Ноэль Бейтс - Лавина любви

От внимания Джинджер не ускользнуло: он не сказал, что ему захочется коротать зимние вечера именно с ней, но разве можно его в этом винить? Она сама предложила ему себя, и он, будучи мужчиной, не смог устоять. Да и кто смог бы на его месте? Так почему же внутри нее нарастают тупая боль и тоска?

Ей пришлось несколько раз глубоко вздохнуть, чтобы справиться с тревогой. Реальность явилась ей огромной черной дырой. Скоро она уедет и больше никогда не увидит его! Обычный роман на отдыхе… Собственно говоря, то, что произошло между ними, и романом-то назвать нельзя.

— Папа хочет узнать, когда ему ждать меня, — сказала Джинджер. Все же одну ночь этот мужчина принадлежал ей. Она уверена: он этого не забудет. Только пусть не воображает, что занял в ее жизни много места. Он считает ее глупой самовлюбленной пустышкой. Раз так, она такой и будет. Когда она вернется домой, то докажет себе, что секс с ним не разрушил ее мира.

— Что ты ему скажешь?

— Скажу… что вернусь через пару дней, когда мы убедимся, что снегопад прекратился и я спокойно могу доехать на лыжах до ближайшего населенного пункта, до безопасного места.

— Безопасного места? Интересно. А здесь, со мной, ты не чувствуешь себя в безопасности? — Он нежно прикусил мочку ее уха, и она тихо вскрикнула.

— Где ближайший городок? — спросила она чуть слышно.

Он помедлил с ответом.

— Если лететь по воздуху как птица, до него примерно километр. На лыжах это вообще не расстояние. Когда погода позволяет, я оборачиваюсь в один миг туда и обратно. Если мне нужно пополнить припасы.

— А сумки с продуктами ты тащишь в руках? По-моему, неудобно.

— Обычно я не таскаю сумки в руках. — Он ухмыльнулся. — Я покупаю столько продуктов, чтобы они уместились в моем рюкзаке. Кстати, я довольно опытный лыжник. Не то что некоторые…

— Погоди… — Джинджер выпрямилась и прислушалась. — Что это за шум?

— Какой шум?

— Похоже на то, что… твое желание снова выходит из-под контроля. — Она прикрыла глаза и призывно улыбнулась.

Он ответил таким страстным поцелуем, что ей лишь с трудом удалось перевести дух.

— То, что между нами было, ты считаешь глупостью? — Его теплое дыхание грело ей ухо.

Она почувствовала, как внутри нее неудержимо нарастает новый приступ желания.

— Ну… я почти не знаю тебя… — прошептала она, закидывая руки за голову, чтобы он мог любоваться ее грудью во всей красе. Чем он и занялся с довольным вздохом. — Можешь верить, можешь не верить, но курортные романы не для меня… — Он прикусил ее сосок. Джинджер застонала. Кажется, она всю жизнь готова вот так лежать рядом с ним и позволять ему исследовать ее тело. Она взъерошила его светлые волосы.

— Для девушки, которая не признает курортных романов… — он искоса посмотрел на нее, на секунду оторвавшись от своего увлекательного занятия, — ты на удивление опытна.

— Все из-за тебя, — быстро проговорила Джинджер, уже жалея о минутной слабости.

Он поднял голову и приблизил к ней лицо.

— Считать твои слова комплиментом?

Она пожала плечами. А что такого? Обычная случайная связь. Женщины то и дело совершают подобные глупости. Да и кем, как не случайными спутниками, считать трех ее последних дружков? Их связь продолжалась в разных случаях от нескольких дней до нескольких месяцев, но о свадьбе она и не помышляла.

— Я не уверена, — проговорила она чуть дыша, опустив глаза под его взглядом. — Мне нужно нечто большее, чтобы решиться на более прочные отношения.

— Распутница! — Он тихо рассмеялся.

— Если бы можно было… — прошептала она. — Лично я думаю, это выдумки, что бывают такие выносливые мужчины, которые могут всю ночь…

— Значит, тебе еще ни разу не попадался настоящий мужчина. Если захочешь, дорогая, меня хватит на всю ночь. — Он дунул ей в ухо, потом осторожно принялся ласкать его языком, пока она мечтательно не улыбнулась и не забыла обо всем на свете. Скоро она вернется домой и снова станет влачить пустое, жалкое существование, но сейчас она возьмет от жизни все…

5

Последнее утро в хижине Джинджер провела в приподнятом настроении. Всю ночь напролет они занимались любовью; им казалось, что время остановилось. Им была дарована вечность для того, чтобы исследовать друг друга, чем они и занимались. Ее руки и губы нежно ласкали его. Временами она отдыхала на его мускулистой груди, гладя широкие плечи, радуясь при виде его восстающего мужского естества.

Он, в свою очередь, был неутомим в ласках…

Разбудили ее яркие лучи солнца. Она проснулась с чувством, что видела самый сладкий сон на свете.

Когда она повернулась на спину и приоткрыла глаза, то увидела, что он уже проснулся и любуется ею.

— Ты выглядишь такой довольной. — Он заговорщицки подмигнул ей. — Кого ты видела во сне, уж не меня ли? — Мэтт сдернул с нее пуховое одеяло, обнажив ей грудь. Розовые соски маняще выпрыгнули ему навстречу. — Да, вижу, я прав.

— Который час? — В его двуспальной широкой кровати так удобно! Джинджер потянулась и выпростала руки, отчего одеяло съехало на пол. Она даже не попыталась снова прикрыться, бесстыдно выставив ему напоказ свою грудь. Никогда прежде, ни с одним другим мужчиной ей не было так хорошо! Под его взглядом ее снова охватило неудержимое желание. Он знает, как довести ее почти до изнеможения, даже не притрагиваясь к ней пальцем.

— Какая разница? По-моему, на сегодня можно забыть о времени и жить как живется.

— То есть целый день не вылезать из постели?

— Ну, не целый день, но… — Он подул на ее сосок. Струя холодного воздуха охладила ее пыл, и она вздохнула от радости. — Но утром иногда так приятно поваляться подольше. Ты так не считаешь? Можем немного расслабиться и… — он снова подул на ее сосок; она в ответ блаженно застонала; он улыбнулся улыбкой искусителя и закончил: — и поболтать!

— О чем ты хотел бы поболтать?

— Обо всем, о чем захочешь, дорогая… — С этими словами он погладил ее по бедрам, все еще теплым и удивительно податливым со сна, свидетельствующим о том, что болтать ей хочется меньше всего. — Не обращай на меня внимания, — негромко проговорил он. — Я внимательно тебя слушаю. — Он легко поцеловал ее в губы, но поцелуй тут же удлинился и стал более страстным и жгучим. Потом его губы двинулись вниз, пока не добрались до ее груди. Он перевернул ее на спину, наклонился над ней и взял в рот ее соски.

— Скажи… что… мы… делаем? — Голос Джинджер пресекся. Он стимулировал рукой и языком. Она развела колени в стороны… Она взлетала высоко над землей, словно на качелях; потом он замедлил темп только для того, чтобы вскоре начать все снова.