ли мистеру О'Хари справляться со всеми этими лестницами? — спросила Виктория: даже ей самой нелегко было приспособиться к разным по высоте ступеням — то пологим, то крутым. — Да и как вам удалось доставить его после операции в комнату?

— А я устроила его в одной из комнат нижнего этажа, — сухо ответила миссис Мэджин. — И он останется там до тех пор, пока полностью не поправится.

— Полагаю, это будет почти невозможно, — заметила Виктория, когда они проходили под аркой, украшенной отполированными металлическими конструкциями и античными подсвечниками.

— Что именно будет невозможно?

— У мистера О'Хари уйма дел, — пожала плечами Виктория. — Я думаю, он захочет покинуть постель как можно скорее и вернуться к нормальной жизни. Вам придется приложить огромные усилия, чтобы удержать его.

Они остановились рядом с одной из запертых дверей, выходящих в коридор, и миссис Мэджин достала из глубин своего фартука огромную связку ключей.

— Думаю, вам понадобится дополнительное одеяло, — сказала она, открывая дверь. — В комнате нет камина.

«Могу держать пари, — подумала Виктория, — что она возмущена появлением в замке лишнего человека и уже заранее возненавидела и прокляла эту комнату».

— Когда я сплю, мне тепло, — успокоила она миссис Мэджин и бросила первый взгляд на спальню.

Подобно другим комнатам в замке, которые до сих пор ей довелось видеть, эта была с высоким потолком. Несмотря на минимум мебели: кровать с пологом на четырех столбиках, стол, стул и гардероб, — она являла собой своеобразный комплект ворсистых покрывал, темных отполированных изделий из дерева и развешанных по стенам пейзажей. Все это придавало ей удивительную индивидуальность, которую трудно было ожидать в помещениях для домашней прислуги. Виктория также отметила, что над столом было стрельчатое окно, по стеклу которого текли ручьи дождя.

Она подошла к чемоданам, поставленным Ченом перед кроватью. Миссис Мэджин сообщила ей, что ванная комната, где можно освежиться, расположена в конце холла рядом с кухонным лифтом.

— Кухонным лифтом?! — изумилась Виктория.

— Его соорудил сам сэр Патрик, чтобы заполнить пространство, — пояснила миссис Мэджин. — Это пространство создавал цилиндрический каменный ствол, по которому обитатели замка в случае осады могли спуститься по веревке. — Миссис Мэджин сложила губы бантиком, раскрывая более пикантное предназначение тайного хода: — Говорят, Дункан считал это самым удобным путем, чтобы… Ну, вы сами понимаете…

— Вы, по-видимому, знаете уйму фактов из истории замка, — польстила ей Виктория.

— А почему бы и нет? — самодовольно заметила миссис Мэджин. — Уверена, что мы прикипели к замку больше, чем… — Хотя фразы она не закончила, Виктория заподозрила, что в горле миссис Мэджин застряло имя Хантера.

— Я могу распаковать свои чемоданы попозже, — сказала Виктория. — Уверена, мистер О'Хари захочет, чтобы я немедленно приступила к работе. — Подойдя к двери, Виктория всплеснула руками. — Чуть не забыла попросить ключи!

— Ключи от чего? — спросила миссис Мэджин.

— Ключ от моей комнаты — во-первых. И, кроме того, дополнительный ключ от входной двери, чтобы никого не беспокоить, если я захочу прогуляться.

Миссис Мэджин ответила сначала на вторую просьбу:

— Главная дверь запирается на ключ каждый вечер в десять часов, — сообщила она Виктории, подразумевая, что в остальное время вход в замок свободный.

— Вы сказали, в десять? Значит ли это, что мне не повезет, если я вернусь домой после большого разгуляя позже?

— В этом случае вы можете позвонить мне или Нилли, — сказала домоправительница, отнюдь не испытавшая удовольствия от подобного фривольного образа жизни, который сводил на нет строгий комендантский час. — Мы оба спим чутко.

— Ну а ключ от этой комнаты? — напомнила ей Виктория.

Оранжевые брови миссис Мэджин застыли в вопросе над оправой ее очков.

— Уверяю вас, вы будете чувствовать себя безопаснее ягненка и без ключа, — хмуро ответила она. — Разве есть какие-то причины, чтобы запираться?

Когда Виктория и миссис Мэджин подошли к двери комнаты, отведенной для выздоравливающего О'Хари, из нее вышла миссис Причард, держа в руках серебряный поднос с пустыми тарелками и стеклянной посудой. Однако широкая улыбка, которой она приветствовала Викторию, быстро исчезла с ее лица, как только миссис Мэджин выговорила ей за то, что она так поздно убрала после завтрака.

— Это Сам задержал завтрак, а не я, — огрызнулась повариха. — Он не отрывался от телефона.

— Он просматривал почту? — высокомерно спросила миссис Мэджин.

Толстуха пожала плечами, не скрывая своего неудовольствия.

— Он смотрел в тарелку, миссис Мэджин, — ответила она. — Все, что делается в мире помимо этого, меня не интересует.

Решительно кивнув головой, как бы поставив точку, миссис Причард прошаркала вместе со своим подносом мимо них по коридору в сторону кухни.

Наблюдая за этой красноречивой сценой, Виктория подумала, что Тэтч и Джонсон были правы, высказав предположение о дворцовых интригах. Было ясно, что домашняя прислуга испытывает друг к другу столь же мало теплых чувств, как и те, кто ее нанимал. «Что же происходит между этими двумя…» — раздумывала она, представляя, как миссис Причард вот-вот оглянется и покажет этой заносчивой гусыне язык.

Миссис Мэджин взяла пачку писем со стоявшего у двери столика и, повернувшись, передала ее Виктории.

— Полагаю, что это ваша обязанность. — Не снизойдя до дальнейших разъяснений, она вплыла в комнату, чтобы объявить о прибытии нового секретаря. Виктория покорно последовала за ней.

Комната могла использоваться в качестве некоего зала для приемов. Она была скорее узкая, и господствующее место в ней занимал камин с вытянутым во всю высоту стены каменным колпаком. Некогда расставленные в уютном порядке кресла и столы были временно сдвинуты к стенам, с тем, чтобы освободить место для стойки компьютера и кровати.