Джуди Тейлор - Брачное объявление

Но вместо того чтобы договорить, Оуэн схватил Рут и снова поцеловал. Однако тут отчетливо раздался голос Саймона, зовущий деда. Им пришлось отпустить друг друга и, накинув халаты, отправиться искать малыша.

Они обнаружили его в комнате Альберты. Саймон сидел на кровати прабабушки и играл в машинки.

Альберта понимающе улыбнулась, взглянув на Рут и Оуэна.

– Я тут уже давно усмиряю это маленькое чудовище, чтобы оно не отправилось будить вас. Как спалось?

Судя по выражению лица, тетушка прекрасно поняла, чем они занимались.

Неужели мы так шумели? – встревожилась Рут, чувствуя, что ее щеки заливает румянец. Или у нас просто глаза горят?

В отличие от Рут Оуэн нисколько не смутился.

– Мы отлично выспались, спасибо. А что до тебя, шалопай, то почему ты поднялся в такую рань?

– Какая рань? – удивилась Альберта. – Сейчас половина десятого. Саймону давно пора завтракать.

7

– Простите, мэм, это не ваше? – Рут обернулась и увидела, что парень, которого она раньше заметила на пляже, протягивает ей фотоаппарат. – Он лежал вон на тех камнях. Я видел, как вы снимали там вашего сына.

– Это не мой сын, – сказала Рут прежде, чем успела обдумать свои слова.

– Простите, с моей стороны это извинительная оплошность. Но ведь это ваш аппарат, не так ли? Вам наверняка было бы жаль лишиться сделанных снимков.

– Спасибо, вы очень добры.

Парню было за двадцать пять. Высокий, с темно-русыми волосами и приятным лицом. Саймон подбежал к Рут, и незнакомец, с любопытством посмотрев на мальчика, улыбнулся ему. Но малыш, прежде чем взглянуть на чужого человека, вцепился в руку Рут.

– Дядя принес наш фотоаппарат, Саймон. Я забыла его.

– Саймон, – повторил парень. – Прекрасное имя.

– Саймон Стоун, – представился мальчик, задрав подбородок и тем напомнив Рут Оуэна.

По лицу незнакомца пробежала тень.

– И сколько тебе лет, Саймон Стоун?

– Четыре. А тебе?

Парень засмеялся.

– Ого, тебе палец в рот не клади! – И обратился к Рут: – Его родители должны гордиться таким сыном.

Рут не собиралась обсуждать семейные дела Стоунов с посторонним.

– Нам пора домой, – сказала она, поглядев на часы. – Спасибо, что вернули нам фотоаппарат. Пойдем, Саймон.

– Счастливо, Саймон! – попрощался незнакомец. – Вот, держи. Купишь себе конфет.

И протянул пять долларов – столько не дают маленькому ребенку, особенно чужому. Рут собралась было вернуть деньги, но глаза Саймона горели таким восторгом, что у нее просто не хватило решимости. Вместо этого она сказала молодому человеку:

– Вам не следовало давать ему так много. Но все равно, спасибо.

– Спасибо, – спохватился Саймон.

– Не за что, – отозвался парень.

Рут чувствовала спиной ее взгляд, пока шла по берегу к коттеджу, но к вечеру забыла о маленьком происшествии.

Однако Саймон не забыл и первым делом рассказал обо всем деду. Оуэн пришел в бешенство.

– Я же запретил тебе разговаривать с чужими людьми и принимать от них подарки, – накинулся он на внука. – А ты, Рут, как ты могла допустить такое!

Она изумленно посмотрела на Оуэна.

– А что такого? Человек вернул мне забытый фотоаппарат. Не могла же я не обращать на него внимания…

– Не надо было разрешать Саймону принимать от него деньги!

– Да этот человек не имел в виду ничего предосудительного. И я уверена, Саймон не стал бы с ним разговаривать, если бы был один.

Оуэн зло поглядел на нее.

– Проследи, чтобы ничего подобного впредь не повторилось.

На этом разговор, казалось, закончился. Однако позже, в спальне, когда они ложились спать, Оуэн снова вернулся к этой теме.

– Я плохо отношусь к незнакомцам, которые интересуются Саймоном. Как звали того человека?

– Откуда я знаю? – беспомощно всплеснула руками Рут. – Да что с тобой, Оуэн? У тебя паранойя.

– Ручаюсь, этот тип спрашивал, как зовут Саймона, сколько ему лет и где он живет.

– По правде говоря, спрашивал, но люди всегда задают маленьким детям такие вопросы. – Она подошла к Оуэну и положила руки ему на плечи. – Саймону ничего не угрожает, когда он рядом со мной. Я отношусь к нему как к родному. Тебе не о чем тревожиться.

Тут Рут поцеловала его. Оуэн застонал, обнял ее – и эту ночь, как и несколько предыдущих, они провели, наслаждаясь друг другом.

Однажды вечером Оуэн попросил соседку присмотреть за внуком и тетей, а сам повез Рут ужинать в ресторан в Пор-Картье.

Ресторан при отеле, которым владел Стоун, располагался на набережной. Это было стилизованное под старину здание, очень красивое, ярко освещенное и весьма привлекательное в промозглый осенний вечер.

Для ужина Рут выбрала эффектное красное платье с тонкими бретельками и золотые туфли на высоких каблуках. Восхищенный взгляд Оуэна вознаградил ее за потраченные усилия. Он никогда раньше не видел Рут в красном: сама она не очень любила этот цвет, но все остальные считали, что тот ей к лицу.

– Ты выглядишь чудесно, Рут, – покачал головой ошеломленный Оуэн. – Спасибо тебе большое.

– За что же? – не поняла она.

– Ну, ты оделась так ради меня. Честное слово, на тебя невозможно не обратить внимания.

Оуэн оказался прав: на Рут и в самом деле обращали внимание. Все служащие ресторана пожелали взглянуть на новую жену босса. В баре, где они пили перед ужином коктейли, Оуэн познакомил Рут кое с кем из своих подчиненных, и она поняла, что произвела на них впечатление. И не только на них.

Мужчины, возможно, завидовали Оуэну. Однако женщины… о, те мечтали оказаться на месте Рут.

– Как тебе? – спросил Оуэн, когда они сели за столик.

– Просто чудесно!

– Должен признаться, что питаю слабость к этому ресторану, да и к отелю тоже. Ведь он у меня первый.

Деревянные панели и розовые абажуры на лампах создавали романтическую атмосферу. Пальмы и другие экзотически растения в горшках окружали каждый столик, создавая ощущение интимности, а негромкая музыка служила идеальным фоном для беседы.

– Почему ты повел меня в ресторан?

– Решил, что ты заслуживаешь выхода в свет, – произнес Оуэн, улыбаясь. – Ты так много работаешь.

Рут покачала головой.

– Это не работа. Мне нравится ухаживать за Саймоном, а твоя тетушка просто прелесть. Я делаю то, что делала бы любая замужняя женщина на моем месте.

– Да, но наш брак не совсем обычный, Рут, – заметил Оуэн. – Ты должна помнить об этом.

Он хочет сказать, что придет время, и я должна буду с легким сердцем покинуть его, огорчилась Рут. Выходит, наши любовные игры ничего не значат для него? Нет, конечно, это не любовные игры, это тривиальный секс. Безо всяких чувств – с его стороны, во всяком случае. Оуэн все еще любит Линн.