Элизабет Харбисон - Если туфелька впору

В дни своей расточительности, беря такси, Лили всегда ощущала каждую выбоину на дороге, но лимузин двигался плавно, словно гондола в канале Венеции.

Не успела она опомниться, как лимузин уже тормозил у «Мончклэ». Собравшись выходить, она была удивлена, что не только водитель машины, но и принц Конрад оказался рядом, чтобы открыть ей дверь.

— Я сам этим займусь, — сказал Конрад водителю немного раздраженно. — Вы можете идти. — Он протянул руку и помог Лили выйти.

И сразу последовали вспышки и щелканье камер. Вначале она смотрела только на Конрада и не заметила фотографов и журналистов, но когда те приступили к работе, ей сразу стало понятно, какова ее роль.

Конрад наклонился поцеловать ее в щеку, и она позволила ему, пытаясь игнорировать наставленные на них камеры и выкрики журналистов.

— Готово!

— Как вас зовут?

— Это ваша новая девушка?

— Кто она?

Конрад собственническим движением обнял Лили за талию и сказал:

— Это Лили Тилден. Она будет сопровождать меня на Бал принца Фредерика в субботу ночью.

— Насколько серьезны ваши отношения?

Рука Конрада, обнимающая ее, сжалась сильнее.

— Мы просто друзья, — сказал он, как до того не один раз говорили звезды экрана. Лили никогда им не верила.

— А вы, мисс Тилден? Вы работали в гостинице, прежде чем познакомиться с принцем Конрадом?

— Да там мы и встретились, — ответила она невозмутимо, удивляясь собственной непринужденности.

— Отсылайте читателей к сайту нашего фонда, — Конрад незаметно направил Лили к зданию.

— Дело того стоит, — подтвердила Лили, заслужив благодарную улыбку Конрада.

Они вместе вошли в гостиницу, хотя Лили затылком чувствовала объективы и глаза, глядящие им в спину.

Лишь оказавшись в номере Конрада, Лили смогла расслабиться.

— Вот как, всего пять минут той жизни, которую вы ведете постоянно. Как вы выдерживаете?

— У меня было тридцать восемь лет, чтобы привыкнуть.

— Да, вы на диво спокойны. Если б я не могла опереться на вас, в самом буквальном смысле, не знаю, что бы и делала.

— Не волнуйтесь. Вам не придется уставать.

— Фу! — Лили откинулась на спинку дивана. — Честно говоря, я должна бы быть действительно влюблена в парня, чтобы согласиться пройти через такое. — Лишь произнеся фразу, она осознала, насколько грубой та может показаться. — Хотя женщина на многое может согласиться, чтобы быть рядом с вами.

Он засмеялся.

— По доброй воле никто на такое не согласится. Какова бы ни была причина.

— О, многих это привлекает. Не так все было и плохо.

— Вам жутко не понравилось.

Мгновение они не могли оторвать глаз друг от Друга.

— Да, — согласилась она наконец. — Признаюсь. Но я никогда не любила быть в центре внимания. Кое-кто посчитает такое поведение странным. Достаточно десять минут посмотреть телевизор, чтобы понять — на свете полно идиотов, готовых на что угодно, лишь бы мелькнуть на экране.

— Мне кажется, я знаком с некоторыми, — заметил принц загадочно.

Лили не настаивала на пояснении. Похоже, он имел в виду принцессу Друсил или леди Энн. А то и леди Пенелопу, последние два дня буквально переселившуюся в коридор и бросавшуюся к лифту каждый раз, как открываются двери. И сникавшую, как только выяснялось, что это снова не принц Конрад.

— Как же в подобных условиях вы найдете себе жену?

Он удивился вопросу.

— Не знаю. Как видите, я не женат.

— Означает ли это, что вы вообще не собираетесь жениться? — настаивала Лили. Неизвестно, откуда у нее только взялась смелость на подобные вопросы!

— Нет, — ответил он быстро, подумал и добавил: — Надеюсь, что нет. Просто не было нужной женщины.

— И какой она должна быть?

Конрад окинул ее скептическим взором.

— Внезапно вы стали очень любопытны.

Она улыбнулась.

— Если пять минут всеобщего внимания сделали со мной такое, подумайте, что будет после целого вечера в качестве вашей дамы.

Конрад внимательно смотрел на нее минуту, потом на его щеке возникла ямочка.

— Вы меня подначиваете, а?

— Возможно, слегка, — неохотно созналась Лили.

— Порой с вами очень сложно, мисс Тилден.

— Мне уже говорили, — поведала она.

— В моей стране все известные мне женщины понимают, что значит быть принцессой Белории. Редко какая не проявит интерес к получению этого звания.

Лили ощутила, как кровь прихлынула ей к щекам.

— Поверьте, я такого интереса не проявляю.

Выражение его лица не изменилось.

— Я верю вам. Вот почему находиться рядом с вами так легко.

Она звонко рассмеялась.

— Вы понимаете, что говорите? Со мной легко быть рядом, потому что я из тех, кто не хочет быть рядом с вами.

Ямочка снова появилась на его щеке. Он подошел и сел рядом с Лили.

— По крайней мере пока вы согласны на мое присутствие.

— Пока да.

— Хорошо. Куда же мы пойдем сегодня обедать?

Лили сглотнула. Все же неловкость давала о себе знать.

— Вы не передумали? — Он словно читал ее мысли.

— Нет, — быстро ответила девушка. Нет, она не передумала. Просто слегка нервничала от предстоящего появления в городе с этим известным и могущественным человеком. В особенности ее пугала необходимость фотографироваться.

Но, независимо от того, Конрад ей нравился. Насколько неловко было с ним на публике, настолько же приятно наедине.

— Я не передумала, — повторила Лили, не зная, как объяснить противоречивость своих чувств. — Это очень… интересно.

— Неужели?

— Правда. Не думаю, что мне когда-нибудь еще удастся ощутить себя знаменитостью.

— Как смешно, что вы так говорите. Последние несколько дней я часто думаю, что вряд ли мне когда-нибудь еще удастся встретить кого-то, кто будет обращаться со мной так, как вы.

— Кто не даст вам спуску.

Он остался серьезным.

— Там, откуда я приехал, люди боятся причинить мне малейшие неудобства. Множество «да» вокруг, а меня всегда интересует, что они говорят, когда выходят от меня.

Признание смягчило Лили.

— Мне никогда не приходило в голову, как сложно может быть, если все всегда с тобой соглашаются.

Конрад поморщился.

— Я не собирался жаловаться. Имеется и масса преимуществ. Я живу очень комфортной жизнью. По правде говоря, я даже не сознавал, насколько комфортной, пока не попал сюда.

Лили пыталась придумать подходящий ответ, но не нашлось ничего, кроме:

— Мне очень жаль это слышать.

Конрад склонился к ней. Девушка ощутила его тепло раньше, чем его ладонь коснулась ее щеки. Она повернулась к нему.