Дочь по контракту (СИ) - Дали Мила

— Великолепно! — заглядываю под края пальто.

От досады размахиваю руками, но водителю пофигу на мои вопли. Он получил оплату и скоренько топнул по газам, оставив мне на прощание клубы выхлопов!

Уже не так помпезно я шагаю к светлым мраморным ступенькам. На улице зима, а снег перемешан с песком, однако складывается впечатление, что в этом заведении крыльцо до блеска натирают зубной щеткой.

В холле ресторана меня встречает милейшая девушка в сером брючном костюме. Дежурно улыбается, даже когда говорит. Радушно показывает гардероб, лично помогает снять пальто. По запланированному сценарию мы вместе проходим к лифтам.

Дух захватывает и кружится голова, когда поднимаемся на двадцатый этаж. На остальных успеваю заметить располагающиеся бизнес-центры и крупные отделы с ювеликой. Да, в этих стенах засели люди серьезные, не удивительно, почему Лютольф выбрал сей вычурный ресторан.

В основном зале играет лаундж-музыка. Тут большие овальные столики, а вместо стульев насыщенно-синие бархатные кресла. Народа немного, поэтому мой взгляд тут же устремляется на Марка.

Лютольф оделся с иголочки, раньше я не видела в его гардеробе черного приталенного пиджака, зауженных брюк. У адвоката укладка от стилиста. Неужели Марк тщательно готовился к ужину? Лютольф идет мне навстречу, тактично не замечает рваной полосы на колготках.

— Ты прекрасна, Анастасия Евгеньевна, — в его голосе отслеживается галантность, будто Марк решил показать себя с выгодной стороны.

— Приятно слышать, — поддерживаю игру Лютольфа и отвечаю.

Даю право Марку дотронуться моей руки и сопроводить к столу. Ох. Усаживаюсь лицом к выходу. Кресло невероятно удобное. Здесь нет привычного бумажного меню, заказ оформляется с планшета. По щелчку пальцев Марка к нам подбегает официантка и зажигает свечи.

И я снова испытываю скачок волнения. Ужин и общий антураж совершенно не походят на нейтральную деловую встречу.

На пороге в зал снова маячат фигуры. Я невольно поднимаю взгляд, а настроение, наоборот, портится. Вижу свинскую морду Олега. Муж не один. Подле него скачет молоденькая пигалица.

Глава 12

Скажу так, по правилам заведения верхнюю одежду принято оставлять в гардеробе, однако спутница Золотова побоялась сдать шикарное манто из чернобурки.

Меха действительно богатые, с густой подпушью, пошиты итальянским кутюрье. По индивидуальным меркам, а подкладка из ткани похожей на шелк. Изумрудного цвета. Каждый стежок знаю.

Потому что это мое манто!

Бывший сделал широкий жест, одарив меня вещичкой в знак любви и преданности. Но после ссоры все чувства Олега завяли, как помидоры и супруг не позволил забрать меховушку.

Стало быть, у Золотова теперь новая пассия, которая не побрезговала облачиться в наряд с чужого плеча. Хотя мне кажется, Олег не удосужился рассказать о предыдущей хозяйке мехов и притворился, мол, подарок был сделан с новья.

Плохо, что тело у пигалицы дощатое, не понятно где перед, а где зад. Плоская. Изысканное манто смотрится на ней как на вешалке. Очень большое.

Я ухватываюсь обеими руками за планшет, делая вид, что старательно выбираю блюдо, прикрываю лицо. Счастье, ведь Лютольф сидит к Олегу спиной. Новоиспеченная парочка нас не замечает. Администратор же, как назло, провожает Золотова за столик, который находится перед нашим. Бывший усаживается ко мне лицом, его фифа отвернута.

— Анастасия, за Стефанией приглядывает Вера? Может, мне следует подыскать надежную помощницу? — Марк интересуется малышкой.

Никогда прежде его не заботила судьба дочери.

Мое кресло, будто по мановению волшебной палочки превращается в раскаленные угли. Места себе не нахожу. Хочется забрать Лютольфа и смыться отсюда поскорее. Лучше на крышу. И до рассвета смотреть на звезды.

— Да… со Стешей полный порядок…

— Что-то случилось? Ты бледная.

