Сьюзен Мейер - Мало сказать – «люблю»

Расстроенный из-за проигрыша, Райан взлохматил и без того спутанные волосы и тихо произнес:

— Сыграем еще?

Она с радостью согласилась и выиграла четыре раза подряд.

— Как вам это удается? — недовольно спросил он.

— Я стараюсь представить ход мыслей своего противника.

— Из вас получился бы отличный следователь! — признал Райан.

— Еще не все потеряно, — ответила она, довольная похвалой. — Я предвижу возможные осложнения и бросаю все свои способности на их предотвращение, вместо того чтобы переживать.

Он уже понял это. Какая неординарная женщина! И каким волшебным стало бы для них это утро, если бы их отношения были другими! Надо поиграть еще во что-нибудь, подумал Райан. Она расслабится, разоткровенничается, и отчужденность исчезнет сама собой…

Словно в ответ на его мысли, наверху завопила проснувшаяся Лейси.

— Время кормить, — сказала, вставая, Мэделин и побежала к лестнице.

Райан чуть не стукнул кулаком по столу, но сдержался. Вечно эта девчонка не вовремя! Однако, взглянув на часы, должен был признать: Лейси права. Уже второй час!

— Лейси, наверное, умирает с голоду! — крикнула Мэделин с лестницы.

— Вас понял. Иду готовить обед!

Занимаясь приготовлением нехитрого обеда, Райан пришел к выводу, что вмешательство Лейси было, пожалуй, весьма кстати. Ему нужно и дальше использовать уже опробованную на деле стратегию: как только Мэделин на что-нибудь настроится, его дело — не оправдать ее ожиданий. Несмотря на явный прогресс, достигнутый в их отношениях, он решил временно отступить.

Пусть только попробуют сказать, что он плохой стратег!

Когда Мэделин с Лейси на руках вернулась в кухню, он встретил ее приветливой улыбкой.

— Знаете, — сказал он, бочком продвигаясь к двери, — будет нелишне еще раз осмотреть местность. — Открыв дверь черного хода, он выскользнул наружу.

Мэделин отнеслась к его уходу со смешанным чувством любопытства и раздражения. Каждый раз, когда они, казалось, достигали взаимопонимания, он находил предлог исчезнуть. Поведение Райана выбивало ее из колеи.

Мэделин покормила малышку, пообедала сама, потом они вышли во двор и прогулялись вокруг домика. Когда Райан вернулся, Лейси спала — дневной сон очень полезен, — а Мэделин работала на компьютере.

— Не хотите прогуляться? — предложил он.

Она покачала головой. Таким довольным и уверенным в себе она его еще не видела. Его глаза светились хищным блеском — как у кота, только что проглотившего канарейку. Она все поняла и мгновенно вспомнила, как лечить подобное заболевание.

— Я уже выходила из дома погулять с Лейси. К тому же хотела сделать что-нибудь полезное и привела в порядок все комнаты. Только веранда осталась неубранной.

Когда она ушла, он чуть не захлопал от радости в ладоши — здорово же он ее укротил! Уже старается быть полезной… Увидев, что Мэделин вернулась с двумя метлами, Райан с удивлением покосился на нее.

— Держите, — сказала она, протягивая ему метлу, — небольшая физическая нагрузка вам не повредит.

Этого Райан не ожидал. Он уже и так выполнил дневную норму физической нагрузки. Исчезая из дома под разными предлогами, шел куда глаза глядят, не считаясь со временем, лишь бы не оставаться наедине с этой женщиной. Быстрая ходьба отвлекала его от навязчивых мыслей о той, которую он страстно желал.

Он посмотрел на метлу, потом на Мэделин. В футболке и джинсах, с тугим пучком золотисто-русых волос, с блуждающей шаловливой полуулыбкой на пухлых розовых губах, она выглядела очень соблазнительной. Нежная, женственная и чертовски заводная. Он весь сжался, как перед прыжком. В самом деле, небольшая встряска ему не повредит.

И он послушно взял метлу.

Мэделин пошла в дальний правый угол веранды, а Райан — в дальний левый. Он выметал паутину и с удивлением спрашивал себя: что в этой женщине такого, что он потерял из — за нее голову и совершает безумные поступки — принес букетик полевых цветов, бродит по лесу без всякой цели, лишь бы отделаться от наваждения, а вот теперь подметает веранду, чтобы не броситься перед ней на колени? Единственная властительница его пылких мечтаний, она оставалась совершенно равнодушной к нему. Но не только это смущало его. Ему не нравился ее образ жизни. У нее столько денег, что ей никогда их не истратить! Но она продолжает работать с полной отдачей, не оставляя времени на общение с маленькой дочкой.

Еще немного, и он докопается, почему она не вышла замуж за отца Лейси.

— Простите, — сказала Мэделин, направляясь на его половину веранды, — что вы там сказали об отце Лейси?

Пойманный с поличным, он смущенно промямлил:

— Что вы! Вам показалось!

— Нет, я ясно слышала, как вы проговорили: «Отец Лейси!»

— Я только подумал, — признался Райан.

— Спрашивайте. Я отвечу на любой ваш вопрос, — настаивала Мэделин. — Я заранее обдумала ответ, потому что, как только вам все объясню, натянутость между нами ослабеет.

По правде говоря, не в этом видел он причину натянутости между ними. Он перестал мести пол и спросил:

— Так что же произошло?

— Откровенно говоря, я его просто не любила. Поначалу мне казалось, что я люблю его, но, узнав, что у нас будет ребенок, стала представлять себе, какой из него выйдет отец. Из разговоров с ним я поняла, что он и не собирается проявлять отцовские чувства. Он заявил, что Лейси будет жить у няни постоянно, все двадцать четыре часа, и ни минутой меньше! Но я не могла пойти на это.

Столь искреннее признание потрясло Райана. Он даже почувствовал нечто вроде раскаяния. Мэделин оказалась серьезной, благородной женщиной, а он собрался соблазнить ее! Эта женщина не бросается детьми, не кидается на мужчин. Райан уже сгорал от стыда.

Старательно очищая угол от паутины и сухих листьев, он произнес:

— Почему вы боялись рассказать мне об этом?

— Видите ли, Лейси приходится часто оставаться с чужими людьми, но я стараюсь проводить с ней побольше времени: каждое утро кормлю ее и каждый день с четырех до семи вечера опять с ней. Бывать с ней дольше не всегда удается: руководство не уходит с работы раньше четырех, вы знаете.

— Еще бы мне не знать! — воскликнул Райан — и в ту же минуту понял, что его последний боевой корабль пошел ко дну. Он больше не посмеет заигрывать с этой благородной женщиной, в противном случае возненавидит себя. — Я восхищаюсь вами! Хотел бы я, чтобы моя мать выкраивала хотя бы немного времени, чтобы побыть со мной! И питала бы такие же чувства ко мне, как вы к своей дочери.

— Может, ваши родители были вынуждены проводить на работе столько времени? — спросила Мэделин.