Эмили Маккей - Дерзкая скромница

Алекс наконец дал согласие. Но сомнения остались.

Джессика не теряла ничего, кроме капли своей репутации. А вот ему было что терять. Этот заказ мог либо помочь его карьере, либо полностью разрушить ее.

Глава восьмая

Теперь Алекс видел Джессику каждое утро. И каждый вечер. Ничего себе испытание! И начинать, и заканчивать рабочий день ему приходилось самовнушением – он равнодушен к Джессике, она его ни капли не интересует, не волнует, не будоражит его любовные фантазии, он ее вообще не замечает. Помогало? Кажется, нет.

Чем чаще Алекс видел девушку, тем труднее становилось бороться с собой.

Но всякий раз он приходил на работу пораньше, чтобы успеть застать Джессику дома, а вечером задерживался подольше, придумывая массу мелких дел.

Эпитеты, вроде «дурак», «идиот» и тому подобные, которыми Алекс одаривал себя за такое поведение, нисколько не вразумляли.

А Джессика, возвращаясь с работы, приветствовала его одними и теми же словами:

– О, ты все еще работаешь? Ну и трудоголик!

И после этого всегда интересовалась делами что уже сделано, как все будет выглядеть в целом, какой материал приготовлен для стен, для потолка, для пола…

Так прошла целая неделя.

В этот вечер Джессика, как обычно войдя в дом, воскликнула:

– О, ты все еще работаешь? Ну и трудоголик! – И через секунду добавила: – А у меня есть один вопрос к тебе.

Отвлекшись от работы, Алекс повернулся к ней.

– Давай, спрашивай.

– Какие женщины тебе нравятся?

– Что?!

– Ну, я просто подумала о тех парнях, с которыми обычно встречалась. В основном это были мои коллеги, и все они оказывались чрезвычайно скучными, так что я удовольствия не получала. Вот почему я отправилась тогда с Патрисией в клуб. Чтобы познакомиться с кем-нибудь.

Говоря все это, Джессика вошла в кухню, положила сумочку на стул, а руками оперлась о край стола.

– Это тоже не сработало, – продолжила она. – Понятно же, что тот приставала, похожий на быка, не из тех, кто может мне понравиться.

Алекс честно пытался слушать девушку, но соблазнительные изгибы и выпуклости ее тела сильно отвлекали его от разговора и способности думать.

– Возможно, я не должна была позволять Патрисии наряжать меня подобным образом. Наверное, из-за этого все пошло не так, как надо.

Возможно, ему не следовало дожидаться ее возвращения – вот где для него все пошло наперекосяк.

В это время Алекс должен сидеть у себя дома, а не задерживаться здесь допоздна.

Наливать в стакан побольше виски.

Принимать холодный душ.

А не стоять напротив нее и сходить с ума от вожделения.

И тогда он, возможно, меньше думал бы о Джесс, о ее красоте, женственности, мягкости, нежности…

Но Алекс не мог спокойно засыпать по вечерам. В голову лезли буйные фантазии.

Все было бы не так уж и плохо, если бы, например, он знал, что Джесс предается таким же фантазиям о нем.

И еще Алекс боялся, что, закончив работу в ее доме, он навсегда потеряет Джессику и ему придется жить с мыслью о недостижимости того, чего он желает.

Перед такой перспективой блекло все – карьера, новые заказы и даже сплетни…

– И, – продолжала тем временем Джессика, – сегодня за завтраком я составила список того, что мне нравится в мужчинах. Изучив его, я поняла, что не хочу никого, похожего на зануду или быка. Мой идеал оказался похож на тебя.

Похож на него?

Или он сам?

Алекс молниеносно переключился с ее тела на ее слова. Он изучающе смотрел в глаза Джесс, ища ответа.

На него?

Или он?

Секунду спустя Джессика, кажется, поняла, как он интерпретировал ее слова. Она напряглась, отступила на несколько шагов назад. На щеках и шее зарделись красные пятна.

– Не ты, конечно, – поторопилась объяснить девушка. – Кто-то, похожий на тебя, такой, как ты, – решительно добавила она, нервно жестикулируя.

– Конечно, – кивнул Алекс. Разумеется, она не интересовалась им. Об этом можно было догадаться и без объяснений. Она же – Самнерс. Чудес не бывает. Принцесса не может полюбить нищего.

– Я ни к чему не принуждаю тебя.

– Уже принудила.

Джессика обеспокоенно поглядела на него.

Вытирая руки о штаны, Алекс приблизился к ней вплотную. Ему безумно хотелось коснуться ее.

– Так о чем ты собиралась меня спросить? – хрипло поинтересовался он, чувствуя, что теряет контроль над собой.

– Я… гм… – Рука Джессики потянулась к пряди волос, выбившейся из прически. Алекс зачарованно следил за ней, задаваясь вопросом, как это любой жест и движение могут быть такими сексуальными? – Да… я хотела спросить…

– Какие женщины нравятся таким парням, как я? Так?

Она нервно рассмеялась:

– Да, точно.

– А ты уверена, что парень вроде меня – именно то, чего ты хочешь? И еще – ты считаешь, что сможешь окрутить парня, подобного мне?

Джессика перестала улыбаться.

– Я… ни в чем не уверена… – пробормотала она.

– Проблема в том, Джесс, что ты ко всему относишься слишком серьезно и ответственно. Составить план, строго следовать ему…

– Да, – шепотом согласилась она, – думаю, ты абсолютно прав, я так и поступаю всегда. Но…

– А парни, подобные мне, – перебил ее Алекс, – живут по-другому.

– Хорошо, ты думаешь?..

– Парни вроде меня больше всего ценят свою свободу и независимость, а все остальное служит им лишь забавой.

– Независимость и забава, – повторила Джесс, будто составляла в уме очередной список.

– У таких, как я, – продолжал объяснять Алекс, – все зависит от случая, и нам нравятся игривые женщины, даже немного дикие.

– Поняла. Случайность. Игривые и немного дикие женщины.

Несмотря на то, что Алексу было непросто стоять рядом с Джессикой и не дотрагиваться до нее, а потому приходилось держать себя в руках, он не мог не улыбнуться.

– Что? – вопросила Джесс, подозрительно уставившись на него.

– Нет, ничего.

– Ты смеешься надо мной!

Он отрицательно помотал головой, но потом признался:

– Да, наверное. – И, не сдержавшись, рассмеялся. – Ты не можешь жить без этих дурацких списков. Я так и вижу, как, завершив его, ты соберешь совещание, чтобы обсудить все пункты.

– Я ни с кем ничего не собираюсь обсуждать, – разозлилась Джессика.

– Нет, собираешься, – настаивал Алекс. – К каждому пункту ты приложишь еще один список, вроде «Как стать игривой» или «Как стать дикой», а потом начнешь действовать в строгом соответствии с запланированным. Понимаешь, о чем я?

Даже обиженная, она оставалась прелестной. Алекс не мог больше сдерживаться.

Он провел рукой по ее щеке. Прикосновение это принесло ему и радость, и боль одновременно. Он словно дотронулся до запретного.