Эва Киншоу - Молния над океаном

— Должна заметить, что вид у тебя и в самом деле был еще тот, — мстительно заметила Симона.

— А какой еще вид может быть после возвращения из австралийской экспедиции? С несколькими промежуточными посадками из Нового Южного Уэльса мне пришлось добираться сюда почти двадцать четыре часа. Была задержка рейсов… А что касается моей одежды, то за месяц пребывания у Тюленьих Скал она утратила свой первозданный вид.

— И что же? — ничем не выдавая своего интереса, спросила Симона.

— То есть? — недоуменно переспросил Бен.

— Знай я с самого начала, с кем имею дело, изменило бы это что-нибудь?

— Кто знает? — помолчав, сказал он.

— Не слишком-то далеко мы продвинулись в понимании друг друга! — с усмешкой заметила Симона, прихватив горсть песка и наблюдая, как он сыпется сквозь пальцы.

— По крайней мере, мы немного остыли и больше не порем горячку, — уточнил Бенджамин. — А вот Антуан, кажется, в полном шоке.

У Симоны едва не слетел с языка нелестный эпитет в адрес брата, но она сдержалась.

— А вот что касается ее… этой Эллен Роджерс, — начала она. — Не знаю, у меня все в голове спуталось.

— Может быть, это то, что ему нужно?

— Почему ты так думаешь? Ты с ней хорошо знаком? — насторожилась Симона.

— Сегодня увидел в первый раз, хотя про ее семейство, разумеется, наслышан.

— Она обращалась с тобой так, будто вы знакомы с младенческих лет.

— Эта девушка и с тобой будет обращаться точно так же. У нее такая натура, ничего тут не поделаешь.

— А впрочем, какое мне дело до нее? — фыркнула мисс Шарне.

— Ты переживаешь, что сегодня вечером стушевалась на фоне Эллен Роджерс? — иронично спросил Бен. — Смотри, не приобрети на этой почве какой-нибудь глупый комплекс.

Она окатила его холодным взглядом.

— Если у меня и есть комплекс, то он связан с тобой. Я не могу и шагу ступить, чтобы не наткнуться на тебя.

— Что ж, с сегодняшнего дня твоя жизнь станет легче. Решено, перебираюсь в отель. Видишь ли, я обещал провести эти две недели с Антуаном, так что…

— Но это шантаж! — взорвалась Симона.

— Отнюдь, — пожал плечами Бен. — Наоборот, я выполнил твое условие, и теперь ты в доме одна!

— Не мытьем, так катаньем? Так это называется? — презрительно спросила Симона. — Ну так знай, Бенджамин Рок, я не сторонница мимолетных утех, и пусть меня назовут трижды старомодной, но своим взглядам не изменю.

Она резко поднялась, пощупала юбку и блузку. Одежда все еще оставалась влажной, но Симона без колебаний переоделась и бросила Бенджамину его рубашку.

— Все, я иду спать, — сказала она. — Для одного вечера слишком много открытий.

— Как тебе угодно… Один вопрос: я могу остаться у вас до утра?

Она высокомерно взглянула на него.

— Разумеется, мистер Рок, только больше никаких объяснений!

Терри Смит и еще несколько официанток вытаращили на Симону глаза, когда она царственным шагом прошла мимо кафе в мокрой, вымазанной песком одежде. Даже не повернув головы, мисс Шарне двинулась дальше, за нею по пятам следовал Бенджамин Рок.

Открывая перед ней двери дома, он заметил с усмешкой:

— Браво, Симона! Ты снова была на высоте!

Девушка искоса взглянула на него сквозь густые ресницы и спокойно сказала:

— Спокойной ночи!

Бен, казалось, собирался еще что-то сказать, но вместо этого лишь пробормотал:

— И тебе хороших снов!

Симона поднималась по лестнице, спиной ощущая его взгляд. Ну нет! Я знаю, о чем ты мечтаешь, Бенджамин Рок. Но этому не бывать, потому что этому не бывать никогда! — сказала она себе.

Струи воды в душевой смыли с нее морскую соль и песок. Переодевшись в розовую сатиновую пижаму, Симона вытерла волосы. Вглядевшись в свое лицо в зеркале, она испытала огромное облегчение: темные тени под глазами и особая бледность кожи, появлявшиеся в определенный срок, совершенно явно свидетельствовали о том, что все идет своим чередом, а, значит, она не забеременела.

Симона проснулась в два часа ночи от острого приступа голода. Поворочавшись в постели, она, в конце концов, встала. Дом был погружен в темноту. Потихоньку пробравшись в кухню, мисс Шарне хотела включить свет, но споткнулась о корзину, оказавшуюся на полу в неожиданном месте и, задев рукой кофейник, с грохотом опрокинула его.

Тут же открылась дверь, и на пороге холла, словно судьба, появился Бенджамин — в шортах и майке. Он щелкнул выключателем и растерянно щурился, пока глаза привыкали к свету. Потом, проведя рукой по растрепанным волосам, заметил:

— А я уж совсем решил, что в дом пробрались грабители.

— Как видишь, нет, — огрызнулась Симона. Ей стало неприятно, что Бенджамин застал ее в момент оплошности. — Интересно, почему проснулся именно ты, а не Антуан?

Она открыла шкафчик и вытащила тряпку, чтобы прибраться. Сегодня мне явно не везет, мрачно подумала она.

— Антуана здесь нет, — сообщил мистер Рок и подошел ближе, чтобы помочь ей. — Он звонил, когда ты ушла спать, — беспокоился о любимой сестре. И еще сказал, что дома сегодня ночевать не будет.

— Нашел о ком беспокоиться! — проворчала Симона, опускаясь на колени и вытирая залитый пол.

— Кажется, ему спокойнее, если я рядом с тобой.

— Много он понимает в жизни!

— Симона, давай я тебе помогу, — решительно сказал Бен и отобрал у нее тряпку.

Оба опять оказались так близко — стояли на коленях буквально в нескольких дюймах друг от друга. Смутившись, она поспешно поднялась и отошла к кухонному столу.

— Кстати, ты, наверное, голодна?

— Немного. А как ты догадался? — удивилась она, усаживаясь на стул.

— Но я же видел, твой ужин остался на тарелке. Ты не съела ни кусочка. Я, впрочем, тоже… Может быть, сделать сандвичи?

— Да, это было бы неплохо, — пробормотала Симона.

Бен быстро вытер кофейную лужу, а затем ловко, как фокусник, приготовил их поздний ужин. Не успела Симона оглянуться, как на столе перед ней возникла тарелочка с двумя золотистыми, поджаристыми сандвичами с ветчиной и сыром, и ее любимая чашка с горячим чаем. Но это было уже слишком! Когда он только умудрился заметить, что она любит пить чай именно из нее?

— Для сына миллионера ты слишком хорошо приспособлен к жизни, — с нескрываемым удивлением произнесла она. — Как это тебе удалось?

Бенджамин улыбнулся и неторопливо расположился напротив.

— После стольких лет, проведенных в экспедициях, поневоле становишься универсалом.

— Ну да, ты же у нас путешественник, — вспомнила она. — А чем занимается остальная твоя родня — финансовыми операциями, спекуляциями на бирже?