Маргарет Уэй - Женские слабости

Существует ли какой-нибудь тактичный способ отказа? Нет — простой, короткий ответ. Только ни за что на свете она не могла заставить себя произнести это слово.

— Ну вот! — удовлетворенно произнес Маркус. — Что я говорил! Превосходно! Как вы думаете?

Соня была поражена. Бриллианты сияли, словно кусочки арктического льда. Она встала, чувствуя себя, словно ее сердце вот-вот покинет грудь.

— Маркус, это… то, что я думаю?

— Моя дорогая девочка, вы знаете, что это кольцо в честь помолвки, — сказал он с ласковой снисходительностью. — Я действительно хочу жениться на вас. Если бы я еще помедлил, появился бы риск, что какой-нибудь счастливчик перехватил бы вас. Нет, я не мог этого допустить. Вы — мой единственный шанс быть счастливым.

Она поняла, что Маркус может не вынести отказа.

— Вы не любите бриллианты? — спросил он, заметив ее смущение. — Потом у вас будут и изумруды.

В ее глазах отразилось отчаяние.

— Нет, дело не в бриллиантах, Маркус, — медленно проговорила она, все еще не зная, что же ей делать. — Просто… — Она запнулась, увидев, как Маркус схватился за грудь. — Маркус, что с вами? — Она вскочила, подхватила его. — Вам больно?

— Ничего, ничего. — Он пытался превозмочь боль. Румянец на его щеках сменился мертвенной бледностью.

Соня приняла решение:

— Я вызову скорую. Вам нужно в больницу.

— Нет, нет… Я запрещаю… — выдохнул он. — Так… немного заболело. Ничего серьезного… Скорее всего, просто изжога. Десерт был слишком жирный.

Ее это не успокоило.

— Нужно, чтобы вас как можно скорее осмотрел врач, — продолжала настаивать она. — Дорога каждая минута. Дайте мне позвонить в скорую помощь.

— Нет, — повторил он. — Я уже чувствую себя лучше. У меня легкая анемия… ну, знаете, в общем, не хватает железа.

— А что насчет доктора? Я могла бы позвонить ему. Еще не поздно. Я не могу вас так оставить, Маркус! Вы принимаете какие-нибудь таблетки? Я сейчас принесу воды.

Он с трудом опустился на диван:

— Можно позвонить Дэвиду. Но только без паники. Это не сердечный приступ, если вы об этом беспокоитесь. Я знаю симптомы. Может быть, это просто от перевозбуждения.

Соня побежала на кухню, налила стакан воды.

— Какой телефон у Дэвида? — спросила она, вернувшись в комнату. Она ослабила узел его галстука, расстегнула верхнюю пуговицу рубашки и сунула ему в руку стакан воды. — Лекарства? Где лекарства?

— Все нормально, Соня… Пожалуйста, не беспокойтесь…

— Я позвоню Дэвиду. — Она пошла на кухню, нашла в телефонной книжке номер Дэвида. Ее руки дрожали. Ей совсем не нравилось, как выглядел Маркус. Нужно было бы сразу вызвать скорую помощь, несмотря на его возражения.

Дэвид, возможно, был все еще с Эммой. Он ответил после четвертого звонка.

— Это Соня, — сказала она, не пытаясь скрыть волнения. — Я в доме у Маркуса. Ему стало плохо. Он не разрешил вызвать скорую. Ему нужны вы. Я хочу позвонить его врачу.

— Оставьте это мне, — быстро сказал Дэвид. — Я буду через десять минут. Я тут рядом.

Когда Соня вернулась в гостиную, Маркус все так же сидел на диване — спина согнута, правая нога вытянута вперед.

Она села рядом:

— Дэвид уже едет. Он собирается позвонить вашему врачу. Они скоро здесь будут. — Она взяла его за руку. — Я люблю вас Маркус, — услышала она свой голос. — Вы замечательный человек.

Они так и сидели, держась за руки, когда в дверях появился Дэвид с врачом. Дэвид остановился рядом, а врач наклонился над Маркусом и провел быстрый осмотр.

— Я заберу тебя в больницу, приятель, — сказал он. — На всякий случай.

— Я не хочу туда ехать, Барт. Просто посижу немного, и все пройдет.

— Поверь мне, Маркус, тебе нужно в больницу. Дэвид уже вызвал машину… Вот, кажется, она подъезжает.

— Мы поедем за вами, — сказал Дэвид, гладя, как Соня начала осторожно высвобождать свою руку из руки Маркуса. На безымянном пальце блеснул крупный бриллиант.

Беспокойство за Маркуса соперничало с горькой злостью. Теперь у него было доказательство. Дэвид едва мог смотреть на нее.

— Ну и что вы думаете? — попытался улыбнуться Маркус. — Через полчаса я буду в порядке.

— Пока ясно одно — ты совсем о себе не заботишься, — сказал Барт Эббот. — На ночь ты останешься в больнице. Я еще должен сделать несколько анализов.

Глава 6

Через несколько минут Маркуса забрали. Соня почувствовала некоторое облегчение — выглядел он немного лучше, к тому же в больнице он будет под присмотром.

Дэвид словно не замечал ее.

— Я возьму такси, — сказала она, когда они вышли.

— Вас ограбят с этим кольцом, — буркнул он. — Вы поедете со мной. — Он взял ее за руку.

Презрение в его голосе заставило ее вскипеть:

— Уберите свою руку!

Он остановился:

— Не начинайте здесь. Не начинайте сейчас. Я отвезу вас домой. У меня нет выбора. Я никогда не оставлю женщину одну ночью на улице. Кроме того, Маркус ждет, что я о вас позабочусь. Я должен сделать все, что в моих силах, чтобы обеспечить безопасность его невесте.

— Не невесте, — отрезала она.

— А разве это кольцо не знак обручения? Когда мы будем в машине, я еще разок на него взгляну. Может, это просто знак величайшей дружбы на все времена?

— Может, как раз это оно и обозначает!

Он открыл машину.

— Залезайте!

Протестовать было бесполезно.

— А вам не интересно услышать мою версию этой истории? — спросила она, пытаясь непослушными пальцами застегнуть ремень безопасности.

Глухо выругавшись, он застегнул ее ремень и включил зажигание.

— Что с вами такое, черт возьми? — спросил он со злостью.

— Я могла бы задать вам тот же вопрос, — сказала она, отказываясь дать ему преимущество. — Вы взвинчены не только из-за Маркуса. Кольцо — вот что не дает вам покоя… — Она запнулась. — А у него раньше были проблемы с сердцем?

Дэвид не отвечал, пока они не выехали на дорогу.

— Во всяком случае, я о них не знал. Барт прав. Маркус за собой абсолютно не следит. После смерти Люси мы все боялись, что он решил совершить что-то вроде медленного самоубийства. Я знаю, что ему нужно было провести курс инъекций витамина В12… Потом железо… Но, черт возьми, критический поворот произошел потому, что он весь выложился. Из-за вас!

— Правильно. Валите все на меня. Это не неожиданность по сравнению с этим кольцом. Вам нужен козел отпущения. Но ведь ему же только пятьдесят пять, а не семьдесят или восемьдесят! — Она прерывисто втянула в себя воздух. — И я еще не дала своего согласия. И не заслуживаю, чтобы меня оскорбляли! Маркус попросил меня заехать к нему на несколько минут. Мы прошли в гостиную. Я села. Потом Маркус опустил руку в карман и, прежде чем я успела что-то сказать, надел мне на палец кольцо. Все.