Кэтти Уильямс - Цветение розы

— Не в этом дело, — сердито буркнула Роза. — Я… как бы это сказать, не очень смела в постели… Можешь смеяться надо мной, сколько хочешь, но это так. Я не много упражнялась в этой науке…

— И я рад, — постарался успокоить ее Ник, бережно укладывая голову женщины на подушку. — Это чудесно.

— А кроме того… — прошептала она.

— Что еще? — спросил Ник, уже собиравшийся поцеловать её.

— Ты пугаешь меня… Твое отношение… Ты, должно быть, прихотлив в таких вопросах…

— Лестное мнение, — сладко заметил Ник, вновь приблизившись к губам Розы.

— Ты производишь такое впечатление, — не унималась она, сыпля объяснениями. — Тебя привлекают такие девушки, как Лили. А я не такая.

— Я успел это заметить.

— У меня нет тех достоинств, что есть у нее.

— Ты красивая, Роза. Ты совершенно другая, но ты красивая, — серьезно заверил ее Ник.

— О, прошу тебя, Ник, не лги мне! Ты все равно что получил меня. Но только лгать мне не нужно. Я знаю, что я серая мышь в сравнении с женщинами, что привлекают тебя.

— Если хочешь довести себя до слез, не стану тебя останавливать. Но у меня были другие планы на эту ночь, — объявил Ник, медленно приподнимая полы ее туники.

Роза решила улететь в мыслях далеко-далеко, пока он раздевал ее. Она плотно закрыла глаза и стала нервно покусывать губы. Ника забавляла эта ее патологическая стеснительность, но он старался ничем не выдать своей насмешки.

Он отбросил в сторону ее одежду и накинул на Розу простыню, тоже поднырнув под нее. Роза ощутила его горячее тело и открыла глаза. Ее взгляд встретился с пристальным взглядом Ника.

Ее сердце бешено колотилось. Ник чувствовал этот безумный ритм.

Ник крепко держал ее голову в своих ладонях и сосредоточенно изучал ее пылающее лицо.

Он провел рукой по ее волосам, обнял за плечи, скользнул ладонями по спине, обхватил бедра и прижал к себе. После коснулся губами ее рта.

Он целовал Розу до тех пор, пока ее шея не изогнулась от сладостного стона. Ее грудь показалась из-под тонкой простыни, и Ник прильнул к ней губами.

— Еще, — попросила она, когда его взгляд блеснул в темноте.

— Что? — спросил мужчина.

— Сделай так же, — прошептала она.

— Приятно? — проговорил он. — И твоя кожа приятная на вкус. И зернышки сосков возбуждают с каждой секундой сильнее. Они сладкие и сочные, как ягоды.

— Замолчи, — взволнованно прошептала она и запрокинула голову.

— Самые сочные ягоды из всех, что мне доводилось вкушать. А уж я напробовался, поверь, — продолжал волновать ее Ник. — И вся ты сочная, — проговорил он.

— Уже? — воскликнула Роза, почувствовав его легкое вторжение.

— Нет-нет, дорогая. Я не стану спешить, — шепотом заверил он ее.

Роза удивленно посмотрела на него.

— Что теперь? — спросила она, озадаченно.

— Нежность, — таинственно ответил он ей и вновь приник с поцелуями. Его руки ласкали её неустанно. Оновладевал ею, как не овладевал до него никто. Она открывалась ему и уже не понимала, что с ней происходит, когда искала его губы в темноте, когда ловила его прикосновения и ненасытно ластилась к нему всем телом.

— Это… — шепнула Роза.

— Изумительно, — завершил Ник.

— Я чувствую, что будет лучше, — пролепетала она, прижавшись к нему.

— Много лучше, — уверенно подтвердил Ник.

Она расслабленно лежала на постели и ожидала его. Сначала вкрадчиво, затем все настойчивей он входил в нее, а потом они неистово соединились.

Ник переметнулся на спину, и Роза оказалась на его груди. Ее влажные растрепанные волосы накрыли его лицо. Ник обхватил ее бедра, которые продолжали подрагивать… Поцеловал горячий лоб Розы и прошептал:

— Нужно поспать…

— …или будем завтра, как два полоумных зомби, — пошутила она и подставила свои губы.

— Глупо рассчитывать, что мы сможем поспать, — возразил самому себе Ник Папэлиу и поймал поцелуй Розы.

— Тогда нам следует расстаться, — предложила благоразумная женщина, не разнимая объятий.

— Не раньше, чем наступит утро, — возразил он.

Сколько бы им ни удалось поспать, этого оказалось недостаточно для восстановления потраченных сил. Но блаженство компенсировало все издержки бессонной ночи и подарило волшебное пробуждение.

— Это тебе, — промурлыкал Ник, коснувшись губами уголка ее рта.

— Поцелуй или кофе? — спросила она, присаживаясь на постели.

— И то и другое, — ласково ответил мужчина, протягивая ей чашку.

— Как давно ты на ногах? — спросила его Роза, благодарно приняв порцию ароматного бодрящего напитка.

— Час или два… — проговррил он, пожав плечами.

— Тебе следовало и меня разбудить, — обеспокоенно откликнулась женщина.

— Ты спала, как невинный младенчик. Я же не изверг, чтобы нарушать такой сон. Нет, девочка. Я любовался.

— Чем же это?

— Тобою. Тем, как аппетитно выглядывала из- под простыни твоя тонкая лодыжка, как вздымалась ровным дыханием грудь, и лицо, осененное детской улыбкой, так и взывало о поцелуях. Но я терпел до последнего, чтобы ты оценила мою выдержку.

— Я ценю, — прошептала Роза, разгоряченная его признаниями. — Но я не чувствую себя невинным младенчиком в это утро. Чему ты виной. Я далеко не невинна, и мысли мои, и желания скорее

— Только не говори, что чувствуешь себя падшей, — шутливо перебил ее Ник.

— Нет, не падшей. Но поверженной. Все прежнее рассыпалось в прах. И теперь придется начинать с нуля.

— О чем это ты, милая? — недоуменно спросил Ник.

— Все эти годы я старательно избегала того, чего толком и не знала. Теперь же, поняв, насколько это прекрасно…

— …ты просто обязана пустить меня к себе под простыню, — завершил вместо нее Ник.

— Да-да… С радостью… Это ведь не на одну ночь, — взволнованно проговорила Роза. — Это было бы для меня ударом, — с детской непосредственностью призналась она.

Ник выдержал нейтральную мину и сообщил:

— У нас не более четверти часа… Но не тревожься, это не на одну ночь, — вынужден был пообещать мужчина, понимая, что ей необходимо слышать это. — Мы можем отменить все развлекательные мероприятия и заменить их дайвингом под простыней.

— Нет, я не настаиваю. Не думай, что я ненасытна. Мне просто нужно знать, что это не случайная связь, — смущенно прошептала Роза, зацеловывая Ника.

Он ободряюще обнял женщину. Она мгновенно растаяла в его руках. Роза была столь чутка к его ласкам! У Ника не могла не закрасться мысль, что Роза влюбилась в него без памяти. Но прояснять что-либо с женщиной в таком состоянии представлялось

ему занятием бесполезным. Он честно угождал ей.