Пегги Морленд - Лучшее в мире лекарство

Кто бы мог подумать? — пронеслось у Лорен в голове. Они вместе работали, спорили, даже спали в одной хижине. Но ни разу за все это время она и представить себе не могла, что он способен на… такое.

К ее удивлению — и крайнему разочарованию, — Люк прекратил целовать ее именно в этот момент. Открыв глаза, она обнаружила, что он смотрит на нее.

Люк тут же опустил взгляд.

— Мне жаль… Я не должен был этого делать.

— А мне нет.

Подняв голову, он озадаченно посмотрел на нее:

— Не жаль?

По-прежнему держа его за шею, она улыбнулась.

— Нисколько.

Он со стоном прислонился лбом к ее лбу.

— Тебе не следовало этого говорить.

— Почему?

— Потому что я могу захотеть поцеловать тебя снова.

— И это тебя смущает?

— Ты чертовски проницательна. Еще пять минут, и я свалюсь на пол.

Ее глаза тревожно расширились.

— Тебе плохо?

— Это из-за болеутоляющих таблеток. Я принял одну перед тем, как ты пришла: уже тогда я испытывал головокружение.

Это прозвучало так разочарованно, что Лорен рассмеялась.

— Это не смешно, — печально сказал он. — У меня есть твое разрешение поцеловать тебя еще раз, а я не смогу насладиться этим, потому что еле стою на ногах.

Лорен схватила его за руку и потащила в спальню.

— Кто сказал, что ты не сможешь? Надо просто немного приспособиться.

Уложив его на постель, она подложила ему под голову несколько подушек.

— Удобно?

Он кивнул. Тогда Лорен легла рядом с ним, уткнувшись головой ему в подмышку.

— Может, начнем? — улыбаясь, спросила она, глядя на Люка.

Криво усмехаясь, он обхватил ладонью ее щеку.

— Лорен, тебе говорили, что ты удивительная?

— Нет, но ты можешь рассказать мне об этом позже.

Люк приблизил свои губы к ее:

— Если я вырублюсь, ты на меня не обидишься?

— Только если будешь храпеть.

Он подавил смешок, затем поморщился и прижал ладонь к повязке на груди.

— Пожалуйста, не шути больше, иначе у меня разойдутся швы.

— Ты тратишь драгоценное время на болтовню, — побранила она его. — Замолчи и расслабься.

Люк распростер руки на кровати, будто предлагая ей себя в жертву.

— Только будь поласковей, — попросил он. — Я ведь всего лишь слабый мужчина.

На этот раз процесс выздоровления протекал у Люка легче, чем после предыдущих операций. Он пришел к мысли, что причиной тому была Лорен. Он скучал, когда она уходила готовить домик к приезду охотников. Люк не знал, что это были за люди, но уже невзлюбил их, поскольку из-за них проводил с Лорен меньше времени.

Люк знал, что после завтрашнего осмотра Рай разрешит ему вернуться к нормальной деятельности и у него не будет больше причин спать в ее постели. Одна мысль об этом приводила его в уныние.

Когда Лорен настояла на том, чтобы привезти его сюда, он даже и не мечтал, что будет с ней спать. Между ними не было ничего серьезного — лишь поцелуи да объятия, — но все к тому шло. Он был бы не против, если бы их отношения зашли немного дальше, но Лорен боялась, что перенапряжение может причинить ему боль.

Чтобы прогнать приступ меланхолии, он встал с дивана и подошел к окну. При ярком свете солнца крыша домика блестела, словно начищенное серебро. Он не переставал удивляться тому, сколько они с Лорен сделали за такое короткое время. Он помнил тот день, когда пришел наниматься к ней на работу. Тогда домик казался убогим и заброшенным, но железная решимость Лорен и их общие усилия вернули ему былой вид.

Она должна гордиться своим успехом, подумал Люк. Он сам гордился тем, что помог ей достичь его. Какое чувство удовлетворения испытываешь, когда возвращаешь к жизни то, что считалось никчемным и забытым!

Вдруг Люк заметил промелькнувшую в одном из окон фигуру. Узнав Лорен, он улыбнулся. Она не сказала ему, чем собиралась заниматься сегодня. Наверное, кладет мешочки с душистыми травами под подушки, на которых будут спать гости. Эта женщина придавала большое значение мелочам.

Почувствовав нестерпимое желание увидеть ее, Люк взял свою шляпу и направился к домику.

Когда Люк вошел в кухню, Рена оторвалась от готовки, чтобы посмотреть на него. Отложив в сторону ложку, она вытерла руки о передник и улыбнулась.

— Посмотрите, кто пришел, — поддразнила она. — А я уж было подумала, что Лорен насмерть залечила тебя и похоронила.

Удержавшись от улыбки, он снял шляпу.

— Нет, мэм. Она хорошо обо мне заботилась.

Очевидно, его смущение позабавило ее.

— Судя по блеску в твоих глазах, я бы сказала, что она превзошла себя, — засмеялась Рена, обнимая его. — Ты отлично выглядишь, Люк. Просто красавец.

Он покачал головой.

— Спасибо за комплимент, мэм, но я никогда не был красивым. Даже до пожара.

— Много ты в этом понимаешь, — пожурила его Рена. — Красота — не внешняя оболочка. Это то, что у тебя внутри. Когда твои глаза светятся от счастья и удовольствия.

— Да, я очень доволен. Лорен баловала меня.

Подняв бровь, Рена повернулась к плите.

— Должно быть, ты тоже не остался в долгу, потому что я видела в ее глазах тот же блеск.

Озадаченный Люк нахмурился, не зная, как он должен это понимать. В кухню вошла Лорен с большой стопкой полотенец в руках. Увидев Люка, она широко раскрыла глаза.

— Чего это ты разгуливаешь! Ты должен лежать.

Он покачал головой.

— Сколько можно лежать? Еще немного, и я окаменею. Небольшая прогулка пошла мне на пользу.

Видимо, он не убедил ее. Разглаживая складку на его шляпе, она продолжила:

— Ты еще слаб. А если бы ты упал в обморок? Мог бы удариться.

— Я силен, как бык, и схожу с ума, торча целый день в хижине. Мне необходимо что-то делать.

— Что тебе действительно необходимо, — сообщила ему Лорен, — это вернуться в постель.

Между ними прошла Рена и положила на стол пакет с яблоками.

— Без тебя ему там будет скучно, — сказала она Лорен и, подмигнув Люку, дала ему нож.

— Почисти яблоки. Это поможет тебе отвлечься.

Когда они вернулись поздно вечером в хижину, Лорен спросила Люка:

— Ты устал?

Он пожал плечами.

— Не очень.

Скривив губы, она взяла его за руку.

— Я знаю, что ты переутомился.

Он выдернул руку.

— Это не та усталость, — раздраженно сказал Люк. — Я устал, как устает любой нормальный человек к концу дня.

Не обращая на него внимания, Лорен откинула одеяло.

— Все равно ложись в постель. Я не хочу, чтобы у тебя был рецидив.

— Рецидив? — повторил он, чувствуя, как нарастает гнев. — Откуда, черт побери, у меня может быть рецидив?!