я всегда знала, что вы созданы друг для друга. Достаточно было только посмотреть на его преданный взгляд в твою сторону, как все становилось ясно. Это судьба! — Какая судьба? — взвилась я. — 10 лет брака, полная идиллия, и это ты называешь судьбой. Где гарантии, что завтра Елисей не встретит малолетнюю девчулю и не влюбится в нее? Мои глаза наполняются слезами. — Ритуль, гарантии тебе никто не даст, это очевидно, но жизнь то продолжается. Почему бы тебе просто не отбросить сомнения и стать счастливой здесь и сейчас. — Как будто это легко? — с горечью произношу я, пытаясь взять себя в руки. — Елисей любит тебя, очень любит, я бы дала ему шанс. Он ждал тебя столько лет… — Лен, давай сменим тему, — попросила я подругу, отодвинув в сторону круассан, от которого тошнота подступала еще больше. От чего в моем мозгу отчетливо задребезжала тревожная, и одновременно радостная догадка: «А вдруг?» Елисей Прилетев из Нижнего Новгорода, еду к брату в клинику. Влас хотел поговорить со мной о чем то. Дорогой звоню Маргарите, но трубку никто не берет. Тревожно. От чего-то саднит сердце. Я очень соскучился по своей женщине. Чтобы она не решила, буду до конца пытаться завоевать ее сердце, растопить все ее сомнения. Потому что очень люблю ее, всегда любил и буду любить. Это чувство дано мне свыше и я не желаю так просто отказываться от него. Подходя к ординаторской слышу женский голос. — Влас Олегович, поздравляю Вас! — С чем? — лениво интересуется брат. — Маргарита Павловна же беременна… Я застываю как вкопанный. — А я здесь при чем? — строго спрашивает Влас. — Ну, я подумала… Я залетаю в кабинет, так и не дослушав ответ его собеседницы. Полная медсестра в удивлении распахивает глаза, в ожидании сцены. — Елисей, привет, — говорит, как ни в чем не бывало Влас, не ожидая, что мой кулак пройдется ему прямо по его холеному лицу. Медсестра громко ойкает. — За что? — возмущается близнец, пытаясь остановить кровь руками, льющейся из его носа. — Значит, ты отцом станешь… — Ты чего совсем что ли? Вы все? — смотрит он на нас с медсестрой. — Ирина Георгиевна, вы вообще чего языком то трепите? Занимайтесь своими прямыми обязанностями и сплетни заканчивайте разносить, — сердито сказал Влас женщине, кивком головы указав той на выход. Побелевшая медсестра, извинившись, тихо юркнула из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. — Елисей, сядь — а, — попросил брат, доставая из аптечки салфетки. — Я не знаю, что там болтают, но с Марго у нас уже год как ничего нет. Я и пальцем ее не тронул. Если она и беременна, то точно не от меня. Честное братское слово. Я пытался собрать мысли в кучу. Вспомнив, как месяц назад в мой день рождения мы занимались любовью. Та ночь стала моей путеводной звездой к сердцу Марго. Мое сердце радостно затрепетало от волнения. — Так и о чем же тогда ты хотел поговорить? — с тревогой спросил я брата. — Если бы ты не вел себя как недоделанный рембо, я бы сказал тебе, что хочу пригласить тебя на нашу с Настей свадьбу. Вот приглашения, — достав из ящика стола картонный квадратик с вычурными вензелями на обложке, Влас протянул приглашения мне. — Приходи с очередной подружкой. Подмигивает мне этот засранец, и моя злость мигом улетучивается. — Ладно, — я встал, собираясь уйти. — Ты куда? — в удивлении интересуется брат, смотря на меня недоумевающим взглядом. — Поеду к матери моего будущего ребенка. Я очень соскучился по ней, — с широкой улыбкой говорю я близнецу, оставляя брата в полной прострации, с немым вопросом на его лице.
Глава 16
Марго
Датчик узи неприятно холодил кожу. Мой гинеколог Алевтина Игоревна внимательно смотрит в монитор, а я затаила дыхание. Надежда на чудо сверлит в моей голове, и я очень страшусь услышать, что мои подозрения ложны. Как и много отчаянных попыток назад. В голове отчетливо проносится последний разговор с Власом, когда он в гневе собирал свои вещи по лестничной клетке, разбросанные мной в состоянии истерики. Подняв расколотую на две части пластинку группы «Воn Jovi» с плитки, он с ненавистью посмотрел на меня. Я знала, что виниловая коллекция была очень дорогая его сердцу, а часть пластинок ему дарили дорогие ему люди: брат, друзья по бывшей группе и Полина, его первая любовь. В тот момент на моем лице не было раскаяния. Ярость ослепляла меня. Мои глаза горели злобой и обидой. Я стояла напротив него, уперев руки в бока, а он держал осколки пластинки, испепеляя меня взглядом. — До чего ты докатилась, истеричка! — Ты предатель! Ты спал со своей коллегой! — кричала я на всю лестничную клетку. Мой голос эхом отскакивал от стен, делая его еще звонче. — Если бы ты хоть немного замечала меня как мужчину, а не как носителя генетического материала, ничего бы не случилось! — спокойно произносит он. — Ты сейчас обвиняешь меня? — я не верила своим ушам. Он изменил, а я виновата? — Марго, да ты свихнулась в попытке стать матерью. Календари овуляции, интим по расписанию, медитации и всякая хрень, которой ты страдала. А тот раз когда ты высыпала перед мной пакет использованных тестов на овуляцию и беременность, обвиняя меня в бездействии? В тот момент я почувствовал себя спермобаком, не способным исправно выполнять свои функции, а не любимым мужчиной. — Ты хочешь, чтобы твою слезливую исповедь услышали все соседи? — заплакала я, уколотая его речами. — Марго, мы оба виноваты в случившемся. Ты и я. Я предлагаю тебе начать все заново. С чистого листа. Спокойно обговорив все, и обсудив новые договоренности… — Ты смеешься? Ты три месяца трахался за моей спиной и говоришь о договоренностях? Ты нарушил их! Ты разрушил нашу семью! Катись к своей малолетке! Видеть тебя не могу! — я громко закрыла дверь перед его носом. Раздавленная, я сидела, прижавшись спиной к входной двери, слушая, как постепенно стихают его шаги… — Поздравляю, Маргарита. Ты беременна! Срок еще небольшой, но малыш в полости матке, развитие по срокам — выдергивает меня из воспоминаний голос врача. От счастья забываю, как правильно дышать. Понимая, что Влас где-то был прав, я зациклилась. И когда отпустила ситуацию, я смогла забеременеть. Ребенок Елисея. Мужчины, который всегда принимал меня со всеми моими недостатками, поддерживал, любил и заботился. Мужчины, чье слово всегда являлось нерушимым, а обещания сдерживались и выполнялись. Мужчины, который ждал меня долгие 11 лет. Взяв в руки снимок узи, на котором запечатлен наш маленький крошка, я счастливо улыбнулась. Моя жизнь