От волнения в компанию к дырявым колготкам присоединяется жуткое урчание. Аппетита точно нет, наоборот, тошнит. Лютольф слышит позывы, расценивая звуки из живота за голод.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Прелестно! Не хватало, если адвокат подумает, что перед свиданием я весь день не ела! С целью побольше затолкать в себя пока угощают!

Марк давит улыбку и поднимает руку, поторапливая официантку. Я словно агент под прикрытием подглядываю за Олегом из-за плеча адвоката.

По ресторанному этикету перед подачей блюд гостям приносят тарелочку со свежим хлебом и сливочным маслом. Бесплатно, дабы не подохли с голоду в ожидании основного заказа. Обычно закуску никто не трогает. Кроме Золотова.

Бывший муж хоть гвозди сожрет, лишь бы задарма, а у самого зимой снега не выклянчишь.

Не особо интеллигентно он отправляет кусок в рот и как средневековый барин обсасывает пальцы. На мизинце переливается старомодный перстень с драгоценным камнем.

— Определились? — тоненько звучит голос подоспевшей официантки.

Тут же перевожу внимание на Марка. В ответ на его вопросительный взгляд, чуть отстраняю планшет. Горблюсь, ерзая, немного спускаюсь под стол. Пытаюсь миленько улыбаться.

— Настя! — строго произносит Лютольф, наблюдая за моими финтами.

Адвокат тянется к моему планшету, хочет отнять, а я не даю. Лютольф забирает, но я вцепилась в устройство мертвой хваткой. Терпеливо Марк напрягает губы и подбородок, резче дергает. Планшет выскальзывает из моих рук и случайно ударяет по столу, да так громко, что на нас с любопытством оборачиваются все гости.

— Я буду теплый салат с бужениной.

На автомате говорю первое, что запомнила, ощущая на себе сторонний обжигающий взгляд. Уже зная наперед финал происходящего, я поднимаю глаза и встречаюсь с мутно-голубыми глазами Олега.

Он, в отличие от меня, совершенно не бледный. У Золотова нордическая внешность, светлые от природы волосы, теперь седые, и чувствительная к солнцу кожа. Тонкая с близкорасположенными капиллярами. Поэтому даже от легкого дуновения ветра Олег вспыхивает. Сейчас же и вовсе наливается багровым. Его белесые брови очень контрастируют с мордой.

— Ну… — задумчиво тянет Лютольф ни о чем неподозревающий, — это мало. — Обращается к официантке. — Два стейка средней прожарки, два салата и десерт для прелестной леди.

— Напитки?

— К мясу выберем красные, — вновь на меня смотрит. — Анастасия Евгеньевна, поддерживаешь?

А я, ни «бэ» ни «мэ» ни «кукарéку», могу лишь сетовать на злой рок. Слова застревают в горле.

Слышу, как взбешенно гремит приборами Золотов, будто ему все равно на предназначенную для замены прежней жены девушку. Навскидку этой особе лет двадцать и, естественно, она с Олегом по любви.

Золотов на меня смотрит. В упор. Будто задушить хочет…

Лютольф, наконец, замечает мою кислую физиономию, щурится, вальяжно облокачивается на кресло, через секунду оборачивается назад и настроение его, к удивлению, зашкаливает у верхней границы планки. Конечно, такое удовольствие. Возможность снова уколотить Золотова.

— Олег Эдуардович, здравствуйте! Какая неприятная встреча! — Поднимает ладонь, точно Золотов его давний приятель, — вы тоже здесь, никак внучку привели отужинать?

— Это Милана Антоновна. Ей двадцать один год. Перспективная студентка экономического факультета, — хрипит и промачивает масляные губы салфеткой.

— Замену взращиваете? Похвально. И диплом с отличием уже приготовили? Авансом. За старания. А мы, — на ощупь дотрагивается моей руки, — с Анастасией Евгеньевной, тоже решили развеяться.

Пинаю под столом адвоката, дабы усмирить его пыл. От нервов царапаю ногтями скатерть.

Олег сминает и кидает салфетку. Бывший супруг за полшага от срыва. Он никогда не отличался самоконтролем, был агрессивным, а тут такой искусный провокатор в собеседниках оказался.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вижу, мои предупреждения отпечатались на вашем лице Марк Яковлевич. Какое рассечение и с гематомой. Жаль, в мозгах ничего не отложилось! Вы посягаетесь на неприкосновенную женщину.

Стычка двух собственников нравится мне все меньше и меньше. Чуть привстаю и тянусь к Лютольфу.