Сара Вуд - Разлуки не будет

И с неимоверным шумом ворвалась в ванную.

Макс захлопал в ладоши.

— Я выбираю дуршлаг, — с энтузиазмом воскликнул он. — А ты, Перран?

Мальчик даже не улыбнулся. Лора бросила в ванну все, что держала в руках, потом начала нагонять волны кастрюльными крышками.

— Смотри, как кружится эта маленькая! — вскричала она. — Возьми ее, Перран!

Макс поднял мальчика на руки и опустил в ванну. Но тот продолжал вести себя как деревянный истукан. Макс потопил все крышки, с высоты поливая их водой из кувшина. Лора пустила в ванну пену, взболтала и, неожиданно схватив пригоршню пены, измазала лицо Макса.

— Эй! — вскричал Макс, оттер пену и тут же бросил ей в лицо, одновременно прошептав на ухо: — Ничего не получается. Давай продолжать дурачиться, как будто его тут нет. Уверен, что ему понравится.

Они продолжали брызгаться и кидать вещи в воду, делая вид, что это занятие доставляет им истинное удовольствие.

Наконец Макс запросил пощады:

— Помогите! Перран! Помоги мне!

Лора краем глаза взглянула на племянника. Она увидела скривившиеся губы, огромные глаза, полные слез. Улыбка моментально исчезла с ее лица.

— Дорогой… — мягко начала она.

Перран неожиданно схватил крышку и запустил ею в Макса, который в ответ на это залился смехом и покатился по полу.

Лора и Перран обменялись удивленными взглядами. Лора улыбнулась. Но малыш повернулся к ней спиной и начал вытаскивать затычку из ванны.

— Ты победил, — бодрым голосом обратился к нему Макс, накрывая его огромным пушистым полотенцем и вытаскивая из ванны. — Минутку! Лора, где Перран? Он только что был у меня в руках…

Полотенце яростно зашевелилось, и показалось раскрасневшееся личико.

— А, вот ты где! — Макс притворился, что не замечает сердитого взгляда Перрана. — А тетя Лора случайно не видела твоей пижамы? — спросил он, вытирая маленькие ножки.

Удивленная таким терпением Макса, Лора подала ему голубую полосатую пижаму с двумя спящими щенками на груди.

— Как бы я хотела иметь такую же! — Лоре с трудом удавалось удержаться, чтобы не расцеловать розовые щечки малыша. Она сама чувствовала, как от нее волнами исходит нежность к нему.

Испугавшись, что может не справиться с нахлынувшими чувствами, она решила прервать эту семейную сцену.

— Уже много времени, ты устал, Макс, — резко сказала она. — Я тут все вытру, потом займусь ужином, а ты уложи Перрана, хорошо?

— С удовольствием.

Она поспешно поцеловала Перрана.

— Спокойной ночи, — сказала она вслед уходящему мальчику.

Потом начала убираться, стараясь делать это как можно тише, в надежде услышать хотя бы слово, произнесенное Перраном. Однако слышно было только, как Макс читает ему на ночь сказку с таким выражением, что у Лоры на глаза навернулись слезы и она поспешила как можно быстрее закончить уборку и спуститься вниз.

На кухне она споткнулась об огромную коробку, торчавшую из-под кухонного стола. Заглянув внутрь, обнаружила в ней артишоки, спаржу, крабы и прочие деликатесы.

Лора начала распаковывать коробку и извлекла оттуда несколько бутылок превосходного вина, джина, виски, коньяка. Там же лежали еще продукты: копченый лосось, королевские креветки, цыплята, овощи и экзотические фрукты. Ужин стоимостью в целое состояние!

Интересно, эти продукты Макс покупал для себя… или для них обоих? Знал ли он, что они будут здесь вместе? Что же все-таки у него на сердце? Да и у нее самой?

Рада ли она тому, что находится с ним здесь? Или ей лучше уехать? Заслышав его шаги по лестнице, она сделала равнодушное лицо.

— Наконец-то мир! — провозгласил он, садясь в кресло.

— Ну, это ты так считаешь.

— О, Господи! — простонал он. — Но ведь ты же не объявляешь мне войну, нет?

— Нет, но я не собираюсь одна готовить ужин. — Она провела рукой по влажным волосам и тяжело вздохнула. — Почисти, пожалуйста, лук.

— У меня потекут слезы.

— Очень может быть.

Макс вздохнул, заткнул за ремень кухонное полотенце и начал чистить лук.

— Перран продолжал молчать. В основном шумели мы сами.

Лора слегка улыбнулась.

— Только мы и шумели. Как ты думаешь, у него все в порядке? — обеспокоенно спросила она, откладывая нож, которым резала помидоры.

— Конечно. — Он беспомощно тыкал ножом, явно не понимая, что надо делать. Тронутая его беспомощностью, Лора взяла нож и показала, как чистят лук.

Он с несчастным видом пытался повторить ее движения. Но зато, когда у него наконец получилось, лицо его засияло. Лора взяла доску с нарезанным луком и повернулась к сковороде.

— Я смотрю, ты все приготовил для детей. Пособия по воспитанию, салфетки, детское питание… А что, если бы я велела тебе отдать детей в приют?

— Отдал бы все это в социальную защиту. Кстати, ты не хочешь позвонить Люку?

— Зачем?

— Ну, он наверняка слышал о шторме и беспокоится, как ты добралась. Или… боишься, что к телефону подойдет его жена?

— Макс, — раздраженно сказала Лора, — у Люка прекрасная семья. Он мой начальник, и это все. Если хочешь знать, почему он обнимал меня, так это потому, что я сказала, что приезжает мой бывший любовник и что, судя по его телефонному звонку, меня ждут какие-то неприятности.

Несколько долгих секунд он не отводил взгляда от ее напряженного лица.

— Это правда! — воскликнула она.

— Значит, ты не хочешь звонить ему?

— Нет!

— Значит, — настаивал Макс, — когда ты так горевала, что должна уехать…

— Ох, отстань от меня! Я горевала из-за детей. И из-за Фэй с Дэниэлем.

— А-а. — В его голосе слышалось сомнение.

— Не приставай ко мне.

Он взъерошил ей волосы. Она попыталась пригладить их, он засмеялся и схватил ее за руку.

— У тебя лук в волосах. Стой спокойно, я его выну.

Лора замерла. Он долго гладил ее волосы, а она затаила дыхание, настолько приятны были его прикосновения. И вдруг представила, как его руки скользнут с головы к плечам, потом опустятся на ее талию…

— Мы с тобой как обезьяны в зоопарке! — вскричала она. — Ты будто ищешь блох в моей голове.

Он рассмеялся грудным смехом.

— У тебя несравненное чувство юмора, Лора. Я никогда так не смеялся с тех пор, как мы…

— Ну что, все? — в панике вскричала она. Он вздохнул.

— Что — все?

— Лук.

— Да! — Он снова рассмеялся и опять взъерошил ей волосы. Она буквально отпрыгнула от него. — Извини. Я не знал, что так больно.

— Мне просто не нравится, что ты это делаешь, — солгала она, все еще ощущая прикосновение его длинных нежных пальцев. — Я чувствую себя как… как…